Your browser is out of date. It has known security flaws and may not display all features of this websites. Learn how to update your browser[Закрыть]

Твердая валюта


Швейцарский франк: мировой резерв или валюта для гурманов?


Автор: Анна Каледина, Москва


 Другие языки 1  Языки 1
Швейцария слишком благополучна, а статус мировой резервной валюты слишком рискован, поэтому франк останется нишевым платежным средством, надежным, но не очень популярным.  (Keystone)

Швейцария слишком благополучна, а статус мировой резервной валюты слишком рискован, поэтому франк останется нишевым платежным средством, надежным, но не очень популярным. 

(Keystone)

После введения санкций ЕС и США в России активизировались дискуссии о возможном отказе от использования доллара в расчетах и сделках между частными лицами и на государственном уровне. Но какая валюта займет место доллара? Может быть, швейцарский франк?

На волне последних политических событий в России некоторые представители власти и экономисты выступают с негодующими речами, мол, доколе держать в американских ценных бумагах миллиарды от продаж нефти и газа? Зачем поддерживать экономику и валюту страны, выступившей застрельщиком антироссийских санкций?

По данным Минфина США на август 2014 года, Россия вложила в американские казначейские ценные бумаги 118 млрд. долларов. И в такой ситуации отказаться от доллара? Но куда же инвестировать многомиллиардные резервы, спрашивает Банк России (Центробанк) у яростных критиков культа доллара. И те, как фокусники, достают из рукава давно готовый ответ - в золото и швейцарский франк.

Взять и заменить?

Впервые идея отказа от доллара в расчетах возникла в России еще в марте 2014 года, когда США и ЕС еще только начинали вводить санкции в отношении России. Ее автором был экономический советник президента России Сергей Глазьев. В Кремле инициативу Глазьева не поддержали, но идея, что называется, овладела массами и начала превращаться в материальную силу.

Депутаты стряхнули пыль с давних законопроектов об отказе от доллара, кроме того, значительно активизировались усилия России в плане перехода ко взаиморасчетам с иностранными партнерами в рублях. В октябре 2014 года принципиальные договоренности по этому поводу были достигнуты с Китаем и Северной Кореей.

Можно вспомнить, что и президент Путин, и премьер Медведев неоднократно говорили о необходимости постепенного перехода на национальную валюту во взаиморасчетах с иностранными партнерами, а в ходе недавнего глобального кризиса главы ведущих мировых государств также всерьез обсуждали возможность введения альтернативной доллару резервной валюты.

Однако желание уйти от инвестирования резервов в американские ценные бумаги упирается в уже прозвучавший выше вопрос ЦБ, а куда, собственно, вкладывать тогда средства? Швейцарский франк в этом смысле, безусловно, привлекательная альтернатива, если бы не одно «но». Швейцария заимствует на внешнем рынке крайне мало средств, и это огромная проблема для Центробанков, теоретически желавших бы инвестировать в активы Конфедерации.

Резервные валюты

Швейцарский франк входит в пятерку основных мировых резервных валют. Правда, его доля в общем объеме не превышает 0,3%. Главной резервной валютой остается доллар США. В нем другие страны держат более 60% своих золотовалютных резервов.

Далее следует евро. В бумаги, номинированные в этой валютой, страны вкладывают около четверти резервов. На денежные единицы Великобритании, Японии и Швейцарии, по данным на 2013 год, приходится уже значительно меньше — соответственно 4%, 3,9% и 0,2%. Прочие валюты занимают общую долю в 6,2%.

Самой первой резервной валютой в истории был британский фунт стерлингов, который господствовал в международных расчетах. Но политические изменения в результате двух мировых войн в прошлом веке сначала вывели на мировую арену американский доллар, а со временем именно он и стал лидером среди резервных валют.

Конференция в Бреттон-Вудсе, заложившая основы одноименной системы, в конечном итоге привела к доминированию доллара в международных расчетах. В 1976 году на Ямайской валютной конференции статус резервных получили немецкая марка и японская иена.

На данный момент мировые резервные валюты выполняют роль не только единицы в системе расчетов, но и используются другими странами для хранения и накопление резервов. Страна, выпускающая такую валюту, всегда имеет ряд преимуществ перед другими государствами. Но и рискует она больше.

Напомним, что технически процесс выглядит таким образом: страна хочет занять на внешних рынках, выпускает ценные бумаги, которые приобретают другие страны, превращая их в свои резервы. Валюта же, в которой эти бумаги номинированы, становится, таким образом, резервной. Россия уже пыталась проводить операции с франком осенью 2009 года, то есть испытать ее в качестве потенциального резерва, но из-за малой емкости рынка активов, номинированных в этой валюте, в портфеле российского ЦБ франк как-то не прижился.

Лучше потерять немного, чем всё

Швейцарский франк в целом чрезвычайно популярен у инвесторов, но пока широкие возможности заработать на нем есть только у игроков фондового и валютного рынков. А между тем многие Центробанки тоже имеют огромный интерес к активам, номинированным во франках. «В недавний кризис спрос на них был такой, что Национальный банк Швейцарии даже установил отрицательную доходность по бумагам, которые покупали у него другие банки. Но инвесторов это не отпугивало, их все равно привлекала стабильность вложений», — говорит Никита Кричевский, доктор экономических наук, профессор, главный научный сотрудник Института экономики РАН.

То есть по сути, инвесторы понимали, что лучше потерять немного, чем всё, и экономика Швейцарии помогала решить этот вопрос. Почему? Во-первых, она обеспечивала стабильный, хоть и минимальный, рост промышленного производства в размере 1-2% в год. Швейцарский ВВП в 2013 году составил 646,2 млрд. долларов. Безработица здесь одна из самых низких на уровне 3,2%, а инфляция фактически отсутствует.

Привлекает инвесторов, как ни парадоксально, и низкий уровень государственного долга — менее трети ВВП. Но вот желания наращивать свои долговые обязательства Швейцария не демонстрирует. На вопрос swissinfo.ch, сможет ли Конфедерация когда-нибудь увеличить заимствования на внешнем рынке и будет ли это интересно Банку России, в российском ЦБ прозвучал ответ, что действия швейцарских коллег никто комментировать не будет.

Но ведь любой ЦБ не прочь диверсифицировать свои активы и разместить их на рынке? И тут все упирается в емкость соответствующей валюты. «За долларом и евро стоят огромные экономики, емкостью по 16 трлн. долларов. Швейцарская же экономика в 25 раз меньше», — указывает Федор Бизиков, старший портфельный управляющий компании «GHP Group».

Эксперт добавляет, что Конфедерации было бы трудно освоить слишком большие прямые иностранные инвестиции. «При масштабе швейцарской экономики в 650 млрд. долларов, ей куда сложнее было бы переварить поток инвестиций, сопоставимый с иностранными инвестициями в развивающиеся страны, такие, как как Россия, Бразилия или Индия, размер экономик каждой из которых превышает 2 трлн долларов».

Экономика — стабильна, франк — устойчив

Есть и еще ряд причин, почему Швейцария не хочет сейчас и не будет увеличивать свои внешние заимствования, без чего ее валюта не сможет стать мировой резервной. Во-первых, в Швейцарии нет бюджетных проблем, доходная часть превышает расходы. А именно из-за дефицита государства чаще всего прибегают к заимствованиям.

«Бюджетные траты полностью покрываются внутренними поступлениями и не возникает необходимости в дополнительном привлечение капитала для нужд бюджета», — отмечает Федор Бизиков. Действительно, доходы бюджета Швейцарии в 2013 году составили 217,8 млрд. долларов, а расходы — 208,5 млрд. Во-вторых, обычно внешние заимствования нужны стране для инвестирования в собственную экономику. Но и тут в Конфедерации все благополучно.

«Экономика Швейцарии стабильна, положение франка устойчиво», — говорит Никита Кричевский. «Поэтому стране не нужен поток инвестиций, а нужны точечные вложения в производство, сельское хозяйство, чтобы поддержать экономический рост. Привлечение избыточных денежных ресурсов может привести к нарушению устойчивости экономики — главного козыря Швейцарии.

Швейцарцы не хотят волатильности своих финансов, то есть они делают ставку не на спекуляции, а на реальное производство», — подчеркивает он. А к чему приводит такая волатильность, в частности, чем грозит трансграничная активность капитала, видно хотя бы по России, где бегство средств с российского рынка спровоцировало резкое обесценение национальной валюты и увеличение инфляции. Но опрошенные эксперты видят причину не только в емкости и невозможности «переработать» заемные средства.

Ведь можно просто печатать деньги и вкладывать, например, в активы за рубежом. Чем, кстати, грешат крупные государства. Но тут опять возникает вопрос о той же устойчивости. Швейцария сознательно сохраняет финансовый нейтралитет и делает ставку на стабильность с небольшим, но поступательным ростом экономических показателей, отказываясь от спекуляций.

«Это вполне предсказуемая тактика для небольшой страны, которой трудно противостоять ведущим странам в борьбе за мировые ресурсы, в том числе и за придание национальной валюты статуса мировой резервной, тем более, что по сравнению с той же Еврозоной масштабы здесь просто несопоставимы», — уточняет Ф. Бизиков.

Валюта для финансовых гурманов

При этом понятие «тихой финансовой гавани», которое любят применять по отношению к Швейцарии, тоже весьма относительно. Например, Швейцария сама является крупным кредитором США, что в определенном смысле ставит ее благополучие в зависимость от экономики другой страны. Только в американские казначейские бумаги страна вложила почти 190 млрд. долларов, согласно данным Минфина США на август 2014 года. Это передвинуло Швейцарию на шестое место в списке крупнейших кредиторов Америки.

И недаром осторожные швейцарцы, в свою очередь, сами задумались о том, что будет с их валютными резервами. Так, 30 ноября 2014 года в стране пройдет референдум, который организуется по инициативе ряда групп граждан. На повестке дня стоит вопрос, следует ли не менее 20% валютных резервов ЦБ Швейцарии перевести в чистое золото, и не стоит ли хранить все резервы только в самой стране.

Эксперты сомневаются, что этот референдум как-то принципиально повлияет на финансовую устойчивость Конфедерации и на позиции франка. «Мое личное ощущение, что это совершенно нейтральное для франка событие. Просто швейцарская демократия устроена так, важные вопросы без референдума не решаются», — полагает Федор Бизиков.

Никита Кричевский также не придает особого значения результатам референдума. «Скорее всего решение о переводе резервов в золото одобрят, но это мало значащий референдум. К примеру, у США 75% резервов хранится в золоте, а у России — 9%. И что? Не золотое обеспечение определяет стабильность экономики, а репутация и устойчивые показатели», — резюмирует он.

Итак, швейцарский франк слишком стабилен, экономика Швейцарии слишком благополучна, а потому у страны нет поводов и причин пускаться в спекуляции на валютном рынке и рисковать собственной стабильностью только ради придания франку реального статуса глобальной резервной валюты. Если бы этот статус приносил больше выгоды, чем рисков, тогда Швейцария наверняка призадумалась бы о такой перспективе. Но пока дело обстоит обратным образом, франк останется тем, чем он является сейчас, а именно, устойчивой нишевой валютой для знатоков и финансовых «гурманов». 

swissinfo.ch

×