Молодежь в Швейцарии склонна к левому экстремизму

Правый и левый экстремизм имеют место и в Швейцарии, но поклонников Ленина тут больше, чем фанатов Гитлера. Keystone / Jens Meyer

Молодые швейцарцы, как правило, больше склонны к левому экстремизму, чем к правому экстремизму или исламизму. Каков их профиль? Кто эти люди? Как вообще можно было бы предотвратить сползание молодежи в экстремизм?

Этот контент был опубликован 03 августа 2020 года - 07:00

Перевод на русский и редакция: Игорь Петров.

Планируемое ужесточение законодательства в области противодействия террористической и экстремистской угрозам в Швейцарии — проект спорный и вызывающий полярные оценки. Но какие конкретно радикальные идеологии наиболее распространены в Конфедерации?

В СМИ много говорят об исламистском и правом экстремизме, но поклонников радикальной «левой идеи» в Швейцарии гораздо больше, и как раз среди молодежи. 

Исследование, проведенное в 2017 году совместно Высшими школами социальной работы во Фрибуре и Цюрихе, было призвано проанализировать тенденции и характер развития идейного экстремизма в среде швейцарской молодежи. Всего в проекте приняли участие 8 317 молодых людей в возрасте от 17 до 18 лет из десяти кантонов страны.

У нас интервью с социологом Сандрин Хаймо (Sandrine Haymoz) из Высшей школы социальной работы (Hochschule für Soziale Arbeit) в городе Фрибур. Сандрин Хаймо является одним из авторов исследования. Она считает, что молодежь должна принимать более активное участие в процессах демократического управления страной.

Спорный законопроект 

Правительство Швейцарии хочет получить в свое распоряжение современные инструменты противодействия терроризму. В настоящее время в парламенте обсуждается соответствующий законопроект, состоящий из двух частей.

С одной стороны, будущий «Закон о борьбе с терроризмом» предусматривает целый ряд мер оперативного реагирования со стороны правоохранительных органов, с тем чтобы последние имели право действовать при первых же признаках радикализации. 

Эти меры могли бы применяться вне рамок уголовного судопроизводства и официально открытого следствия, причем объектами этих мер могли бы становиться несовершеннолетние лица в уже возрасте двенадцати лет.

С другой стороны, законопроект также предусматривает ужесточение соответствующих уже действующих норм уголовного права и расширение международного сотрудничества в области борьбы с терроризмом. 

Среди прочего в рамках нового закона должно быть введено новое положение об уголовной ответственности за вербовку, обучение и за организацию зарубежных поездок с целью совершения террористического акта или участия в запрещенных террористических организациях. 

Многие, как правило, левые, швейцарские НГО выступают против закона. Против него высказываются эксперты как внутри страны, так и за рубежом, включая такие структуры, как Управление Верховного комиссара ООН по правам человека и таких международных чиновников, как Комиссар Совета Европы по правам человека.

Напомним, что 24 января 2018 года на эту должность была избрана представительница Боснии и Герцеговины Дуня Миятович.

End of insertion

swissinfo.ch: Какие формы экстремизма наиболее распространены в среде швейцарской молодежи?

Сандрин Хеймо: Самым популярным является левый экстремизм. Наш опрос показал, что примерно 7% респондентов можно назвать левыми экстремистами. Именно они совершают больше всего актов насилия, например, речь идет об актах вандализма в отношении транснациональных компаний. Еще 5,9% респондентов можно отнести к сторонникам правого экстремизма и 2,7% — к лагерю исламистов.

Но наибольшее свое внимание СМИ обращают почему-то на исламистский экстремизм. С чем это связано?

Это действительно парадокс. Наверное, так получается потому, что исламистские теракты, к сожалению, почти всегда связаны с повышенной степенью жестокости и большим количеством жертв. Вот почему СМИ о таких сюжетах сообщают больше и активнее.

С какого момента убеждения становятся экстремистской идеологией?

Идеология всегда становится проблематичной и экстремистской тогда, когда человек, ее разделяющий, перестает терпимо относиться к мнениям, отличающимся от его собственного. И если кто-то намерен навязать свою точку зрения другим, в случае необходимости даже с применением силы.

В нашем исследовании мы при определении экстремизма опирались на два основных маркера: во-первых, это отказ от демократии и ее основных прав и норм, а во-вторых, это согласие с тем, что для создания нового общественного порядка вполне допустимо применение силы. Для того, чтобы считаться экстремистом, молодой человек вовсе не обязательно должен совершать какие-то конкретные шаги или деяния.

Каков типичный профиль молодого человека, склонного разделять крайние идеологические убеждения?

Результаты нашего исследования показывают, что большинство таких молодых людей являются лицами мужского пола. С психологической точки зрения можно сказать, что большинство из них обладает очень низким уровнем самоконтроля. Это означает, что они очень импульсивны и проявляют большую, чем обычно, готовность рисковать.

Кроме того, мы также обнаружили, что они не склонны руководствоваться какими-либо морально-нормативными ценностями. Они также недовольны реально существующей в Швейцарии демократией и не доверяют структурам и институтам нашей страны. Наконец, практически все они играют в жестокие видеоигры или смотрят фильмы, в которых речь идет порой об экстремальном насилии.

Существуют ли различия между разными формами экстремизма?

Да! Например, левые экстремисты в прошлом часто испытывали трудности в школе, и довольно многие из них становились жертвами насилия со стороны родителей. Правые экстремисты и исламисты имеют при этом куда больше общего. Такие личности имеют нетипичный социальный профиль девиантного характера, они часто авторитарны, склонны к гомофобии и, чтобы узаконить насилие, часто используют нормы мужской «культуры защиты чести».

Где происходит радикализация этих молодых людей?

Чаще всего радикализация происходит в интернете или в ходе контактов с друзьями. Они начинают искать и получать соответствующую информацию, интересоваться экстремистскими и радикальными текстами и иными форматами, перенимая в итоге крайние взгляды. Как в левом, так и в правом экстремизме определенную роль играет также семейное окружение.

Левый экстремизм превалирует

По состоянию на 2018 год Федеральной службой разведки Швейцарии (Nachrichtendienst des Bundes NDB) было зарегистрировано 53 случая насильственного правого экстремизма, что в три раза больше, чем в предыдущем году. 

А вот в области насильственного левого экстремизма было зарегистрировано 226 случаев, что на 13% больше

Что касается исламистского экстремизма, то, по данным NDB, опасность такого терроризма в Швейцарии остается все еще высокой. Наиболее вероятны теракты, не связанные со сложной материально-технической базой.

End of insertion

Как можно было бы убедить экстремиста вернуться к более демократичным убеждениям?

Мы сделали вывод, что молодые экстремисты, как правило, потребляют чрезвычайно большое количество медиа-контента, включая вебсайты и экстремистскую по содержанию музыку. Поэтому очень важно предоставить им доступ к альтернативному дискурсу (способу вести дискуссию), показать им, что есть и другие типы мышления. 

Экстремисты почти всегда имеют очень узкие взгляды и они не терпят мнений, отличающихся от их собственных мнений.

End of insertion

Поэтому профилактика экстремизма должна осуществляться путем укрепления критического мышления личности: эта личность должна понимать ценность таких вещей, как способность к эмпатии (сопереживанию), взаимное уважение и нормы общественного сосуществования в рамках единого социума. Необходимо также поощрять открытость по отношению к другим людям, другим культурам и религиям. Наконец, можно работать и над укреплением психологических механизмов самоконтроля.

Все это может звучать банально. Но у некоторых детей и в самом деле нет возможности приобрести все эти навыки. В семьях, где на повестке дня находится насилие, дети очень рано понимают, что, оказывается, куда «быстрее» проблемы решаются при помощи насилия. Они просто понятия не имеют о других возможностях. Поэтому важно показать им альтернативные пути решения проблем.

В упомянутом вами исследовании вы также пришли к выводу, что молодые экстремисты не удовлетворены системой швейцарской демократии. То есть нам придется для начала элементарно восстанавливать их доверие к политическим структурам и институтам страны?

Да, начать работать можно и здесь. Молодежь должна принимать более активное участие в кодифицированных и законодательно закрепленных процессах демократического управления страной. В их распоряжение следует предоставить большее число платформ и площадок для самовыражения. Мы должны просто дать им возможность выговориться.

Поделиться этой историей