Your browser is out of date. It has known security flaws and may not display all features of this websites. Learn how to update your browser[Закрыть]

Время идет


Дорогие часы по бросовым ценам: новый бизнес?


Автор: Самуэль Жабер (Samuel Jaberg)


Новый тренд: дорогие часы «секонд хэнд» по почти что бросовым ценам. В США сейчас многие часовые магазины взяли на вооружение эту новую маркетинговую уловку. На снимке: магазин «Tourneau», Манхэттен, Нью-Йорк. (AFP)

Новый тренд: дорогие часы «секонд хэнд» по почти что бросовым ценам. В США сейчас многие часовые магазины взяли на вооружение эту новую маркетинговую уловку. На снимке: магазин «Tourneau», Манхэттен, Нью-Йорк.

(AFP)

Дорогие часы «секонд хэнд» по почти бросовым ценам? Долгое время для часовой индустрии данная маркетинговая стратегия была абсолютным табу. В последнее время, однако, такого рода уловки становятся все более популярными, причиной чему являются торговцы, не знающие, куда девать горы нераспроданных часов.

В мире дорогих часов он широко известен как «Момо-подметатель». Настоящее его имя Морис Гольдбергер (Maurice Goldberger), он является основателем и владельцем канадской компании «Chiron Inc.», специализирующейся на распродаже качественного и дорого, но залежалого часового товара. Если вам надо избавиться от горы прошлогодних моделей — то тогда вам к нему. Надо признать, что на часовом рынке ему удалось отыскать очень выгодную и перспективную нишу. Дела у него идут более чем успешно.

Только в 2015 году он по своим собственным каналам продал по всему миру дорогих и качественных, но уже немного устарелых моделей часов на общую сумму в 500 млн евро, инвестировав в них всего-то 150 млн швейцарских франков. «Новый 2016 год начался неплохо, исхожу из итого, что рынок „устарелых“ часов высшего ценового сегмента будет в ближайшие годы расти и дальше», — подчеркнул Морис Гольдбергер в телефонном разговоре с порталом swissinfo.ch.

В Швейцарию он приезжает постоянно с целью навестить «затоварившихся» производителей и сделать им предложение, от которого, конечно, они могут и отказаться, но вот только сложное положение на рынке диктует порой совершенно определенную стратегию и принуждает к нестандартным шагам. Переговоры такого рода проходят всегда только при закрытых дверях, ведь с одной стороны, производители дорогих часов пользуются его услугами регулярно, с другой стороны, никто из них не рискует показаться на людях в его обществе.

Оно и понятно — производитель, который занимается массовым сбросом по дешевке своих самых дорогих часов либо сумасшедший, либо находится в тяжелом положении. Сам Морис Гольдбергер тоже предпочитает ничего не рассказывать о своих клиентах и поставщиках. Кстати, наручные часы он не носит в принципе, дабы не давать пищу разного рода спекуляциям. Сайт его компании также выдержан в абсолютно минималистическом и деловом стиле: ничего лишнего, только адреса отделений его фирмы в США, Канаде и на Мальте.

«Накапливаясь, нераспроданные часы превращаются в омертвленный капитал, который можно было бы инвестировать в новые модели и в расширение производства»

Крупные часовые компании стремятся сохранять веками наработанный эксклюзивный имидж. Параллельный рынок «дорогих часов задёшево» их беспокоит весьма значительно, в нем они усматривают опасность для собственных марок и брендов.

«Для престижа марки очень важная атмосфера в магазине официального реселлера, очень важно персональное обращение к каждому клиенту и возможность получать индивидуальные консультации. Поэтому мы опасаемся упустить контроль за имиджем в случае, если на параллельном рынке дорогие часы и дальше будут уходить «по-быстрому», да еще и почти «за просто так», — подчеркивает Франсуа Курвуазье (François Courvoisier), профессор кафедры часового маркетинга в Высшей технической школе Юрского региона (HE-ARC).

Горы неликвида

Морис Гольдбергер со своей стороны считает, что параллельный рынок является очень важным «колесиком и винтиком» в общей механике функционирования часового рынка. «Уценёнка» и «затоваривание» являются реальностью, которую нельзя не замечать, ни один производитель не гарантирован от возникновения залежей неликвида, пусть даже и высшего качества. Накапливаясь, нераспроданные часы превращаются в омертвленный капитал, который можно было бы инвестировать в новые модели и в расширение производства.

И в самом деле, такой бизнес, как распродажа неликвида, придумал вовсе не Морис Гольдбергер, торговцы с такой специализацией существовали всегда. Однако наше время с его новейшими интернет-технологиями продаж и со все более стремительно обновляющимися модельными линейками превратило вопрос «качественного неликвида» в настоящую проблему, а торговлю таким товаром — в более чем выгодный род деятельности. По имеющимся неподтвержденным данным в настоящее время каждый четвертый экземпляр настоящих швейцарских качественных часов продается со скидкой на параллельном рынке.

К такого рода структурным переменам добавляются еще и факторы конъюнктурного характера. В настоящее время часовая индустрия переживает невиданный со времени кризиса 2008 года период спада. Причины тому есть самые разные: это и охлаждение экономики Китая, и война в Украине, и кризис на Ближнем Востоке, и падение цен на нефть, наконец, не забудем и усиление швейцарской национальной валюты.

«Многие розничные торговцы просто не могли предвидеть все эти геополитические изменения, в результате чего у них накопились буквально горы качественного неликвида, причем чем дольше эти модели лежат на складе, в тем большей степени они теряют свою актуальность, а значит и привлекательность в глазах потенциальных покупателей. А для ведущих брендов это тоже становится проблемой, потому что у торговцев порой просто отсутствуют оборотные средства, нужные для закупок новых коллекций», — подчеркивает Морис Гольдбергер.

Затоваривание дорогих бутиков Китая и Гонконга ведет к тому, что вполне себе качественные часы все чаще переправляются в магазины-аутлеты в США и Канаду, поскольку в сложившейся ситуации такая стратегия остается зачастую последним способом хоть как-то избавиться от неактуальных моделей и дать дорогу новым коллекциям и модельным линейкам.

«Особенно заметный рост у нас наблюдается именно в Северной Америке. Там теперь покупка настоящих качественных часов с большим дисконтом не считается больше каким-то жлобством, напротив, это теперь символ ума и расчетливости. В Европе же и Азии с этим сложнее, там люди еще не готовы открыто признаваться, что полную цену за часы они заплатить не могут, а потому вынуждены искать предложения со скидкой», — говорит Морис Гольдбергер.

Отличить настоящее от подделки

Авторитетное «Объединение предприятий швейцарской часовой промышленности» («Verband der Schweizerischen Uhrenindustrie» — «FH») со штаб-квартирой в одном, наверное, из самых часовых городов Швейцарии Биль (Biel), не обладает практически никакой информацией относительно масштабов данного феномена. «Официально никаких распродаж у нас не бывает. Некоторые фирмы даже заставляют своих официальных дилеров подписывать на этот счет специальные бумаги. Однако, скорее всего, в реальности все не так просто», — признает Мишель Арну (Michel Arnoux), глава департамента «FH», отвечающего за борьбу с контрафактом.

«Швейцарская часовая индустрия долгое время была очень скрытным миром. Но сейчас настала пора открытости и прозрачности»

Для многих, у кого нет лишних пары сотен тысяч для приобретения настоящих дорогих часов, скидка в 30, 40, а то и в 50% может действительно показаться очень хорошим предложением. Однако Мишель Арну предупреждает: «Товар, предлагаемый в магазинах часов по сниженным ценам, нередко содержит значительную долю фальсификата. То, что настоящие часы часто перемежаются в таких торговых точках подделками — ни для кого не секрет. А отличить подделку от настоящих часов бывает очень сложно даже для специалистов. Я уже не говорю о том, что такого рода каналы часто используются для откровенного сбыта краденого».

Что же касается интернета, на просторах которого существует бесчисленное количество сайтов с «настоящими швейцарскими часами», опасности и риски, с которыми сталкиваются покупатели, возрастают многократно. «Многие такие порталы утверждают, что их товар получен с так называемого «серого рынка», или что это часы категории «секонд хэнд», — говорит Мишель Арну. «На самом же деле, как правило, речь в данном случае идет о самых настоящих подделках».

Морис Гольдбергер уверяет, что свой товар он продает только через легальные «белые» каналы (магазины товаров по сниженным ценам, частным лицам и т.д.) и только в границах тех географических регионов мира, по которым с производителями у него достигнуты соответствующие соглашения. «На серый рынок я часы не поставляю», — говорит М. Гольдбергер. А как насчет интернета? «В сети существуют тысячи, если не десятки тысяч порталов с часами, и только несколько сотен из них действительно обладают необходимой репутацией. И я работаю только с такими порталами», — говорит канадский бизнесмен.

Лес возможностей и опасностей

«Серый рынок», полу-неофициальные торговцы, на деятельность которых, однако, большие бренды закрывают глаза, контрафакт, практически неотличимый от оригинала — во всем этом лесу возможностей и опасностей заблудиться можно очень легко. «По сравнению с автомобильным рынком часовщики весьма запоздали в том, что касается цивилизованного регулирования вторичного рынка продаж с использованием «параллельных» каналов, и прежде всего интернета», — говорит Франсуа Курвуазье.

Решением проблемы, по его мнению, было бы создание списка официально сертифицированных торговых точек, через которые можно было бы покупать настоящие часы с дисконтом. Другим вариантом был бы регулярный выпуск некоего путеводителя по местам часовых распродаж с гарантией качества и получения адекватной информации. «Но, к сожалению, мы от всего этого еще очень далеки», — говорит Франсуа Курвуазье. «Швейцарская часовая индустрия долгое время была очень скрытным миром. Но сейчас настала пора открытости и прозрачности».

Дорогие часы дешево можно купить и в Швейцарии

Моха Самрауи (Moha Samraoui), основатель и владелец торговой интернет-платформы grooptoo.ch, часто рекламирует себя в качестве своего рода «часового Робин Гуда». На его сайте, и в самом деле, среди сотен дешевых моделей можно отыскать и самые настоящие жемчужины часового ремесла, которые, по его данным, обеспечивают ему до 20% оборота. «Мы приобретаем такие часы за рубежом у дискаунтеров, прежде всего в США, а затем перепродаем их швейцарским клиентам со скидкой в 40-60%», — говорит марокканец, недавно получивший швейцарский паспорт.

Такого рода «серый часовой рынок» в целом вполне легален, хотя понятно, что крупные часовые производители относятся к данным возможностям с большим скепсисом. Моха Самрауи говорит, что регулярно получает разного рода письма от адвокатов и мэйлы с угрозами. Нередки и персональные визиты представителей крупных лейблов, требующих удалить с его сайта те или иные модели. «Такое давление является главной причиной, почему многие крупные торговцы не спешат выходить на этот рынок. Они опасаются, прежде всего, юридических неприятностей. Но мы пока держимся, более того, многие бренды сами напрямую обращаются к нам с просьбой помочь „скинуть“ залежалый товар, не вызывая при этом ажиотажа и паники на рынке».

Настоящая проблема, по его словам, состоит в другом: швейцарские потребители все еще боятся покупать в интернете часы стоимостью в несколько тысяч франков. «И это при этом, что у нас товар имеет все положенные сертификаты и такую же гарантию, как и в нормальном магазине на улице», — говорит Моха Самрауи. Но ситуация потихоньку меняется. «Многие потребители отказываются платить 90-процентную накрутку просто „за имя“, и я думаю, что число таких людей будет расти в будущем все заметнее».


Перевод на русский и адаптация: Игорь Петров, swissinfo.ch

×