Навигация

Навигация по ссылкам

Основной функционал

Перспективы экономики «Швейцария оказалась легкой добычей»

В швейцарском городе Бирр (Birr), кантон Аргау, французский концерн Alstom производит водяные турбины. Недавно его мощности, производящие гидротехническое оборудование, были приобретены американцами из General Electric, а потому здесь не исключают сокращения рабочих мест. 

В швейцарском городе Бирр (Birr), кантон Аргау, французский концерн Alstom производит водяные турбины. Недавно его мощности, производящие гидротехническое оборудование, были приобретены американцами из General Electric, а потому здесь не исключают сокращения рабочих мест. 

(Keystone)

В последние десятилетия Швейцарии удавалось гибко и оперативно приспосабливать традиционные обрабатывающие отрасли своей экономики к требованиям компьютерной эры. Это помогало ей сохранять безработицу на относительно низком уровне, но теперь ситуация начинает меняться. Приобретение компанией General Electric расположенного в кантоне Аргау завода французского концерна Alstom может привести к исчезновению в Швейцарии сразу 1 300 рабочих мест. Многие эксперты опасаются, что дни швейцарской машиностроительной индустрии уже сочтены.

Казалось, это будет обычная коммерческая сделка: американская компания General Electric приобрела у французского концерна Alstom машиностроительный завод, расположенный в кантоне Аргау и специализирующийся на выпуске турбин и другого промышленного оборудования. Однако не прошло и двух месяцев, как прозвучало сообщение, повергшее всех в Швейцарии в буквальном смысле в шок — новые хозяева завода намерены сократить на заводе по меньшей мере 1 300 рабочих мест из имеющихся 5 тыс.

Для Швейцарии, где на учете стоит буквально каждое рабочее место, это очень много. В результате такого рода жесткого решения экономика кантона Аргау может оказаться в более чем сложной ситуации, с учетом того, что от бывшего завода Alstom здесь зависят почти 5 500 рабочих мест на предприятиях-поставщиках комплектующих. В общем же и целом General Electric планирует в ближайшем будущем избавиться в Европе от 6 500 рабочих мест (пока концерн обеспечивает здесь работой 35 тыс. человек).

Сокращены 6 500 рабочих мест

С момента отказа швейцарского ЦБ в январе 2015 года поддерживать фиксированный обменный курс франка к евро в Швейцарии в общем зачете исчезло примерно 6,5 тыс. рабочих мест. Причина — сокращения рабочих мест или частичный перенос производства за рубежВнешняя ссылка.

Другими мерами противодействия дорогому швейцарскому франку (сокращение заработной платы, укороченная рабочая неделя или увеличенная продолжительность рабочего дня) оказались затронуты примерно 30 тыс. человек.

end of infobox

Мы распросили Штефана Гарелли (Stéphane GarelliВнешняя ссылка), эксперта, изучающего экономики стран мира на предмет степени их конкурентоспособности, о перспективах традиционной швейцарской обрабатывающей промышленности. 

swissinfo.ch: Господин Гарелли, почему покупка американцами французского завода в Аргау произвела на Швейцарию почти что шоковое впечатление?

Штефан Гарелли (Stéphane Garelli): Дело в том, что, покупая завод у Alstom, корпорация General Electric подписала с правительством в Париже соглашение, в котором она обязалась сохранить в неприкосновенности рабочие места во Франции. Поэтому, когда пришло время искать ресурсы для оптимизации европейского производства, взгляды руководителей GE сразу же обратились на Швейцарию.

Конфедерация в этом смысле оказалась очень легкой добычей, виной чему является традиционно высокая стоимость труда в нашей стране, проблема, которая усугубилась в еще большей степени после решения швейцарского ЦБ отказаться от поддержки фиксированного обменного курса франка к евро, что привело к резкому удорожанию швейцарской национальной валюты. Концерн же GE ведет все свои расчеты в долларах, поэтому у него, в итоге, просто не осталось аргументов в пользу сохранения рабочих мест в Швейцарии.

swissinfo.ch: В последнее время и профсоюзы, и объединения работодателей любят рассуждать на тему «ползучей деиндустриализации», охватившей, якобы, Швейцарию. А как по Вашему, насколько серьезна такая угроза на самом деле?

Ш.Г.: Швейцария является одной из немногих развитых стран Запада, сумевших в значительной степени сохранить свой индустриальный базис. В настоящее время вклад «реального» сектора экономики в формирование швейцарского ВВП находится на уровне 20%, прежде всего, благодаря часовой индустрии, столь успешно у нас развивавшейся в нулевые годы. На этом фоне очень заметен становится факт утраты такими странами как США, Великобритания, Франция и Япония целых отраслей экономики.

И все равно, лично у меня будущее швейцарской индустрии вызывает серьезное беспокойство. Речь идет о том, что многие фирмы уровня General Electric сейчас покидают нашу страну, а другие просто к нам не идут. Поэтому сегодня в наши дни я бы не стал завидовать никому, кто работает в организации, занимающейся продвижением за рубежом Швейцарии в качестве мирового промышленного и производственного центра.

Еще одна проблема связана с тем, что очень многие наши компании начинают отказываться от услуг швейцарских поставщиков комплектующих, бросая их в буквальном смысле в беде и обращаясь к услугам зарубежных конкурентов. На структуру швейцарской промышленности это оказывает самое непосредственное влияние.

Industrie

Автором данного контента является третья сторона. Мы не можем гарантировать наличия опций для пользователей с ограниченными возможностями.

swissinfo.ch: Официальная статистика говорит о том, что в период с 2008 по 2015 гг. в Швейцарии в секторе «реальной» экономики были потеряны 31 360 рабочих мест, но что параллельно в сфере услуг (здравоохранение, социальная работа, образование, детское воспитание) возникли 261 700 вакансий. Так может быть, мы зря беспокоимся, и наша страна просто переживает логичный переход к новому промышленному укладу?

Ш.Г.: В самом деле, такого рода тенденции мы сейчас наблюдаем во всех развитых странах. Однако сжатие сферы традиционного машинного производства, происходящее, прежде всего, за счет управленческого персонала, не может не вызывать у меня сожаления, просто потому, что без реального сектора сфера услуг любая экономика оказывается в ситуации опасной неустойчивости.

Вспомним, что большая часть патентов на изобретения в наши дни все еще связана с промышленным производством, и только реальный сектор экономики обладает потенциалом, позволяющим разрабатывать и предлагать рынку новые образцы продукции. Я уже не говорю о человеческом факторе: рабочий у станка не сможет завтра взять и превратиться в страхового агента или банкира.

Штефан Гарелли (Stéphane Garelli) полагает, что швейцарской экономике предстоят тяжелые времена. 

(garelli.ch)

swissinfo.ch: То есть, по Вашему мнению, просто так отказаться от традиционной индустрии невозможно?

Ш.Г.: Традиционная промышленность является важнейшим фактором в рамках процесса создания прибавленной стоимости и приумножения общественного богатства, кроме того, она необходима для обеспечения технологического и научного прогресса. Все наши исследования всегда приводили нас к одному и тому же выводу: богатая страна — это страна с собственным промышленным базисом.

Что касается Швейцарии, то именно реальный сектор экономики и является залогом ее мировой конкурентоспособности. Мы не сможем развиваться, не имея поддержки традиционной промышленности. Для будущего нашей страны огромное значение имеют даже отрасли, которые, казалось бы, окончательно устарели и которые уже не способны, на первый взгляд, к модернизации... Но это только на первый взгляд...

swissinfo.ch: В последнее время профсоюзы очень резко критикуют факт отсутствия, якобы, у правительства планов будущего развития швейцарского реального сектора. Достается от профсоюзов и министру экономики Иоганну Шнайдеру-Амманну, за его, якобы, пассивность в этом вопросе. А как Вы оцениваете ситуацию?

Ш.Г.: В какой-то степени Швейцария стала жертвой собственного успеха. Вместе с Германией она находится в списке стран, наиболее успешно противостоящих деиндустриализации. Из-за этого наше политическое руководство долгое время было уверено, что никаких активных шагов здесь предпринимать не требуется. Однако рамочные условия ведения экономической деятельности постепенно ухудшались, причем особенно заметным этот процесс стал в прошлом году.

Поэтому с моей точки зрения мы должны, не боясь никаких табу, задать самим себе откровенный вопрос: существуют ли еще у нас в стране условия, стимулирующие развивать современное промышленное производство? В прошлые годы политики в Швейцарии не переставали твердить, насколько сильны наши предприниматели. Сегодня, однако, мы видим, что степень их кризисной сопротивляемости и в самом деле велика — но не безгранична.

Структура швейцарской экономики

В период с 1960 года доля традиционной обрабатывающей промышленности в ВВП Швейцарии сократилась почти вдвое с 40% до 20%. Доля соответствующих рабочих мест упала с 50% до 22%.

В отличие от других промышленно развитых стран Швейцарии все эти годы удавалось сохранять свой промышленный сектор на довольно высоком уровне развития за счет освоения инновационной, нишевой продукции с высокой долей интеллектуальной добавленной стоимости.

Основными отраслями швейцарской «реальной» экономики были и остаются точное машиностроение, часовая промышленность, производство потребительских предметов роскоши, а также фармацевтика.

end of infobox

swissinfo.ch: Так что же тогда делать? Снова вводить фиксированный обменный курс франка к евро?

Ш.Г.: Для предприятий, работающих на экспорт, такой шаг был бы, разумеется, желанным глотком свежего воздуха, однако швейцарский Центробанк не обладает сейчас достаточной степенью авторитета и доверия для того, чтобы провести такую операцию. Поэтому мне кажется, что сейчас банк придерживается наиболее оптимального курса: стабилизируя евро на уровне 1,10 франка он, по сути, поддерживает замаскированный фиксированный курс, не говоря об этом и не используя соответствующих слов и выражений.

Точно таким же путем ЦБ пытается стабилизировать франк и в отношении к другим валютам, например, к доллару США. Это довольно умная политика, которая позволяет уберечь промышленность от слишком резких кризисов. В этой связи я бы еще порекомендовал внимательно проанализировать те меры, что принимаются сейчас в Швейцарии с целью привлечения в страну иностранных фирм, имея, разумеется, в виду, что привлекать такие компании к нам будет все труднее и труднее.

swissinfo.ch: В 2015 году в рейтинге самых конкурентоспособных стран мира, составленном авторитетным Лозаннским Институтом менеджмента (IMD), Швейцария откатилась с первой позиции на четвертую. Следует ли исходить из того, что, с учетом всех высказанных Вами сомнений и прогнозов, это падение продолжится и дальше?

Ш.Г.: Любой прогноз есть вещь очень сложная, тем более, что сам рейтинг всегда зависит от прогресса или, наоборот, регресса, имеющего место в других странах. Но, в любом случае, нужно признаться, что в прошлые годы Швейцария жила почти что на седьмом небе, все показатели были позитивными, в мире к нам относились с уважением и восхищением. Но сегодня настал период определенной коррекции.

Мы ощущаем, что предприниматели смотрят в будущее с меньшим, скажем так, оптимизмом, что в целом можно рассматривать в качестве признака определенных проблем, надвигающихся на экономику в целом. Рентабельность промышленного производства в новом году в Швейцарии существенно понизится. В результате усилится давление на зарплаты, а государство получит меньший объем налогов.

swissinfo.ch: А как будут обстоять дела с занятостью?

Ш.Г.: Относительно низкая безработица в Швейцарии привела к созданию на рынке труда довольно комфортной ситуации, без работы, условно говоря, никто не оставался. Даже попадая в сложную ситуацию предприятия не спешили прибегать к такому антикризисному инструменту, как увольнения, опасаясь остаться без персонала к моменту очередного конъюнктурного подъема. Но сегодня, опять же, мы должны признаться, что у многих фирм просто не остается иного выхода. И если рамочные условия хозяйствования скоро не улучшатся, то компании неизбежно начнут увольнять людей.

Внутренняя деиндустрирализация

На практике часто бывает очень нелегко определить, относится ли данное рабочее место к сектору «реальной» экономики (традиционные обрабатывающие отрасли) или к уже к сектору услуг.

«Главная проблема состоит здесь в том, что очень часто статистические ведомства приписывают те или иные фирмы или предприятия к тем или иным секторам экономики только на основании анализа типа основной деятельности данной компании. Поэтому сотрудник отдела маркетинга, например, может, с точки зрения статистики, трудиться как в индустриальном секторе экономики, так и в сфере услуг, остваясь, при этом, всё тем же самым маркетологом».

Таково, в частности, мнение Кристиана Буша (Christian Busch), ведущего экономиста Государственного секретариата по вопросам экономики (Seco, подразделение федерального Департамента / Министерства экономики Швейцарии), опубликованное в 2012 году на страницах швейцарского экономического журнала «Die Volkswirtschaft».

По его мнению, «в промышленном секторе Швейцарии в настоящее время происходит своего рода «внутренняя деиндустриализация», которая выражается в постепенном смещении акцента в деятельности компаний с традиционного производства в сторону оказания услуг. В связи с этим международная статистика в значительной степени завышает долю традиционных рабочих мест в рамках общей структуры труда и занятости ведущих промышленно-развитых стран.

Такой процесс характерен, прежде всего, если брать Швейцарию, для часовой индустрии, где доля и вес департаментов и отделений, занимающихся маркетингом, информатикой, коммуникацией, в последние годы росли последовательно и неуклонно. Причиной же такой тенденции является все более возрастающая степень автоматизации и компьютеризации производства».

end of infobox


Перевод на русский и адаптация: Игорь Петров.

×