Навигация

Навигация по ссылкам

Основной функционал

Искусство и страхование В Швейцарии нести искусство людям становится все дороже

Иметь на своем попечении взятое «на прокат» ценное произведение искусства — это огромная ответственность.

(Keystone)

Кому-то может показаться, что 20 франков, или примерно 1160 рублей, за вход в швейцарский музей, где можно полюбоваться картинами Ван Гога — это слишком дорого. Однако в то время как в соседних с Конфедерацией странах уже в течение многих лет успешно практикуется система государственных гарантий страхования выставок, спасающая от непомерных трат и сами музеи, и их посетителей, в Швейцарии музеям приходится платить за страхование ценных экспонатов по нескольку миллионов швейцарских франков в год — и все это из собственного кармана.

Сегодня если швейцарский музей хочет выставить переданные ему во временное пользование экспонаты, то выплаты по страховым взносам производятся самим музеем. Задача эта хлопотная и сложная, так как оформление полиса для арт-объектов, а особенно зарубежных, — дело в высшей степени дорогостоящее. В некоторых странах существует система государственных гарантий, благодаря которой у музеев есть возможность выставлять ценные экспонаты, которые иначе, при оформлении страховки в частном порядке, влетели бы музею в настоящую копеечку.

«Мы размышляем об этой проблеме постоянно», — подчеркнул в интервью порталу swissinfo.ch Штефан Чарльз (Stefan Charles), глава экономического департамента Художественного музея в Базеле (Kunstmuseum BaselВнешняя ссылка). «Например, выставка картин Пикассо обойдется музею очень дорого. Поэтому, вероятнее всего, организовывать выставки такого уровня мы сможем лишь раз в несколько лет, потому что для реализации таких крупномасштабных проектов необходимо привлечь множество спонсоров». 

Криминальная хроника.

В Швейцарии кражи известных произведений искусства хоть и редко, но всё же случаются.

Так, например, в 2008 году из музея «Собрание Фонда Эмиля Бюрле» («Sammlung E.G. Bührle») в Цюрихе в результате вооружённого ограбления были похищены четыре картины Поля Сезанна, Эдгара Дега, Ван Гога и Моне общей стоимостью в 180 миллионов швейцарских франков.

Это была самая крупная кража произведений искусства в швейцарской истории и в Европе. Две картины были обнаружены полицией неделю спустя, остальные были возвращены в коллекцию музея через четыре года.

Две картины Пабло Пикассо, принадлежащие «Музею Шпренгеля» («Sprengel Museum») в Германии, были украдены во время выставки, проходившей в феврале 2008 года в культурном центре «Seedamm» в швейцарском городе Пфеффикон (Pfäffikon). Три года спустя картины были обнаружены на территории Сербии.

Конец инфобокса

Хотя со стороны руководства музея и не озвучивалось каких-то конкретных цифр, известно, что приблизительно две трети от его общего бюджета составляет общественное финансирование, которое идет на покрытие кадровых и оперативных расходов. Оставшаяся треть суммы — это поступления от таких спонсоров, как, например, банк Credit Suisse. Эти деньги идут на организацию выставок и приобретение произведений искусства. Художественный музей Базеля на своём веб-сайте с гордостью сообщает, что у него в распоряжении «самое крупное и старое в Европе открытое для публики собрание предметов искусства».

Директор музея считает, что для того, чтобы повысить уровень и частоту проведения зарубежных выставок, Швейцарии просто необходимо перейти к системе государственных страховых гарантий. Он опасается, что иначе в отношении интересных выставок Швейцария будет и дальше все больше отставать от международных стандартов, на основе которых действуют музеи в Берлине, Лондоне или Париже. И в этом он не одинок.

Другие музеи страны также выступают за введение данной модели страхования предметов искусства, уже на протяжении многих лет успешно применяемой в Великобритании, Франции и Испании. В Швейцарии похожий опыт также есть. В Цюрихе, например, давно уже действует муниципальная схема страхования для учреждений культуры, находящихся в ведении города.

Для них предусмотрены льготные тарифы страховых взносов, а все благодаря договору, который городской муниципалитет Цюриха заключил с двумя ведущими в Швейцарии коммерческими страховыми компаниями. Общественный «Музей Ритберг» («Rietberg MuseumВнешняя ссылка»), специализирующийся на искусстве Азии, Африки и Америки и Океании, подключился к этой системе страхования в начале 2013 года.

«Государственные гарантии страховой финансовой ответственности — это замечательная вещь для музеев, так как в этом случае деньги бы не утекали из фондов музеев на выплату страховых премий», — считает заведующая архивом «Музея Ритберг» Андреа Купрехт (Andrea Kuprecht) в интервью порталу swissinfo.ch. Однако не все так просто.

«Некоторые эксперты указывают, что на пути введения такой системы по всей Швейцарии стоит... швейцарский федерализм. Ведь если какие-то экспонаты, например, прибыли из Женевы в Цюрих, расположенный в противоположном конце страны, то теоретически потребуются государственные гарантии финансовой ответственности от каждого кантона, через которые осуществлялась траспортировка предметов искусства, а это просто нереально. И потому-то переход к системе госгарантий на данном этапе просто невозможен».

В самом деле, в соответствии с системой распределения полномочий между субъектами федерации и федеральным центром, в Швейцарии решение проблем страховой ответственности в отношении предметов искусства решаются на местном уровне, а не на федеральном. Так что пока система государственных страховых гарантий остается недостижимым идеалом.

Рынок искусства Искусство

PLACEHOLDER

За их произведения знатоки платят астрономические суммы. Современные художники переживают воистину золотой век. По мнению живущей в Лондоне швейцарской художницы Нади Берри, виноваты в этом молодые коллекционеры.

Картина «Three Studies of Lucian Freud», созданная в 1969 году известным художником, внуком основателя психоанализа Люсьеном Майклом Фрейдом (Lucian Michael Freud; 1922 — 2011), была продана 13 ноября в Нью-Йорке на аукционе «Christie’s» всего за десять минут. Ее новый владелец выложил за картину ни много ни мало 142 миллиона долларов, сделав это полотно самым дорогим современным произведением искусства, которое когда-либо было продано в мире. В тот же день на другом аукционе — «Sotheby’s» — также было поставлено несколько впечатляющих рекордов.

Эти совершенно астрономические цифры лишний раз доказывают то, что давно уже не секрет для знатоков и специалистов: рынок современного искусства растет гигантскими темпами, цены здесь знают только одно направление — вверх. Несмотря на кризис в прошлом году этот рынок вырос на 15%, преодолев психологически важную отметку в один миллиард долларов. Именно столько заработали участники этого рынка за год. Об этом заявила недавно маркетинговая компания «Artprice», глобальный лидер в области анализа рынка предметов искусства.

Удивительно — но факт: современное искусство сегодня стоит дороже признанных мастеров эпохи Ренессанса. Живущая в Лондоне швейцарская художница Надя Берри (Nadia Berri) разъясняет в интервью порталу swissinfo причины этого и рассказывает, какие виды занятости предлагает сегодня сектор торговли произведениями искусства.

Ценовые рекорды

Новейшим рекордом является цена картины «Three Studies of Lucian Freud», единого в трех лицах портрета Френсиса Бэкона (Francis Bacon). Это полотно было продано 13 ноября 2013 г. на аукционе «Christie’s» в Нью-Йорке за 142,4 млн. долларов.

Предыдущий рекорд принадлежал знаменитой картине Э. Мунка «Крик», которая в мае 2012 г. была продана на аукционе «Sotheby’s» за 119,9 млн. долларов. И если внимательно анализировать рынок произведений современного искусства, то станет ясно — новый ценовой рекорд неизбежен и он не за горами.

В тот же день 13 ноября на аукционе «Christie’s» был установлен рекорд в плане продажи произведения искусства ныне здравствующего художника, а именно, речь идет о скульптуре «Balloon Dog (Orange)» Джеффа Кунса (Jeff Koons), которая «ушла» за 58,4 млн. долларов.

Были зарегистрированы рекордные цены на произведения таких мастеров, как Кристофер Вул (Christopher Wool), Эд Рейнхард (Ad Reinhardt), Дональд Джадд (Donald Judd) и Виллем де Кунинг (Willem de Kooning). На следующий день на аукционе «Sotheby’s» были установлены рекорды в персональном зачете. Например, картина Энди Уорхола «Silver Car Crash» была продана за 105 миллионов долларов.

Немалые суммы были уплачены за произведения Эдвина Паркера Твомбли-младшего (Edwin Parker «Cy» Twombly, Jr.), Агнеса Мартина (Agnes Martin), Мартина Киппенбергера (Martin Kippenberger), Брайса Мардена (Brice Marden), а также творческого коллектива «Bruce High Quality Foundation» и Марка Брэдфорда (Mark Bradford).

Конец инфобокса

swissinfo.ch: Вы художник и преподаватель-доцент одновременно. Как Вам удается соединять эти два рода деятельности?

Надя Берри (Nadia Berri): Для меня каждая лекция это что-то вроде перформанса, представления. Я знакомлю людей с искусством и устраиваю рабочие семинары, которые базируются на практической работе. Обе эти реальности сливаются воедино, но каждая остается при этом полностью автономной.

Но и в рамках моей преподавательской деятельности я также наблюдаю соприкосновение абсолютно разных сфер: «Институт Искусств аукционного дома Сотбис» («Sotheby’s Institute of Art»), музей «Tate Modern» и благотворительный фонд «Charity Bow Arts» — что еще на свете может различаться столь разительно?

PLACEHOLDER

swissinfo.ch: Почему люди так интересуются образовательными курсами в области истории современного искусства, предлагаемыми структурами, тесно связанными с аукционным бизнесом?

Н. Б.: Дело в том, что упомянутый мной «Sotheby’s Institute of Art» изначально был «школой» для нужд данного аукционного дома. В 2002 г. он стал частью Университета города Манчестер, пусть даже имя «Сотбис» до сих пор употребляется в названии этого учебного заведения, и между аукционным домом и институтом продолжает существовать прочная связь.

Сегодня искусство является отраслью, в которой активно создаются рабочие места. В частности, я лично начиная с 2008 г. преподаю в «Sotheby’s Institute of Art» историю искусства, и интерес к моим лекциям растет постоянно. Так, например, курс лекций на тему «Искусство и бизнес» («Art & Business») я начала на должности приват-доцента, у меня было порядка 25 студентов. Сегодня их в два раза больше.

swissinfo.ch: Кто посещает такие курсы?

Н. Б.: В Лондон приезжают сейчас молодые люди со всего света. Тот, кто выбирает такой курс лекций, должен обладать как минимум двумя качествами: это солидные профессиональные знания, накопленные еще во время пребывания на родине, и достаточные финансовые средства для получения образования на таком высоком уровне. А часто это люди, которые просто ищут каких-то новых задач для себя в жизни.

swissinfo.ch: Можно ли считать Лондон европейской столицей современного искусства?

Н. Б.: Да, это близко к истине, учитывая, что в Лондоне сейчас сталкиваются и пересекаются самые разные течения и тенденции. Здесь есть музеи, аукционы, галереи, и что немаловажно — деньги, но также и творческие группы, которые сами «делают» свое искусство, распространяя его без посредников.

Самые влиятельные

Инвестировав в произведения современного искусства в общей сложности около одного миллиарда долларов, самой «влиятельной персоной в мире искусства» не без основания считается Аль-Маясса бинт Хамад бин Халифа Аль Тани, 14-й по старшинству ребёнок у шейха Хамада бин Халифы Аль Тани, бывшего эмира Катара.

Таково мнение журнала «ArtReview», публикующего каждый год рейтинг ста самых влиятельных персон в этой сфере, от галеристов до критиков, от коллекционеров до художников. В этом рейтинге есть и еще одна женщина из Германии по имени Беатрикс Руф (Beatrix Ruf). В общем зачете она находится на 7 месте, будучи директором музея «Kunsthalle Zürich» и членом экспертного художественного совета, реализующего культурные программы женевской ядерной лаборатории «CERN».

В десятку самых влиятельных деятелей мира искусства входят также два швейцарца. На третьем месте находится Иван Вирт (Iwan Wirth), галерист и торговец произведениями современного искусства из Цюриха, владелец галереи «Hauser & Wirth», одной из самых влиятельных мировых галерей с филиалами в Лондоне, Нью-Йорке и Цюрихе.

На пятой позиции расположился Ганс Ульрих Обрист (Hans Ulrich Obrist), также из Цюриха. Он является куратором выставок, критиком, историком искусств и одним из руководителей знаменитой «Serpentine Gallery», влиятельного центра современного искусства со штаб-квартирой в Лондоне (район «Kensington Gardens, Hyde Park»).

Конец инфобокса

swissinfo.ch: Но здесь мы уже находимся в пограничной зоне, примыкающей к искусству. А нас интересует, например, такой вопрос: как вообще возможно оценить значение и стоимость произведения современного искусства?

Н. Б.: Нужно отличать произведение искусства как таковое и суть его идейного «послания» от того, как это произведение воздействует на публику. На вкус и цвет, как известно, товарищей нет, влиять на вкус нельзя, да и невозможно, хотя каждый из нас должен стараться сохранять критический настрой. Тот факт, что данное произведение искусства выставлено в этой галерее, еще не означает, что мы имеем дело с действительно достойной вещью. Мы всего лишь видим зримую манифестацию частного вкуса владельца этой галереи.

Коммерческая стоимость и творческая ценность — это две совершенно разных вещи. В искусстве всегда были и будут модные течения. В настоящее время в моду вошло именно современное искусство, которое активно скупается новым поколением коллекционеров из России и арабского мира. Многие полагаются при этом на вкус своих менеджеров, агентов и советников, однако часто их рекомендации блокируют индивидуальную творческую свободу коллекционеров, сужая их кругозор и сферу их свободного выбора.

swissinfo.ch: И все-таки, почему современные коллекционеры обращают свое внимание прежде всего на современное искусство?

Н. Б.: Потому что оно обещает гламур и распространяет своего рода ауру, характеризующую личность данного коллекционера таким или иным образом. Впрочем, существуют здесь и вполне серьезные коллекционеры, которые разбираются в искусстве, сразу же видя произведения, которые на самом деле могут затронуть до глубины души, неся миру действительно важное послание.

swissinfo.ch: Что же сегодня особенно в моде?

Н. Б.: Я наблюдаю разные формы одного и того же кумулятивного эффекта, которые я обозначаю собирательным термином «Синдром Мурильо». Например, коллекционер получает рекомендацию приобрести произведения того или иного художника, уже, якобы, открытого и оцененного другими собирателями — и пошло, поехало...

Так, например, происходит сейчас с колумбийцем Оскаром Мурильо (Oscar Murillo, род. 1986 г.). Его популярность напоминает модный ажиотаж вокруг известного неоэкспрессиониста Жана-Мишеля Баския (Jean-Michel Basquiat, 1960 — 1988), которого в свое время активно продвигала галеристка Аннина Носеи (Annina Nosei), представляя его как «истинный голос улицы».

swissinfo.ch: А какова ситуация, в которой находятся швейцарские художники?

Н. Б.: Сейчас, например, очень популярен Альберто Джакометти (Alberto Giacometti, 1901 - 1966), его имя связано с очень солидными ценниками. А вот Пауль Клее (1879 - 1940) — тоже великий художник, которому музей «Tate Modern» посвятил замечательную совершенно выставку — похожего успеха на аукционах не имеет.

swissinfo.ch: Есть ли такой художник, которые хорошо продается на аукционах, но не потому, что он сейчас особенно в моде, а потому что в его произведениях люди улавливают определенную идею, своего рода «послание» городу и миру?

Н. Б.: Основываясь на собственном опыте я бы назвала французского концептуалиста Ива Кляйна (Yves Klein,1928 — 1962) с его перформансом «Zone de Sensibilité Picturale Immatérielle». Он известен своими так называемыми монохромными полотнами, самые знаменитые из которых выполнены в синем цвете (его работа «Le Rose du Bleu» была продана в июне 2012 г. за 23,56 млн франков, что так же стало рекордом – прим. ред.).

Он ставил перед собой задачу добиться совершенного материального воплощения идеального синего цвета, что ему во многом, можно сказать, удалось. В 1956 году он даже запатентовал свой вариант синего цвета под маркой «Klein Blue», известной в творческом мире в форме аббревиатуры «IKB».

swissinfo.ch: Основываясь на Вашем собственном вкусе, какое бы произведение Вы посоветовали приобрести коллекционеру?

Н. Б.: Очень бы посоветовала купить вещь под названием «Erased de Kooning Drawing» (1953 г.) американского художника и скульптора Роберта Раушенберга (Robert Milton Ernest Rauschenberg, 1925-2008), внука немецкого эмигранта и индианки из племени чероки, представителя абстрактного экспрессионизма, а затем концептуального искусства и поп-арта.

Речь идет о белом листе бумаги со стертым рисунком Виллема де Кунинга (Willem de Kooning, 1904-1997), также представителя абстрактного экспрессионизма. Де Кунинг сам подарил Раушенбергу этот листок. Сегодня он хранится в музее «San Francisco Museum of Modern Art» («SFMOMA»). И я даже боюсь представить, сколько эта вещь могла бы стоить на аукционе, учитывая всю связанную с ней предысторию.

Надя Берри

Родилась в Цюрихе. С 2008 г. ведет курсы для взрослых на тему истории современного изобразительного и прикладного искусства на базе «Sotheby’s Institute of Art». Работает также в качестве менеджера в музее «Tate Modern». Своим девизом по жизни она избрала высказывание американского музыканта Джона Кейджа (John Cage): «Искусство — это полезная игра».

Активно принимает участие в коллективных творческих проектах, таких, как проект «LUPA» («Lock Up Performance Art»), который реализовывался в Лондоне в период с 2011 по 2013 гг. В рамках этого проекта публика не ограничивалась ролью зрителя, но могла наряду с художниками принимать участие в творческом процессе.

Особенно интересным в рамках этого проекта оказалась «кинетическая система перформанса» под названием «Now, Voyager», состоявшая из насоса и большого красного мяча. Базисом для своего искусства она рассматривает междисциплинарный подход к творчеству. Примером такого подхода может считаться ее видео-инсталляция «Darren», видео-собрание криков случайно ряда случайно отобранных прохожих на улице.

Конец инфобокса

Ценность определяет рынок

В условиях просто взрывообразно растущих объемов страховых выплат на рынке предметов искусства государственные гарантии страхования выставок могли бы дать музеям и галереям столь необходимую им финансовую стабильность. «Бюджет нашего музея составляет 21 миллион франков», — рассказывает Штефан Чарльз и добавляет, что 40% от всех затрат, связанных с организацией выставки, приходится на приобретение страховых полисов.

«А эта сумма варьируется от нескольких сотен тысяч до нескольких миллионов швейцарских франков за выставку». Несмотря на то, что затраты Художественного музея в Базеле на страховые премии фактически снижаются, цены на предметы искусства растут.

В результате, как указывает Штефан Чарльз, стоимость страховки музейных экспонатов ежегодно возрастает на 10%. «Если они [страховые суммы] будут с каждым годом расти на 10%, то организовывать крупные выставки или даже просто выставки тех художников, чьи картины имеют высокую рыночную стоимость, будет значительно сложней и дороже».

Практика страхования в других странах

В 2010 году Европейская комиссия провела исследованиеВнешняя ссылка, в ходе которого на примере 31-ой страны были изучены схемы страхования предметов искусства, а также проанализировано, как механизм государственных гарантий страхования выставок осуществляется на практике в тех странах, где он существует. США были первой страной, принявшей ещё в 1975 году систему госгарантий страхования зарубежных выставок.

За это время, вплоть до 2010 года, в рамках этой системы было организовано 746 экспозиций. На тот период государству это обошлось в 105 тысяч долларов США (102 000 швейцарских франков), включая административные расходы. Пришлось смириться также с парой инцидентов, когда экспонаты «незначительно пострадали». Как показало исследование, «цель государственных гарантий не сводится исключительно к оказанию финансовой поддержки музеям.

Они также содействуют культурным обменам и представляют разнообразие культурных ценностей на региональном и национальном уровнях». По словам консультанта Художественного совета ВеликобританииВнешняя ссылка Анастасии Теннант (Anastasia Tennant), один из основных аргументов в пользу введения в этой стране механизма государственных гарантий сводился именно к «общественной пользе» от обмена культурными ценностями. Анастасия Теннант занимается всеми организационными вопросами, связанными с системой госгарантии страхования.

Свои условия есть, правда, и здесь. Иностранные учреждения культуры обязаны по крайней мере за три месяца до предполагаемой даты организации выставки подать соответствующую заявку, если они только хотят провести выставку в рамках государственной схемы страхования. Они также должны «отчитаться по вопросам, связанным с контролем состояния окружающей среды и обеспечением безопасности».

Механизм государственных гарантий страхования распространяется только на экспонаты, переданные государственным музеям во временное пользование. Когда же музеи возят собственные коллекции по Великобритании, то страхование вывозимых предметов искусства не покрывается в рамках этой схемы, так как никакого смысла в предоставлении госгарантий самому себе нет. В этом случае культурные ценности отправляются музеями на выставочные обмены на свой страх и риск.

Фотогалерея Когда шедевр едет в гости!

Перевезти картину из одного музея в другой - задача, которая под силу только настоящим профессионалам. 

«Без государственных гарантий большая часть музеев не смогла бы организовывать такие выставки, какие они могут себе позволить сейчас. Так что преимущества этой системы очевидны и для музеев, и для публики», — говорит Анастасия Теннант в интервью порталу swissinfo.ch. «Она оправдывает себя хотя бы потому, что страховые случаи наступают крайне редко, что является заслугой хорошо разработанных мер по охране предметов искусства в ходе их перевозки», — добавляет она.

Единственная проблема, с которой они столкнулись, касалась условий хранения и экспонирования ценных произведений в небольших музеях. Поэтому для того, чтобы помочь довести такие музеи до требуемого уровня в плане обеспечения безопасности предоставленных во временное пользование предметов, а также в смысле кадрового обеспечения и контроля влияния на экспонаты окружающей среды, в Великобритании было выделено дополнительное специальное финансирование. В Швейцарии, однако, на эту проблематику смотрят все еще несколько иначе.

По мнению швейцарского правительства, разрешить все сложности, связанные с введением системы госгарантий страхования выставок, практически невозможно. В программном документе о планах развития швейцарской национальной политики в области культуры на 2016-2020 годыВнешняя ссылка кабинет министров чётко изложил причины, по которым госгарантии на федеральном уровне для Швейцарии совершенно не годятся. В 2015 году документом будет заниматься парламент.

В нём, в частности, говорится, что если Швейцария перейдет к этой схеме, то тогда федеральному бюджету придётся «взять на себя обязательства» по возмещению «ущерба, который, в худшем случае, может достигать нескольких миллионов», но при этом федеральный центр, как и раньше, никоим образом не сможет вмешиваться в политику по управлению рисками в частных музеях. Основной вывод, сделанный в этом документе, сводится к тому, что «невозможно подсчитать или прикинуть ни размер, ни вероятность потенциального ущерба», а следовательно, финансовые риски, сопряжённые с этой схемой, будут для федерального бюджета слишком высоки.

Нестандартные страховые ситуации

Бывают и необычные случаи, которые выходят за рамки стандартной системы страхования. В 2011 году «Музей Ритберг» организовывал, например, выставку, на которой должны были быть выставлены редкие персидские рукописи из Тегерана. Однако, из-за западных санкций против Ирана, организовать страховку было практически невозможно, поскольку, случись что с ценными предметами, и выплата страховой компенсации была бы запрещена.

Его армия Бойцы

Терракотовую армию императора Цинь Шихуан-ди (259-210 до н.э.), случайно обнаруженную в 1974 году, часто называют "Восьмым чудом света". Бернский исторический музей представляет выставку, посвященную увлекательной истории древнего Китая.

Кураторы выставки в течение двух лет вели переговоры с китайскими властями, стремясь получить разрешение на выставку. Центром экспозиции «Цинь - бессмертный император и его терракотовые воины» является загадочная фигура первого императора Китая и его монументальная гробница.

Обнаруженная 40 лет назад в провинции Шэньси, в 1987 году она была включена в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. На данный момент археологи раскопали 1 500 из предполагаемых 8 тыс. фигур.

Вместе с 10 оригинальными терракотовыми фигурами в Берне выставлены также 220 не менее значимых археологических объектов.

Проблема разрешилась после того, как швейцарский Государственный секретариат по экономическим вопросам (SECO) предоставил разрешение на совершение транзакции, если бы страховой случай всё-таки наступил. Музею удалось найти одну-единственную страховую компанию, которая согласилась взяться за это дело. «Мы стали жертвой довольно нестандартной ситуации, и в итоге нам пришлось заплатить изрядные страховые премии», — вспоминает Андреа Купрехт. А что делать, когда о своих правах на произведение искусства заявляют третьи стороны?

«В Великобритании любая галерея или любой музей, перед тем, как выставить у себя какой-либо предмет искусства, должны накопить убедительные доказательства того, что накануне выставки они предприняли все возможные и невозможные шаги с тем, чтобы удостоверится в юридической чистоте экспонатов», — указывает Анастасия Теннант. И если музей действительно сделал все это, то тогда он может рассчитывать, с опорой на действующее в стране специальное законодательство, на иммунитет на случай возможного ареста культурных ценностей.

Альтернатива госгарантиям страхования

Есть ли тут альтернатива? Есть, и называется она «частное спонсорство». Сегодня становится уже нормой, что музеи, планируя пригласить к себе интересную выставку из-за границы, прибегают к услугам спонсоров, которые берут на себя оплату дорогостоящей страховки.

Например, на веб-сайте Исторического музея в Берне, где рассказывается об экспозиции под названием «Цинь — бессмертный император и его терракотовые воины», чётко указывается, что проведение «этой выдающейся выставки стало возможным при поддержке сильного спонсора». Как экспозиция картин В. Ван Гога, которая прошла в 2009 году в Художественном музее Базеля, так и выставка в Берне, посвящённая времени императорской династии Цинь, были организованы при поддержке швейцарского банка UBS.

Штефан Чарльз считает, однако, что привлекать спонсоров было бы целесообразней не к организации отдельных выставок, а к долгосрочному партнерству сразу на несколько лет. «У нас есть контракты сроком и на три года и более — это просто необходимо, если мы только хотим обеспечить себе хоть какую-то стабильность и финансовую базу».


Перевод на русский: Екатерина Филеп, swissinfo.ch

Ключевые слова

Neuer Inhalt

Horizontal Line


Teaser Longform The citizens' meeting

Teaser Longform The citizens' meeting

The citizens' meeting

subscription form

Подпишитесь на наш бюллетень новостей и получайте регулярно на свой электронный адрес самые интересные статьи нашего сайта

Подпишитесь на наш бюллетень новостей и получайте регулярно на свой электронный адрес самые интересные статьи нашего сайта