Your browser is out of date. It has known security flaws and may not display all features of this websites. Learn how to update your browser[Закрыть]

Документ


Союзная грамота или Bundesbrief 1291 года


Автор: Игорь Петров (неофициальный перевод), г. Берн


Текст «Союзной грамоты» 1291 года выглядит скорее консервативно и не нацелен на какие-либо фундаментальные преобразования. (Keystone)

Текст «Союзной грамоты» 1291 года выглядит скорее консервативно и не нацелен на какие-либо фундаментальные преобразования.

(Keystone)

О чем идет речь в так называемой «Союзной грамоте» («Bundesbrief»), важнейшем документе швейцарской истории? Мы предлагаем Вашему вниманию неофициальный перевод этого документа на русский язык с небольшим научным комментарием.

«Союзная грамота» 1291 года содержит следующий текст, который мы приводим в неофициальном переводе на русский язык с наиболее распространенного немецкого текста, который сам является, обратим на это внимание, переводом с латинского оригинала (хранится в «Музее союзной грамоты»).

«Во имя Господа — аминь! Почтенен и добропорядочен труд и служит общественному благу, коль скоро договоры, служащие (делу) мира и спокойствия, сохраняются в надлежащей форме».

1. «Пусть же узнает каждый, что люди (жители) долины Ури, общины долины Швиц и сообщество людей (жителей) Унтервальдена, входящее в состав Нидвальдена, перед лицом коварства (нынешнего) времени и с тем, чтобы легче защищать и сохранять в надлежащем лучшем состоянии себя и свое имущество, в твердой верности пообещали себе поддерживать друг друга помощью, любым советом и содействием, имуществом и жизнью, как внутри долин, так и во вне их, со всей властью и силой, против групп или отдельных лиц, стремящихся им или кому-то из них учинить насилие, причинить беспокойство или неправду, или сотворить зло против их жизни и имущества. И еще пообещала каждая из общин немедленно оказать помощь другой настолько, насколько помощь оказалась бы необходимой, причем за свой счет и в том объеме, который был бы необходим для того, чтобы противостоять нападению злодеев и иметь возможность отомстить совершенную несправедливость».

2. «Кроме того, они дали друг другу братскую (кровную) клятву исполнять этот договор без всяких задних мыслей, возобновив тем самым посредством нынешнего союза содержание более раннего, клятвенно заверенного, соглашения...»

3. «...при том, однако, мнении, что каждый, соответственно своему положению, своему господину достойно подчиняться и служить должен».

4. «На основании совместного совета и единодушного согласия заключили мы, постановили и пообещали друг другу, что в вышеупомянутых долинах никогда не признаем и не примем в качестве судьи того, кто получил свой пост благодаря каким-либо услугам, либо на основании уплаченной суммы денег, и не является нашим соотечественником».

5. «Если же, тем не менее, между отдельными конфедератами все же возникнет усобица, то тогда самые мудрые, благоразумные и рассудительные среди них должны урегулировать спор между конфликтующими сторонами наилучшим, по их мнению, образом, и если одна из сторон отвергнет предложенное решение спора, то тогда остальные конфедераты должны будут встать в ряды ее противников».

6. «Кроме того, между ними (договаривающимися сторонами — И.П.) существует уговор следующего содержания: если один убьет другого подло и невинно, то тогда он, буде схвачен, жизнь свою потерять должен, коли не удастся ему доказать свою невиновность в данном преступлении так, как этого требует тяжесть его вины. И в случае, если ему удастся ускользнуть, то тогда он уже никогда не получит права вернуться (домой). И тот, кто примет и защитит вышеупомянутого преступника, должен быть изгнан из долин до тех пор, пока участники соглашения не позовут его со всей очевидностью обратно».

7. «Кто одному из конфедератов днем или в тиши ночи предательски и вероломно наносит ущерб посредством поджога, то тогда он на веки вечные лишается статуса (нашего) соотечественника. И если кто-нибудь в (наших долинах) ему вспомоществование окажет и защищать станет, то тогда обязан он пострадавшему возместить ущерб (причиненный поджогом)».

8. «И если, далее, один из участников договора лишит другого его имущества или нанесет вред каким-либо образом, то тогда его имущество, если поймают его в пределах (наших) долин, должно быть конфисковано с тем, чтобы пострадавшему, как того требует право, свершить возмещение».

9. «Далее, никто не должен описывать или налагать арест на имущество другого, за исключением того случая, когда тот (чье имущество арестовано — и.п.) является его (того, кто наложил арест — и.п.) должником или поручителем. И это может происходить только с позволения его судьи».

10. «Кроме того, каждый должен слушаться своего судью и, если это будет необходимо, должен (быть в состоянии) в границах (наших) долин указать того судью, решения которого он обязан исполнять. И если кто-то будет восставать против решения судьи, и если вследствие его непреклонности одному из конфедератов будет нанесен ущерб, то тогда все союзники должны принудить согрешившего возместить ущерб».

11. «Если же, тем не менее, возникнут между отдельными конфедератами вражда и распри, и если одна из спорящих сторон откажется подчиниться праву и удовлетворить (его требования), то тогда союзники обязаны оказать поддержку другой стороне».

12. «Вышеупомянутые, созданные с благородными намерениями и ко всеобщей пользе, договоренности, должны, как того хочет Бог, длиться вечно».

«Чтобы доказать это (документально), по требованию названных в ее начале сторон, была создана и подтверждена прикреплением к ней печатей вышеназванных трех общин и долин данная грамота».

«Сотворено в году Господа 1291-м, в начале месяца августа».

Комментарии

Итак, суммируя, можно сказать, что данный документ закрепляет тот факт, что «три лесных региона» («Waldstätte» — это, конечно же, никакие не «кантоны», а скорее, именно «регионы») поклялись оказывать друг другу помощь против насилия и несправедливости, как в пределах «долин», «регионов», так и за их границами, причем за свой собственный счет и в необходимых объемах.

Далее они клянутся соблюдать договор, который является новым изданием некоего более старого договора, каждый должен служить своему господину, в «долинах» нет места для «чужих» судей, купивших или «выслуживших» каким-либо образом свой пост, споры между жителями «долин» должны разрешаться при помощи самых разумных из них, запрещается насильственное лишение имущества, если кто-то сопротивляется решению суда, то «незадействованные» в споре жители «долин» обязаны встать на противоположную сторону.

Бесспорно, что текст грамоты выглядит, скорее, консервативно и не нацелен на какие-либо фундаментальные преобразования (конкретный противник «конфедератов» также не указывается), а стремится, прежде всего, сохранить и упрочить уже достигнутое, подтвердить и укрепить существующую ситуацию. Обратим внимание на, прежде всего, Статью 4, трактующую запрет «чужих» судей. С некоторой долей упрощения можно сказать, что здесь кроется один из корней современной швейцарской идеологии нейтралитета и нежелания подчиняться «чужим судьям», будь то судьи из соседних общин, или, уже в наше время, «судьи из Брюсселя». Вместе со статьей 3, подтверждающей необходимость верной службы своему господину, она была на руку, прежде всего, местным родам господствующей знати.

Конкретные имена в документе не называются, однако можно предположить, что это были знатные рода, занимавшие в то время на землях Швиц и Ури лидирующее положение. Речь идет о фамильных династиях Майера фон Силенена, Буркарта Шюпфера, о «свободных князьях» Аттингхаузена, Конрада аб Иберга, Рудольфа Штауффахера и Конрада Хуна. Именно эти рода были, прежде всего, заинтересованы в укреплении своих властных позиций.

Поэтому, повторимся еще раз, в связи с интересами местной знати, участие, условно говоря, народных масс в создании данного документа следует, скорее, исключить, не говоря уже о том, что оригинал «грамоты» был написан на латыни, и трудно себе представить, что, собравшись на лугу Рютли, эти люди сразу стали оформлять итоги свои своей встречи на правильной латыни. Кстати, форма Грютли — неверная форма, хотя бы потому, что субстантивированное прилагательное «rütli» происходит от глагола «roden», что означает «валить лес», а вовсе не «groden».

Хотя в начале документа речь идет о «людях» («жителях»), следует все-таки предположить, что именно эти знатные рода и выступали в качестве коллективного представителя всего «населения» земель Ури, Швиц и Унтервальден. Как очень часто случается, тот, кто действует от имени народа, не всегда нуждается во мнении этого самого народа. В случае же «Союзной грамоты» 1291 года мы имеем дело с определенным совпадением интересов знатных слоев с интересами народа, и это обстоятельство, конечно, придает документу особое значение и особую окраску.

Спорным до сих пор вопросом остается проблема цели, которую ставили перед собой создатели документа. Традиционно известна версия, что союз «трех лесных регионов» был направлен против Габсбургов и их территориальных притязаний. Однако новейшие исследования опровергают эту версию. К 1291 году на этих землях нет и следа каких-либо антигабсбургских настроений. Никакого «бунта» или «восстания», разразившегося, якобы, после того, как новость о смерти Рудольфа IV Габсбурга достигла «трех кантонов», установить в источниках не удается. Основная угроза для Габсбургов в период 1291-1293 гг. исходила из Восточной Швейцарии и из бассейна реки Ааре, тогда как в «Центральной Швейцарии» обстановка оставалась достаточно спокойной. Таким образом, следует согласиться с тем, что это был союз во имя обеспечения локального мира и с целью реализовать на практике тезис «помоги себе сам» — не больше и не меньше того!

Главным мотивом, который привел «лесные регионы» к такому решению, был не террор и беззаконие, творимые, якобы, Габсбургами, а как раз отсутствие какого-либо интереса со стороны габсбургского дома по отношению к этим землям, а особенно после смерти короля Рудольф IV фон Габсбурга, который умер 15 июля 1291 года в немецком городе Шпайер. Следует помнить, что в средние века наличие покровительства со стороны, в частности, имперской короны было необходимым условием политического выживания более мелких территориальных единиц (городов, княжеств). Отсутствие этого покровительства было проблемой, его наличие, наоборот, спасением. 

Наконец, несколько слов о датировке. Даже если учесть приводимую в «Союзной грамоте» дату («incipiente mense Augusto» / «в начале месяца августа»), то все равно нельзя сказать, что речь идет именно о 1-ом августа, так как с таким же успехом к «началу» месяца относится и 2-е и 3-е августа. Можно предположить, что переговоры, приведшие к устному договору, который потом позже был оформлен в виде этой «грамоты», были начаты загодя, с учетом возможных изменений на имперском троне, однако и тогда понятно, что широкие «народные массы» участие в выработке пунктов «Союзной грамоты» принять не могли. Совершенно не ясен вопрос, где был создан этот документ. Тот факт, что первой на «грамоте» находилась печать «земли» Швиц (сейчас печать отвалилась) еще ничего не говорит о месте её написания, хотя можно предположить, что случилось это, скорее всего, в городе Бруннен, а сам текст на латыни был зафиксирован гораздо позже, уже в 14 веке.

Подпишитесь на наш бюллетень новостей и получайте регулярно на свой электронный адрес самые интересные статьи нашего сайта

×