Навигация

Навигация по ссылкам

Основной функционал

Свобода слова Об Анне Политковской на сцене в Берне

Роль Анны в Берне исполнила немецкая актриса Корнелия Людорфф (Kornelia Lüdorff). Многим зрителям просто было трудно поверить, что вся эта история — не художественное преувеличение. 

Роль Анны в Берне исполнила немецкая актриса Корнелия Людорфф (Kornelia Lüdorff). Многим зрителям просто было трудно поверить, что вся эта история — не художественное преувеличение. 

(Annette Boutellier)

Имя Анны Политковской хорошо известно на Западе, оно символизирует здесь независимую журналистику, бесстрашие и смелое оппонирование власти, которое, в конечном итоге, и стоило ей жизни. Бернский городской театр (Konzert Theater Bern) посвятил памяти Анны Политковской два проекта, которые стали одновременно приглашением для зрителей к размышлениям о работе журналиста в современном мире, о свободе СМИ, о нейтральности и ангажированности, а также о противостоянии человека и власти.

С чем связано обращение к имени Политковской именно сейчас, в январе 2017 года? Ведь, напомним, журналистка была убита в Москве 7 октября 2006 года. Как пояснил русской редакции swissinfo.ch Михаэль Гмай (Michael Gmaj), драматург театра, эти мероприятия действительно были запланированы на октябрь 2016 года, но по техническим и человеческим причинам их пришлось отложить на несколько месяцев.

Поэтому в Берне демонстрация уже довольно известного фильма «Письмо Анне» («Letter to Anna») швейцарского режиссера Эрика Бергкраута прошла только 5 января нового 2017 года. Вышедшая в 2008 году, эта документальная лента представляет собой расследование обстоятельств ее гибели, обрисовывает ее личностный портрет и специфику работы журналистки-правозащитницы в последние годы ее жизни. В фильм вошли документальные съемки-интервью, сделанные с Анной Политковской в редакции «Новой газеты», съемки во время ее поездки в Женеву в 2004 году, а также отрывки из бесед с ее близкими и коллегами.

Соавтором фильма стала журналист Тереза Обрехт (Teresa Obrecht). В 1990-х годах она была корреспондентом швейцарского франкоязычного телеканала RTS в Москве, затем возглавляла швейцарское отделение организации «Журналисты без границ». Она же после фильма участвовала и в дебатах, посвященных миссии журналиста и ситуации со свободой слова в России сегодня. Ее Михаэль Гмай пригласил на сцену для дискуссии вместе с Зайнап Гашаевой, правозащитницей из Чечни.

В 2010 году она эмигрировала в Швейцарию. На основе собранных ею во время обеих чеченских войн документальных материалов в Берне был создан «Чеченский архив» (подробнее о нем здесь). Именно она познакомила Эрика Бергкраута с Анной Политковской. «Зайнап и Анна для меня — это героини. Не только из-за собранных ими материалов, но и по причине их личного мужества», — говорит Эрик Беркграут.

«Женщина, которую невозможно перевоспитать»

«Анна Политковская была одним из самых бесстрашных журналистов и правозащитников в России. В качестве военного корреспондента в Чечне она рассказывала о преступлениях российской армии, коррупции, пытках... Она была убита в день рождения президента России Владимира Путина. Десять лет спустя мы представляем швейцарскую премьеру „Театрального меморандума“ в честь этой смелой женщины».

Такие слова Бернский Театр адресует зрителям в своем пресс-релизе, выпущенном к спектаклю «Anna Politkowskaja — Eine nicht umerziehbare Frau» («Анна Политковская — женщина, которую невозможно перевоспитать»). Автором постановки стал Стефано Массини (род. в 1975 г.), итальянский режиссер и драматург. Пьеса об Анне Политковской была написана им в 2007 году, затем ее перевели на французский, немецкий и английский языки. Ее ставили во множестве театров в Европе и США. Написана она для одной актрисы, хотя в некоторых театрах в коротких диалогах участвуют другие персонажи.

Спектакль не пересказывает биографию журналистки и не основывается на ее книгах и статьях, но рисует проблематику журналистской работы в рамках вооруженного конфликта, в данном случае чеченской войны. Роль Анны в Берне исполнила немецкая актриса Корнелия Людорфф (Kornelia Lüdorff). Многим зрителям просто было трудно поверить, что вся эта история — не художественное преувеличение.

«Неужели же диалог журналистки с российским солдатом — это правда»? — усомнился один из них. Приведем эту сцену из спектакля: «Скольких человек ты убил? — Ну, с цифрами у меня все в порядке. Каждый из нас должен убить 3-4 человека, в день. — И вам это удается? — Есть специальные техники. Мы входим в деревню, связываем десяток человек вместе, кидаем гранату в середку и — бум!». Отвечая на его вопрос, Зайнап Гашаева также рассказала о том, что ей самой пришлось пережить на той войне, о сценах, которым она сама была свидетельницей.

«На чьей стороне Вы, госпожа Политковская? Русских или чеченцев? Армии или террористов?» — все это вопросы, ответы на который и пытается найти главная героиня пьесы. При этом С. Массини не делает из своей героини мученицу, а актриса Корнелия Людорфф остается в своей игре сдержанной, но именно поэтому, наверное, весь скрытый драматизм пьесы и оказывает на зрителей такое ошеломляющее воздействие.

Журналистика ли это?

«Работа и жизнь Политковской — это журналистика или что-то иное?» — такой вопрос Михаэль Гмай задавал приглашенным. «Для западного общества это вовсе не журналистика, у нас нет подобной практики», — считает Тереза Обрехт. — «Но в большинстве диктатур работа журналиста отлична от нашей, ему нужно действительно рисковать своей жизнью в поисках правды».

«Для меня Анна Политковская — это ясный пример журналистики. На Западе понять это трудно. Среди моих знакомых российских журналистов, особенно молодых, превалирует мнение, что (во время войны) нельзя оставаться нейтральным. Этот подход, конечно, нельзя сравнивать с тем, как работают СМИ в Швейцарии», — считает, в свою очередь, Люция Чирки (Luzia Tschirky), которая работала в качестве корреспондента телерадиокомпании SRG SSR в Москве.

По воспоминаниям Терезы Обрехт, когда она жила в России 1990-х годах, «вначале была пропаганда, затем пришла эпоха свободы прессы, когда появилось несколько по-настоящему свободных источников информации. Через десяток лет журналистика вновь стала опасной. Свободная пресса если сейчас и существует — то только в интернете и частично на радио.

При этом 99% россиян получают информацию из телевидения, а, как говорят мои друзья-журналисты, пропаганда по ТВ стала теперь куда интенсивной, чем раньше. Большинство россиян и в самом деле считает, что в Киеве утвердился фашистский режим, а в случае с допинг-скандалом всему виной западная пропаганда, которая не хочет, чтобы россияне выигрывали больше медалей».

subscription form

Автором данного контента является третья сторона. Мы не можем гарантировать наличия опций для пользователей с ограниченными возможностями.

Подпишитесь на наш бюллетень новостей и получайте регулярно на свой электронный адрес самые интересные статьи нашего сайта

×