Навигация

Навигация по ссылкам

Основной функционал

Культурные ценности Тайны «коллекции Бюрле» снова в центре внимания

Швейцарский предприниматель и торговец оружием немецкого происхождения Эмиль Бюрле (1890-1956) был еще и страстным коллекционером картин. Его наследникам досталась уникальная коллекция гениальных полотен. Происхождение многих из них до сих пор окутано покровом тайны. Не исключено, что часть картин принадлежит к категории «незаконно перемещенных культурных ценностей». 

Швейцарский предприниматель немецкого происхождения Эмиль Бюрле (1890-1956) сделал себе имя и состояние на торговле оружием. Но при этом он был еще и страстным коллекционером картин. На этой фотографии, сделанной в его личной галерее в Цюрихе в 1954 году, он с удовольствием позирует в окружении шедевров из своего собрания. 

(Time & Life Pictures)

Что делают, — и что не делают, — наследники для того, чтобы найти бывших владельцев полотен? Это вопрос недавно вновь оказался в центре общественного внимания, причиной чему стала новая научная монография, авторы которой попытались пролить свет гласности на темные стороны истории «Коллекции Бюрле». А пока суд да дело, цюрихский Художественный музей (Kunsthaus Zürich) готовится разместить в своих стенах большую часть этой спорной коллекции. 

Швейцария издавно имеет репутацию мирового центра торговли культурными ценностями и их хранения. О знаменитой коллекции Гурлитта мы уже информировали, и довольно подробно. И вот теперь в Швейцарии с недавних пор внимание общественности приковано к другой, не менее знаменитой, и не менее неоднозначной художественной коллекции, собранной швейцарским предпринимателем и торговцем оружием немецкого происхождения Эмилем Бюрле.

Причиной же этого стала недавно увидевшая свет книга с названием, претендующим на сенсацию, триллер и готический роман ужасов одновременно: «Черная книга Бюрле» («Schwarzbuch Bührle»). Авторами ее стали историк и журналист Томас Буомбергер (Thomas Buomberger), ассистировал которому известный швейцарский специалист в области истории искусств Гвидо Маньягуаньо (Guido Magnaguagno).

«Вашингтонские принципы»

3 декабря 1998 г. во время «Вашингтонской конференции по активам эры Холокоста» 44 страны во главе с США подписали Соглашение, которое касалось порядка идентификации и реституции произведений искусства, незаконно перемещенных в период Второй мировой войны.

Это Соглашение получило название «Вашингтонские принципы». Швейцария также подписала его и дала понять, что она придает большое значение дальнейшему изучению проблемы утраченных в период правления нацистов произведений искусства.

«Вашингтонские принципы» состоят из 11 статей и охватывают три основных аспекта:

— идентификация произведений искусства;

— поиск владельца и/или его наследников, то есть потерпевших;

— разрешение юридических споров.

Испания, Италия, Венгрия, Польша и Россия продемонстрировали свое полное нежелание участвовать в каких-либо формах реституции, несмотря на то, что эти страны официально подписали и признали «Вашингтонские принципы».

Конец инфобокса

По их же собственным словам целью этого издания было «возобновить дискуссию о происхождении («провенансе», если пользоваться жаргоном учёных и маклеров) картин и других произведений искусства, составляющих эту поистине уникальную коллекцию.

Время публикации книги с подзаголовком «Награбленное искусство — для цюрихского Художественного музея» («Raubkunst für das Kunsthaus Zürich») выбрано отнюдь не случайно и приурочено оно было к началу масштабных работ по реконструкции, модернизации и расширению выставочных площадей упомянутого музея.

Предполагается, что большая часть артефактов коллекции, в числе которых имеются картины Моне, Сезанна и Ван Гога, переедет в музей «Kunsthaus Zürich» сразу после завершения строительных работ, то есть предположительно в 2020 году.

Самые общие обстоятельства приобретения Эмилем Бюрле (см. его портрет ниже) всех этих ценностей уже широко известны, в частности, благодаря работе так называемой «Комиссии Бержье» («Bergier-Kommission»), которая в период с 1998 по 2002 гг. занималась подробным научным изучением связей и отношений Швейцарии с нацистским режимом.

Вопросы «культурных ценностей, незаконно перемещенных в результате Второй мировой войны и преступлений нацистского режима» занимали весьма заметное место на страницах заключительного доклада международной комиссии, работавшей под руководством известного швейцарского историка Жаном-Франсуа Бержье (Jean-François Bergier, 1932-2009).

В частности, известно, что в 1948 г. швейцарский суд обязал Э. Бюрле вернуть 13 полотен их бывшим владельцам, однако потом он вторично выкупил девять картин, семь из которых, по информации газеты «NZZ am Sonntag», в настоящее время находятся в составе «коллекции Бюрле».

«Эффект Гурлитта»

Тогда для чего оказалось необходимым издавать новую книгу на эту тему? Чтобы запустить общественную дискуссию? Но по мнению Тима Гульдиманна (Tim Guldimann), бывшего посла Швейцарии в Берлине, «дискуссия о провенансе произведений искусства и об особенностях швейцарского арт-рынка уже была перезапущена, в частности, благодаря «делу Гурлитта».

Напомним, что речь идет о коллекции недавно умершего немецкого торговца предметами искусства Корнелиуса Гурлитта (Cornelius Gurlitt), официально завещанной им «Художественному музею Берна» («Berner Kunstmuseum»). Сейчас картины этого собрания исследуются экспертами на предмет их происхождения и не исключено, что очень большое число картин данной коллекции могло быть незаконно отчуждено нацистами. В настоящее время процесс передачи наследства приостановлен из-за апелляции, поданной членами семьи Гурлитта.

Так все-таки, для чего нужна еще и книга о коллекции Бюрле? По мнению её авторов, никогда не помешает лишний раз напомнить о том, что музеи, получающие финансирование из общественных бюджетов (как, например, вышеупомянутый цюрихский «Кунстхаус»), не имеют право размещать в своих стенах коллекции артефактов, происхождение которых доподлинно не выяснено.

Как считают эти историки, швейцарские музеи в совершенно недостаточной степени ведут аналитическую и историко-экспертную работу в области провенанса, порой сознательно закрывая глаза на то, что данная картина или скульптура могла быть похищена или незаконно отчуждена, и все ради ярких выставок и привлечения дополнительных посетителей, а значит — денег! В своей «Черной книге» Томас Буомбергер и Гвидо Маньягуаньо приводят 19 совершенно конкретных случаев такого рода.

«Фонд коллекции Бюрле» не согласен

Сразу после публикации «Черной книги» «Фонд коллекции Бюрле» («Fondation Collection E.G. Bührle») выступил с письменным разъяснением своей позиции, напомнив, что провенанс 15-ти произведений коллекции не вызывает ни малейшего сомнения.

«Авторы книги сознательно игнорируют тот факт, что наличие пробелов в истории происхождения того или иного полотна, купленного зачастую уже 70 лет назад, отнюдь не указывает автоматически и в обязательном порядке на факт их незаконного отчуждения», — указал, в частности, в своем заявлении «Фонд».

Цюрихский «Кунстхаус» также категорически отвергает обвинения, содержащиеся в книге. «Ее авторы ни разу за последние два года не изучали ни архивов «Фонда коллекции Бюрле», ни материалов цюрихского «Художественного музея», а ведь они находятся в открытом доступе», — подчеркивает пресс-атташе музея Бьёрн Келленберг (Björn Quellenberg).

Фотогалерея Коллекция Бюрле — собрание гениальных полотен

Цюрихский промышленник Эмиль Георг Бюрле оставил своим потомкам уникальное собрание гениальных картин — у которого есть и своя темная сторона!

«Все известные данные о происхождении произведений искусства, составляющих эту коллекцию, уже были обнародованы в рамках соответствующей выставки в 2010 году. Вся эта информация доступна на веб-сайте коллекции», — добавляет Бьёрн Келленберг.

Другая её часть, которая никогда не выставлялась публично, в настоящее время оцифровывается. Эта работа должна быть завершена к 2020 г. По информации газеты «NZZ am Sonntag», сын Эмиля Бюрле Дитер (Dieter Bührle) продал большую часть унаследованных им произведений, а дочь Гортензия (Hortense Anda-Bührle), наоборот, свою часть сохранила.

При этом авторы «Черной книги» громко требуют расширения рамок дискуссии о похищенном и незаконно перемещенном и отчужденном искусстве. По их мнению, Швейцария должна официально в качестве такового признавать и артефакты, «утрата законных прав собственности на которые явилась результатом преследований и гонений со стороны национал-социалистического режима».

Под это определение, например, попадает формально добровольная продажа произведений искусства их владельцами, но сделанная в спешке и под сильным политическим давлением. «Признавая такие сделки законными, мы просто отказываемся смотреть в глаза реальности», — считает Томас Буомбергер.

Старинные полотна Гурлитт

Картины из коллекции Гурлитта отправятся в Берн. Но сначала предстоит выяснить историю каждого из полотен, входящих в это уникальное собрание. 

С его точки зрения, Швейцария должна последовать примеру Германии, которая сейчас, «не дожидаясь исков со стороны законных владельцев или наследников владельцев картин, выделяет очень значительные средства на историко-аналитическую работу в области определения провенанса произведений искусства, утрата которых могла произойти в ситуации давления или гонений».

Категория, признанная только в Германии

Понятие «культурные ценности, незаконно перемещенные/отчужденные в результате Второй мировой войны и вследствие преступлений нацистского режима» («Raubkunst») пока еще не признано международным сообществом в качестве всеобщего обязательного юридического термина.

Как указывается в исследовании, проведенном по заказу швейцарского Федерального ведомства по делам культуры («Bundesamt für Kultur» – «BAK», структурное подразделение Департамента (министерства) внутренних дел Швейцарии, - прим. ред.) «Германия является на данный момент единственной страной мира, включившей эту категорию в совокупность своих правовых норм». Об этом нам рассказал Бенно Видмер (Benno Widmer), директор Отдела Федерального ведомства по делам культуры, занимающегося вопросами незаконно перемещенных культурных ценностей («Anlaufstelle Raubkunst des BAK»).

«Особенности истории этой страны, где в свое время имела место систематическая насильственная реквизиция предметов искусства у еврейского населения, а также факт последующей передачи этих предметов в государственные музейные учреждения, в рамках которых они сейчас образуют основу порой ценнейших экспозиций и фондов, разумеется, налагает на Германию особую ответственность.

Это обстоятельство как раз и стало одной из причин, побудивших ФРГ не только подписать «Вашингтонские принципы», регулирующее порядок идентификации и реституции произведений искусства, незаконно перемещенных в период Второй мировой войны, но и пойти дальше этих положений, подписанных в 1998 г. представителями 44 государств, в том числе и Швейцарией».

Каковая же в этой связи позиция Берна? В свое время, отвечая на соответствующий парламентский запрос, Федеральный совет (правительство страны), заявил, что он готов официально признавать те или иные произведения искусства в качестве «незаконно перемещенных», но только в случае, если такого же мнения будет придерживаться и международное сообщество.

Поддержка федерального центра

А пока федеральные власти Швейцарии приняли решение, не дожидаясь обострения ситуации, интенсифицировать свои усилия в сфере прояснения обстоятельств происхождения или покупки «сомнительных» картин, скульптур и других значимых элементов крупных музейных экспозиций. Но для начала власти проверили, как такой работой занимаются сами швейцарские музеи.

Соответствующей инспекции было подвергнуто 551 музейное учреждение страны, аудит проводился в период с 2008 по 2010 годы. Результаты были опубликованы в специальном докладе «ВАК» в 2012 году, после чего стало ясно, что в сфере работы по определению провенанса произведений искусства в Швейцарии все еще имеют место «значительные пробелы».

Впрочем, и такой результат тоже очень ценен, потому что, как поясняет Бенно Видмер, «для федеральных властей Швейцарии окончательно стало ясно, насколько важно поставить работу в сфере прояснения провенанса на стабильные рельсы, обеспечив полную прозрачность итогов этой деятельности, ведь в противном случае мы не сможем обеспечить оперативную выработку справедливых и сбалансированных решений по каждому конкретному случаю, связанному с проблематикой незаконно отчужденных/ перемещенных предметов культуры».

Однако куда более важным являются конкретные материальные решения, принимаемые властями Швейцарии в развитие нового понимания ситуации и после выработки ими адекватного взгляда на всю проблематику незаконно отчужденного искусства в целом. В частности, начиная со следующего 2016 года, у швейцарских музеев будет куда меньше поводов жаловаться на отсутствие какой-либо, в том числе и финансовой, поддержки. Дело в том, что в мае 2015 года Федеральный совет объявил о своей готовности начать поддерживать деньгами исследовательские проекты в сфере определения провенанса произведений искусства.

Искусство и история Гурлитт2

PLACEHOLDER

Во время Второй мировой войны Швейцария была ведущим центром торговли предметами искусства, конфискованными нацистами. Ответ на вопрос, кому эти произведения принадлежат сегодня, следует во многом искать также в Швейцарии.

У потомков еврейских семей, чьи коллекции были разграблены или конфискованы нацистами во время Второй мировой войны, осталось не так много времени. Запросы о реституции украденных ценностей становятся все более комплексными, бюрократические преграды — все более высокими, а потому у наследников репрессированных нацистами людей все чаще опускаются руки.

Международные эксперты, опрошенные порталом swissinfo. ch, считают Швейцарию не только частью проблемы, но и ключом к ее решению. А наследникам они советуют внимательно проанализировать имеющиеся у них документы: чем лучше были задокументированы сделки, которые заключались некогда в Швейцарии, тем труднее будет нынешним владельцам спорных произведений искусства игнорировать их происхождение и отвергать требования законных владельцев или их наследников о реституции.

На сегодняшний день из 600 тыс. произведений искусства, которые нацисты в период с 1933 по 1945 годы реквизировали у репрессированных ими людей, примерно 100 тыс. официально считаются пропавшими. Одновременно активные усилия по их идентификации и реституции наталкиваются на все более активное сопротивление музеев и иных учреждений культуры. Те ссылаются на нехватку документальных доказательств незаконной экспроприации произведений искусства, на истекшие сроки давности и на то, что произведения искусства в любом случае, даже находясь в музее, все равно принадлежат  обществу.

PLACEHOLDER

Швейцария должна открыть архивы

До и во время Второй мировой войны многие швейцарские торговцы искусством и художественные галереи устраивали аукционы и распродажи незаконно отчужденных и перемещенных культурных ценностей. Среди них выделяются, например, бернская галерея «Gutekunst Klipstein» (сегодня она носит название «Kornfeld»), галереи «Fischer» из Люцерна и «Fritz Nathan» из Цюриха. В результате большое количество шедевров перешло в новые руки и оказалось за границей, главным образом в США.

Эксперты подозревают, что в их архивах, а также в архивах немецких торговцев произведениями искусства, таких, как Бруно Майснер (Bruno Meissner) и братья Моос (Moos), хранится исчерпывающая информация о юридических и иных условиях продажи этих произведений. Такая информация имела бы исключительную важность для установления истинных прав собственности на те или иные произведения искусства. В июне 2012 г. правительство Швейцарии разместило в интернете информацию, необходимую для активизации работы музеев и ученых в сфере идентификации украденных нацистами произведений искусства.

«Вместо того, чтобы делать сайт в интернете, Швейцария должна была бы открыть доступ к своим архивам», - указывает американский юрист Рэймонд Доуд (Raymond Dowd). Работая в крупном адвокатском бюро в США, он представлял интересы живущих в Америке наследников австрийского артиста Фритца Грюнбаума (Fritz Grünbaum), арестованного в 1938 году и в 1941 году погибшего в концентрационном лагере Дахау.

Р. Доуду не удалось пока получить доступа к документам, касавшимся пропажи знаменитой коллекции Ф. Грюнбаума, значительная часть которой обнаружилась затем в 1956 году в Берне. Несмотря на официальный статус похищенных, многие картины и рисунки художника Эгона Шиле (Egon Schiele) из собрания Грюнбаума были куплены венским «Музеем Леопольда» («Leopold Museum»). Ряд экспонатов из этого собрания был приобретен несколькими американскими музеями, которые предпочли просто закрыть глаза на сомнительное происхождение картин.

Наследники подали судебные иски о реституции. Рэймонд Доуд уверен, что, пряча головы в песок, музеи уподобляются швейцарским банкам, отрицавшим в свое время наличие банковских счетов с деньгами жертв Холокоста, вплоть до момента, пока в 2001 г. не вышел в свет разоблачительный «Доклад Комиссии Бержье». В конечном итоге банки вынуждены были выплатить 1,25 миллиарда долларов в пользу наследников жертв Холокоста.

Неожиданная находка

На днях мир потрясла невероятная информация: оказывается, еще в 2011 году германские таможенники обнаружили в мюнхенской квартире 80-летнего Корнелиуса Гурлитта (Cornelius Gurlitt) порядка 1 400 произведений искусства, считавшихся утраченными. Среди них были картины Пикассо, Клее, Матисса, Шагала и других представителей классического модерна.

Об этом сообщил германский журнал «Focus». По данным этого же журнала, объекты могли быть приобретены Гильдебрандом Гурлиттом, отцом нынешнего владельца «нехорошей квартиры», в 1930-40-х гг. из числа живописных полотен, конфискованных нацистами. Общая рыночная стоимость найденных полотен может достигать 1,2 млрд. франков. Одна из этих картин кисти Матисса могла находится в свое время среди объектов коллекции Пауля Розенберга (Paul Rosenberg), деда французской журналистки Анн Синклер (Anne Sinclair), которая вот уже долгое время борется за возвращение похищенных нацистами у ее предка картин. Корнелиус Гурлитт время от времени продавал некоторые из картин, за счет чего и жил. Одним из покупателей могла быть бернская галерея «Kornfeld».

На след невероятного собрания следователи вышли после того, как однажды Корнелиус Гурлитт был досмотрен таможенными органами на пути из Берна в Мюнхен. При нем тогда были обнаружены 9 тыс. евро наличными, которые, по его словам, стали результатом сделки именно с бернской галереей «Kornfeld». После обыска у него дома и были найдены вышеупомянутые картины. Его отец, Гильдебранд Гурлитт, поддерживал тесные контакты с нацистами, однако после 1945 г. у юстиции особых вопросов к нему не возникло. В 1956 г. он погиб в результате ДТП.

По имеющимся данным, германские власти так долго не раскрывали информацию о факте сенсационной находки в связи с существующим и до сих пор действующим в Германии законом от 1938 г., легализирующим владение произведениями искусства, которые были реквизированы нацистами из общественных собраний и фондов музеев в качестве «дегенеративного». Вполне могло оказаться, что К. Гурлитт является законным владельцем этих картин в соответствии с духом и буквой вышеупомянутого закона. Сейчас следственные органы проверяют, так ли это на самом деле.

Пока К. Гурлитту не было предъявлено никаких обвинений, и возможно, их никто ему не предъявит и в будущем. По его собственным словам, он никогда не работал, ни разу не заполнял налоговой декларации, у него никогда не было счетов в банке, он никогда не владел мобильным телефоном. При этом жил он исключительно за счет продажи имевшихся у него картин. Не исключено, что он обладает и еще одним собранием картин, исходя из того, что он выставлял картины на продажу в 2011 году, то есть уже после того, как «клад» в его мюнхенской квартире был конфискован властями.

Со своей стороны бернская галерея «Kornfeld» настойчиво отрицает факт каких-либо деловых контактов с К. Гурлиттом в сентябре 2010 г. На днях, 4 ноября 2013 года, галерея выпустила специальный пресс-релиз, в котором указывается, что «в последний раз контакты с Гурлиттом имели (у галереи) место в 1990-х гг.». Актуальное местонахождение К. Гурлитта в настоящий момент неизвестно.

Конец инфобокса

Бенно Видмер (Benno Widmer) курирует в швейцарском Федеральном ведомстве культуры вопросы перемещенных культурных ценностей. На данный момент, начиная с 1946-1947 гг., к своим законным владельцам вернулась в общей сложности 71 картина. Работа по идентификации и выявлению похищенных произведений в Швейцарии никогда не прерывалась, указывает этот чиновник.

«У каждого произведения своя история, и мы призываем и мотивируем музеи проводить собственные расследования», - поясняет он. Только четвертая часть художественных экспонатов, приобретенных швейцарскими музеями в период между 1933 и 1945 гг., обладают четко зафиксированной и документально подтвержденной историей. Таковы данные исследования, проведенного в 2010 г. швейцарским Федеральным ведомством культуры («ВАК»).

Создавая платформу в интернете, чиновники преследовали цель поддержать музеи в деле контроля за происхождением экспонатов. «В музеях подтверждают, что мы предоставили им хороший инструмент», - заверил нас Бенно Видмер.

PLACEHOLDER

«Черные ящики» мира искусства

В 1998 г. швейцарские власти поручили историку искусств и журналисту Томасу Буомбергеру (Thomas Buomberger) составить первый официальный отчет, в котором рассматривалась и анализировалась бы роль Швейцарии в качестве транзитной площадки для произведений искусства, незаконно перемещенных во время войны.

«Налицо стремление арт-рынка замести проблему под ковер», - отмечает по итогам своей работы этот эксперт. Правда, Т. Буомбергер исходит из того, что Швейцарии как государству нечего скрывать. А вот наследники торговцев искусством того периода, заключавших спорные и сомнительные сделки, до сих пор сидят как Кощеи на своих драгоценных архивах, если еще не уничтожили их.

Томас Буомбергер считает, что усилий чиновников от культуры тут недостаточно. «Ни один закон не обязывает музеи и арт-дилеров прослеживать историю происхождения произведения искусства, поэтому этого никто и не делает. Они не видят причин самим оплачивать эти долгие и дорогостоящие розыски. Поэтому во многом все еще не изученные запасники музеев представляют собой настоящие «черные ящики» мира искусства», - утверждает Томас Буомбергер.

В самом деле, например, даже сотрудники самого крупного и наиболее престижного художественного музея Швейцарии, цюрихского «Кунстхауса» («Kunsthaus»), не до конца знакомы с содержимым собственных запасников. «Они постоянно заверяют общественность, что так называемый «провенанс» всех экспонатов был исследован в полном объеме. При этом бывший замдиректора этого музея недавно признался мне, что даже у него нет ни малейшего представления о том, что находится в его запасниках и хранилищах», - констатирует Томас Буомбергер.

Пресс-секретарь музея «Кунстхаус» Бьорн Квелленберг (Björn Quellenberg) все эти обвинения категорически отвергает.

По его словам, пять лет назад здесь прошла полная инвентаризация хранилищ, на которую музей затратил без малого один миллион франков. Начались же такого рода розыски еще в 1980-х годах, поэтому, де, «провенанс» всех экспонатов, пополнивших собрание музея в период между 1930 и 1950 гг. оценивается как «абсолютно безупречный». Он настаивает так же на том, что «Кунстахус», будучи частной ассоциацией, не обязан вносить свои данные в официальную швейцарскую базу данных. Не делают этого, кстати, и ведущие аукционные дома.

Форум по вопросам реституции

В телефонном разговоре с редакцией swissinfo.ch Ори Сольтес (Ori Soltes), один из основателей «Holocaust Art Restitution Project», занимающегося помощью наследникам и потенциальным инициаторам процессов реституции, подчеркнул, что пока внимание международной общественности сконцентрировано на судебных исках о реституции исключительно шедевров мирового значения.

Он уверен в том, что в один прекрасный момент музейные запасники, наконец, откроются, и оттуда хлынет вторая волна произведений искусства, не говоря уже о бесценных библиотеках, незаконно перемещенных и конфискованных во время войны. Для наследников жертв Холокоста эмоциональная значимость этих произведений будет намного выше их рыночной стоимости.

«Однако американские музеи еще потянут резину, прежде, чем они соизволят раскрыть, наконец, истинное происхождение всех своих спорных объектов», — не скрывает Ори Сольтес своего пессимизма.

Конец инфобокса

«Креативные» фонды

Незаконные перемещения произведений искусства продолжались и после окончания Второй мировой войны, — считает Джонатан Петропулос (Jonathan Petropoulos), американский автор целого ряда книг на данную тему.

«Даже если в отношении банковских счетов нам и удалось добиться некоторой прозрачности, сейфы банков и безналоговые таможенные зоны хранения с их правом беспошлинного вывоза и ввоза объектов и товаров по-прежнему остаются надежными убежищами для ворованных шедевров. После войны большое их количество было перемещено, например, из Баварии и Австрии в Лихтенштейн и Швейцарию».

«С этой целью были созданы так называемые „креативные“ фонды, которые, в тесном сотрудничестве с банками, помогали укрывать ворованное искусство», — подчеркивает Джонатан Петропулос. В качестве примера он указывает на такие фонды, как «Bruno Lohse» (см. второй материал) и «Ante Topic Mimara». Учитывая тот факт, что оценочная стоимость произведений искусства постоянно растет, речь здесь идет об очень больших деньгах.

«Вашингтонские принципы»

3 декабря 1998 г. во время «Вашингтонской конференции по активам эры Холокоста» 44 страны во главе с США подписали Соглашение, которое касалось порядка идентификации и реституции произведений искусства, незаконно перемещенных в период Второй мировой войны.

Это Соглашение получило название «Вашингтонских принципов». Швейцария также подписала их и дала понять, что она придает большое значение дальнейшему изучению проблемы утраченных в период правления нацистов произведений искусства.

«Вашингтонские принципы» состоят из 11 статей и охватывают три основных аспекта:

— идентификация произведений искусства;

— поиск владельца и/или его наследников, то есть потерпевших;

— разрешение юридических споров.

Продекларированные в качестве юридически обязательных, эти принципы, тем не менее, оказались неэффективными. 15 лет спустя, несмотря на политическую готовность, которую выразили Германия, Австрия, Голландия, Франция и частично — Великобритания, процесс установления происхождения и законного владельца данного произведения искусства по-прежнему начинается только с запросом о реституции возможных законных владельцев, и крайне редко — по инициативе самих нынешних владельцев украденных шедевров.

Испания, Италия, Венгрия, Польша и Россия продемонстрировали свое полное нежелание участвовать в каких-либо формах реституции, несмотря на то, что эти страны официально подписали и признали «Вашингтонские принципы».

Конец инфобокса

Недостающее звено

Несмотря на ряд заметных фактов реституции предметов похищенного искусства, например, из коллекции Пауля Розенберга (Paul Rosenberg, историю это коллекции рассказала в 2012 г. в книге «21 Rue La Boétie» его внучка, журналист Анн Синклер), исследование истории происхождения многих шедевров остается весьма сложным предприятием, не в последнюю очередь из-за нехватки информации. Судами США в среднем поэтому отвергаются 9 из 10 исков наследников законных владельцев похищенных произведений искусства на предмет восстановления их в правах собственника.

Не случайно также, что многие американские музеи принимают сейчас в превентивном порядке меры с тем, чтобы получить документальные подтверждения юридической чистоты и отсутствия обременений в отношении принадлежащих им произведений искусства, и это несмотря на очевидные пробелы в истории этих экспонатов. Так поступил, например, «Музей Соломона Гуггенхайма» в Нью-Йорке в отношении картины П. Пикассо «Мулен де ла Галетт» и «Художественный музей Бостона» в отношении рисунка Оскара Кокошки «Обнаженные влюбленные», созданного примерно в 1913 г.

Пресс-служба «Музея современного искусства» на Манхеттене в Нью-Йорке («Museum of Modern Art», «MoMA») недавно заявила, что истинный долг музея перед публикой заключается в том, чтобы... сохранить за собой владение такими шедеврами. Со своей стороны Томас Буомбергер полагает, что для того, чтобы вдохнуть новую жизнь в процесс, запущенный в свое время так называемыми «Вашингтонскими принципами» реституции неправомерно перемещенных произведений искусства от 1998 г., инициативу должны взять на себя именно США как страна, где сконцентрирована значительная часть похищенного нацистами искусства.

«Нам следует не забывать о нашем моральном долге», — восклицает этот швейцарский историк искусства, призывая Швейцарию предоставить недостающую информацию, которая бы позволила бы точно устанавливать происхождение того или иного произведения искусства. В июле 2013 года американская «Ассоциация юристов и адвокатов» призвала к «Конгресс создать парламентскую комиссию с тем, чтобы, опираясь на Вашингтонские принципы, решать проблемы идентификации и собственности конфискованных нацистами произведений искусства».

«Швейцарское правительство подтвердило намерение точно выполнить свой долг в этой сфере», — подчеркивает Бенно Видмер из Федерального ведомства культуры. «Работы будут продолжаться до тех пор, пока мы не узнаем всю историю всех незаконно перемещенных произведений искусства».

Перемещенное искусство

В период с 1933 по 1945 гг. по приказу А. Гитлера власти нацистской Германии занимались систематическим разграблением художественных собраний и коллекций оккупированных стран. Делалось это с целью сформировать фонды для так называемого «Музея Вождя» в австрийском городе Линц, родине А. Гитлера.

После капитуляции нацистской Германии армия США начала извлекать похищенные произведения из тайников и подвалов. Их массово возвращали владельцам, но, судя по описям, сделанным самими же нацистами, судьба львиной доли незаконно конфискованных произведений до сих пор остается неизвестной.

В качестве еще одной мотивации Гитлера собирать искусство по всей Европе многими аналитиками рассматривается тот факт, что его когда-то, в отличие, в частности, от его современников Эгона Шиле или Оскара Кокошки, не приняли учиться в Венскую академию искусств. Поэтому-то, де, Гитлер и испытывал ненависть к современному искусству (живописи, кино, литературе, музыке), которое он уничижительно называл «дегенеративным» («entartet»).

Коллекции, которые состоятельные еврейские семьи собирали с помощью таких известных торговцев искусством, как Альфред Флехтхайм (Alfred Flechtheim) или Пауль Розенберг (Paul Rosenberg), состояли в основном именно из произведений современных художников. Они-то и были конфискованы первыми. Вырученные от продаж деньги «Третий Рейх» тратил, главным образом, на финансирование военных заказов.

Конец инфобокса

«Сейчас мы готовим концепцию такой финансовой поддержки, которая должна быть окончательно сформулирована к концу текущего 2015 года», - говорит Бенно Видмер. Конкретный размер суммы помощи еще не определен, вместе с тем, как уточнил этот федеральный чиновник, основная ответственность по-прежнему будет возложена на сами музеи, которые будут обязаны превратить «работу с фондами и архивами в неотъемлемую часть своей общей деятельности».

Документы ЦРУ

Художественный музей Цюриха приветствует такое решение Федерального совета и подчеркивает, что работа, уже проделанная «Фондом коллекции Бюрле», является «во всех отношениях образцовой, выполняя роль ориентира для всех тех, кто занимается схожей деятельностью. По мере наших возможностей мы всегда поддерживаем все новые исследования по провенансу, помогая, в том числе, публиковать результаты этой работы», - говорит Бьёрн Келленберг.

В этой связи цюрихский «Кунстхаус» напоминает, что в его адрес тоже были в свое время направлены несколько требований о реституции тех или иных произведений искусства, но что все эти требования были сняты после того, как ЦРУ сняло гриф секретности с целого пласта документов, четко доказавших, что конкретно эти артефакты не имели ничего общего со сделками купли/продажи, совершенными под давлением нацистов.

Что касается федеральных властей Швейцарии, то Бенно Видмер напоминает, что в сентябре 2014 году «Конференция по материальным претензиям евреев к Германии» («Jewish Claims Conference») дала очень высокую оценку усилиям, предпринятым Швейцарией в сфере провенанса, отнеся Конфедерацию к числу стран, добившихся в реализации положений «Вашингтонских принципов» «существенных успехов».

Кроме того, в настоящее время федеральные власти уже подготовили практическое руководство, содержащее информацию о процедурах и порядке историко-экспертной работы в сфере провенанса предметов искусства, а также сведения на предмет административных и юридических аспектов этой деятельности. «Организация симпозиумов и регулярных встреч между музейными работниками также являются частью проводимой разъяснительной работы и усилий по поддержке, оказываемой федеральным правительством музеям в данном вопросе», — подчеркивает Бенно Видмер.

Эмиль Бюрле

«Черная книга Бюрле» («Schwarzbuch Bührle») не ограничивается описанием приобретенных Эмилем Бюрле произведений искусства, уделяя значительное внимание биографии самого промышленника.

В главе «Парадокс Бюрле», написанной историком Ханс-Ульрихом Йостом (Hans Ulrich Jost), содержится весьма любопытный портрет Эмиля Бюрле. Если верить почетному профессору Университета Лозанны, то Бюрле, который до начала Первой мировой войны изучал историю искусства, литературу и философию, «конечно, никогда не братался с левыми. Но и каким-то „упёртым“ идеологом он тоже не был».

«Он был рядовым антикоммунистом. Как и многие жители франкоговорящей Швейцарии, он положительно оценивал личность маршала Петена», — пишет Ханс-Ульрих Йост. «С другой стороны, в 1931 г. он сумел остановить забастовку на одном из немецких промышленных предприятий, получив одобрение профсоюзов».

Расцвет компании «Werkzeugmaschinenfabrik Oerlikon» («WO», в 1973 г. фирма сменила название на «Oerlikon-Bührle», а с 2006 г. она именуется «OC Oerlikon»), пришелся на время Второй мировой войны. Компания активно торговала с Германией, во многом с тайного благословения правительства Швейцарии, Федерального совета.

«Правительство Швейцарии приняло решение оказывать экономические и финансовые услуги нацистскому режиму с тем, чтобы тот оставил Конфедерацию в покое», — рассказывает историк. «Когда неизбежность поражения нацистов стала очевидной, швейцарские власти открестились от Бюрле, который был в этой ситуации идеальным козлом отпущения».

Оскар Кокошка (Oscar Kokoschka), единственный художник, поддерживавший личные контакты с Эмилем Бюрле, описывал его как «одинокого человека». Все усилия немца Бюрле добиться социальной интеграции в Швейцарии, в частности, путем меценатства в сфере искусств, по всей видимости, так и остались безрезультатными.

Эмиль Бюрле, чей сын продолжил семейный бизнес, в частности, продавая оружие в Южную Африку, оказывал поддержку Неделям музыки в Люцерне, а также профинансировал строительство нового зала в Художественном музее Цюриха. Этот зал, открывшийся через два года после смерти Бюрле, скончавшегося в 1956 году в возрасте всего 66 лет, в наши дни носит его имя.

Конец инфобокса


Перевод с французского: Юрий Обозный

Ключевые слова

Neuer Inhalt

Horizontal Line


subscription form

Подпишитесь на наш бюллетень новостей и получайте регулярно на свой электронный адрес самые интересные статьи нашего сайта

Подпишитесь на наш бюллетень новостей и получайте регулярно на свой электронный адрес самые интересные статьи нашего сайта