Your browser is out of date. It has known security flaws and may not display all features of this websites. Learn how to update your browser[Закрыть]

«Валютный шок»


Во что обошлось Швейцарии укрепление франка


Автор: Мэтью Аллен (Matthew Allen)


Нестабильный обменный курс франка был весь прошлый 2015 год основным фактором экономической нестабильности в Швейцарии.  (AFP)

Нестабильный обменный курс франка был весь прошлый 2015 год основным фактором экономической нестабильности в Швейцарии. 

(AFP)

Ровно год назад 15 января в 10.29 утра мир еще был в полном порядке. Курс франка к евро составлял 1,20 франка за 1,0 евро, то есть за один евро можно было купить товары и услуги стоимостью 1,20 франка. А уже в 10:30 Центральный банк Швейцарии буквально потряс мир финансов, заявив, что снимает любые ограничения, призванные сдерживать укрепление национальной валюты. Буквально в течении нескольких минут стоимость франка относительно евро взлетела до рекордного уровня в 85 сантимов/раппен за евро. Как эти события отразились на состоянии швейцарской экономики? 

Волны, поднятые ЦБ Швейцарии на поверхности мирового финансового океана, быстро успокоились и большую часть прошлого 2015-го года пара евро/франк находилась в стабильном диапазоне от 1,05 до 1,08 франка. Однако дело, как говорится, было уже сделано: для покупателей и туристов из еврозоны швейцарские товары и туристические услуги подорожали по крайней мере на 10%. Но вот прошел год, и швейцарский бизнес пытается подвести какие-то итоги и выяснить, насколько велики оказались реальные экономические и политические потери, к которым привело роковое решение швейцарского ЦБ отказаться от поддержки фиксированного обменного курса франка к евро.

Итоговые цифры за 2015 год выглядят отнюдь не радужно. В среднем уровень безработицы в стране в прошедшем году был выше соответствующего показателя 2014-го года на примерно 6 тыс. человек. Для Швейцарии, где на учете стоит буквально каждый безработный, это очень много. В ходе 2015 года швейцарское правительство неуклонно снижало свои прогнозы относительно роста национальной экономики с 2,1% в начале года до 0,8% в конце. В период с мая по октябрь 2015 года число ночевок туристов в швейцарских отелях уменьшилось на 142 тыс. по сравнению с соответствующим периодом 2014-го года. На 8% увеличился объем денежных средств, оставляемых швейцарцами в магазинах и супермаркетах ближайшего зарубежья, прежде всего в Германии и Франции, добравшись до уровня в 11 миллиардов швейцарских франков. Количество обанкротившихся компаний возросло на 7%.

Чтобы сделать франк менее привлекательным для инвесторов ЦБ ввёл «негативные проценты» по депозитам, что стало мерой, больно ударившей по бюджетам швейцарских страховых пенсионных компаний и по инвестиционным проектам банков. Многие компании с целью сокращения накладных расходов начали частичный перевод своих производственных мощностей за границу. Спрос на швейцарский экспорт упал, что заставило многие фирмы или переходить на сокращенный рабочий день, или вводить 44-часовую рабочую неделю.

Конечно, возлагать ответственность за каждое потерянное рабочее место или за каждую обанкротившуюся фирму исключительно на укрепившийся швейцарский франк, нельзя. Свою роль сыграли и другие факторы, среди которых следует отметить снижение спроса на швейцарские товары и услуги со стороны потребителей из еврозоны, крупнейшего экспортного рынка Швейцарии. И тем не менее, нестабильный обменный курс весь прошлый 2015 год оставался все-таки основным фактором нестабильности для швейцарской экономики.

«Йордан-варвар»

«По имеющимся на сегодняшний день данным в 2015 году в экономике Швейцарии наблюдался период стагнации», — отметил в интервью порталу swissinfo.ch Янвиллем Акет (Janwillem Acket), главный экономист банка «Julius Bär & Co. AG». «Однако я подозреваю, что после получения полных данных по итогам прошедшего года мы будем вынуждены сделать вывод о том, что экономика Швейцарии вошла не просто в стадию стагнации, но провалилась в полноценную техническую рецессию. Пока определенно можно только сказать, что такие секторы, как розничная торговля, туризм, машиностроение и электротехническая отрасли уже точно находятся в состоянии рецессии».

«Экономическая погода в наступившем 2016 году тоже будет довольно бурной, если не штормовой, а все потому, что со стороны обменного курса никаких добрых новостей нам ожидать не приходится», — добавляет Янвиллем Акет. «Единственное, на что остаётся надеяться швейцарской промышленности, так это на рост спроса со стороны потребителей из еврозоны». Перед лицом столь безрадостных перспектив промышленные лоббисты, профсоюзы и отдельные предприниматели не скупятся на довольно нелестную критику в адрес швейцарского ЦБ.

Так, в одной из статей, опубликованных швейцарским профсоюзом Unia в своей газете Work, президент Швейцарского национального банка Томас Йордан (Thomas Jordan) был назван «Йорданом-варваром», а сам он на одной из карикатур был изображен стоящим над дымящимися руинами швейцарской экономики. В этой статье также отмечалось, что согласно данным Международной организации труда (МОТ), в третьем квартале прошлого 2015 года уровень безработицы в Швейцарии (4,9%) впервые в истории был выше, чем в Германии (4,5%). 

Многие экономисты, однако, призывали все-таки не забывать, что из-за принятого Европейским Центральным банком (ЕЦБ) решения закачать в экономику еврозоны миллиарды ничем не обеспеченных евро, возможности для манёвра, находившиеся в распоряжении SNB, были весьма ограниченными.

В свою очередь сам швейцарский ЦБ аргументировал своё решение отказаться поддерживать стабильный курс евро к франку тяжелым положением, обусловленным, с одной стороны, экспансионистским монетарным курсом ЕЦБ, а с другой стороны движением ЦБ США в прямо противоположном направлении, то есть к возможному повышению ставки рефинансирования. И если бы ЦБ Швейцарии продолжил и дальше идти по пути покупки всё большего и большего количества евро только лишь с целью удержания выгодного обменного курса, то это в итоге раздуло бы его баланс до просто невообразимых размеров.

Приспособиться к новым реалиям

Швейцарская газета Tages-Anzeiger, выступая в защиту швейцарского ЦБ, пошла даже ещё дальше, наградив его президента Томасa Йордана званием «Человек года» как раз за его «мужественное решение по упразднению минимального обменного курса франка к евро». Тем не менее, SNB продолжает испытывать значительное политическое давление. С одной стороны, жесткая критика в его адрес со стороны консервативной Швейцарской народной партии (SVP/UDC) вроде бы поутихла, но зато теперь он попал под огонь критики левых партий, которые опасаются, что сильный франк может негативно отразиться на конкурентоспособности швейцарской экспортной промышленности, что неизбежно, с их точки зрения, приведет затем к сокращению числа рабочих мест.

Политические дебаты на тему SNB привели и к оживлению на фронте швейцарской прямой демократии. Так, в ноябре 2014 года швейцарцы на референдуме голосовали по законодательной инициативе, которая предписывала ЦБ перевести в золото по меньшей мере 20% всех своих активов. Инициатива была отклонена, но еще, как говорится, не вечер. Уже очень скоро на референдум может быть вынесена еще одна законодательная инициатива, которая требует передать ЦБ исключительное право как выпуска денег в оборот, так и изъятия их из оборота, причем касается это как денег наличных, так и безналичных («электронных»).

Сам ЦБ Швейцарии пока ещё не высказал своего официального мнения относительно так называемой «Инициативы в пользу полноценных денег» («Vollgeld-Initiative»), однако недавно его глава Томас Йордан выступил против инициативы, отметив, что она «была бы очень рискованным экспериментом». И тем не менее, несмотря на резкую смену своего курса, репутация швейцарского ЦБ на мировых финансовых рынках остается весьма прочной.

Янвиллем Акет обращает внимание на то, что с лета прошлого года курс евро/франк довольно стабильно держится на отметке в 1,08, а это значит, что рынки всерьёз относятся к заявлениям Центробанка о его готовности защищать швейцарскую валюту, проводя при необходимости интервенции на валютном рынке. «Если курс франка будет оставаться стабильным, то компании смогут оптимизировать свои затраты и более или менее уверенно планировать свое будущее», — говорит он. «Открыв один из шлюзов за несколько секунд до неконтролируемого прорыва плотины, ЦБ теперь старается выиграть время, предоставляя экономике Швейцарии возможность приспособиться к новым реалиям».

Укрощение швейцарского франка

Швейцарский франк традиционно имеет репутацию одной из самых стабильных мировых валют, так называемой валюты-убежища, привлекающей инвесторов, рассчитывающих, что именно франк наилучшим образом обеспечит сохранность их капиталовложений. Так было, в том числе и после кризиса 2008 года, когда стоимость и доходность многих инвестиционных проектов упала и в мировой экономике воцарилась обстановка крайне высокой степени неопределённости.

Когда курс швейцарского франка начал расти по отношению к другим валютам — в особенности по отношению к евро, но и к доллару тоже — начало расти и давление на Национальный банк Швейцарии, который должен был как-то поддержать швейцарских экспортёров. В 2011 году ухудшение ситуации в экономике еврозоны привело к тому, что франк практически достиг паритета с евро.

Опасаясь угрозы дефляции летом 2011 года Швейцарский национальный банк начал во всё в больших количествах печатать швейцарские франки с тем, чтобы снизить привлекательность валюты Конфедерации для иностранных инвесторов. Когда стало очевидно, что эта стратегия оказалась неспособной изменить ситуацию на финансовом рынке, 6 сентября 2011 года ШНБ ввел предельный уровень 1,20 для пары евро/франк. Для того чтобы сохранить такой «потолок», Банк пообещал печатать столько франков, сколько было необходимо для сохранения такого курса.

В течение трёх с половиной лет ЦБ Швейцарии удавалось сохранять стабильный курс франка по отношению к евро. Однако в результате в распоряжении ШНБ оказался рекордный объем активов на сумму почти в 500 млрд. франков, что составляет приблизительно 70% суммарного объема ВВП страны. А в январе 2015 года Европейский Центробанк объявил о том, что планирует запустить собственную программу количественного смягчения, «влив» в экономику Еврозоны 1,1 триллион евро (CHF 1,09 триллионов швейцарских франков или 1,08 триллионов долларов США).

И тем не менее, 15 января 2015 года Швейцарский Национальный банк был вынужден признать свое поражение и принять решение больше не поддерживать фиксированный обменный курс франка к евро. ШНБ пришел к заключению, что идти по бесконечному пути покупки всё большего и большего количества евро только для удержания низкого обменного курса для него не имеет смысла и может быть даже опасным.


Перевод на русский и адаптация: Екатерина Филеп, swissinfo.ch

×