Фонд Fotostiftung Schweiz, Винетртур

Швейцарский фотовзгляд, или «Африки не существует»


«Африки не существует». Такое несколько необычное утверждение швейцарский фотограф Доминик Нар (Dominic Nahr) решил использовать в качестве девиза к своей персональной экспозиции «Blind Spots» («Слепые пятна»). «Африки не существует». Именно это в одном из своих репортажей с африканского континента, - с очевидной отсылкой к такому же знаменитому высказыванию, но только уже в отношении самой Швейцарии, - утверждал известный швейцарский журналист, социолог и философ Георг Брунольд (Georg Brunold, род. в 1953 г.), бывший главред культового швейцарского журнала «DU», долгое время живший в Кении, а с 2013 года вновь проживающий в Швейцарии, в своем родном городе Ароза.

Фотографии Доминика Нара можно увидеть в данный момент в фотогалерее фонда «Fotostiftung Schweiz» («Швейцарский фонд фотографии») в Винтертуре. «Слепыми пятнами» для него являются, в частности, Южный Судан, Сомали, Мали и ДР Конго, африканские государства, многими рассматриваемые в качестве классических «failed state» или «несостоявшихся государств». В чем причина такой ситуации? Эксперты указывают в этой связи как на колониальное наследие, так и на нежелание и неспособность местных африканских элит не заниматься самообогащением, но выстраивать функционирующее общество, способное дать своим гражданам, например, минимум безопасности.

Доминик Нар уже не первый год работает в Африке, но каждый раз перед ним возникают одни и те же вопросы: какой выбрать ракурс, как подойти к порой совершенно неприглядной жизни в этих странах, какую «нарративную стратегию выбрать», ведь не секрет, что одно и тоже событие можно при помощи фотокамеры подать совершенно по-разному, влияя, тем самым, на зрителя. Доминик Нар родился в 1983 году в регионе Аппенцелль, а вырос в Гонконге. После жизни и работы в Торонто, Берлине, Каире и Найроби он снова вернулся в Швейцарию. Мы встретились с фотографом и поговорили с ним о его жизни и творчестве.



ДР Конго, 2012 год. 

Мали, Бамако, 2013 год. 

«Я вырос в очень благополучной среде, у моего отца была хорошая работа в Гонконге. Поскольку мои одноклассники были в основном из семей экспатов, то постоянно кто-то уезжал, а кто-то приезжал снова. Я часто был один. В глазах одноклассников я зачастую выглядел странным аутсайдером, который предпочитает не высовываться и оставаться, так сказать, за кулисами и быть немного в тени».


Южный Судан, 2015 год. 

«Моя школа однажды организовала поездку в Лаос, и я взял с собой фотоаппарат. Дома я показал фотографии обладателю Пулитцеровской премии Хью Ван Эсу (Hugh Van Es, 1941-2009), другу моего отца, который в качестве фотокорреспондента работал во время войны во Вьетнаме. Позднее Хью Ван Эс фотографировал советские войска в Афганистане и снимал события, связанные с падением режима диктатора Фердинанда Маркоса на Филиппинах. Он спросил меня, чего бы я хотел в жизни. Школа мне тогда порядком уже поднадоела. И тогда Хью сказал мне: „Что ж, значит теперь ты фотограф“. Потом он помог мне пройти практику в газете „South China Morning Post“, старейшей англоязычной газете Гонконга».


Мали, Бамако, 2016 год. 


Южный Судан, 2015 год. 




Сомали, Могадишо, 2011 год.

«Впервые я побывал в Нью-Йорке будучи студентом. Найдя первую попавшуюся телефонную будку, я начал просто обзванивать все известные мне фото-редакции. У меня уже был в активе титул „College Photographer of the Year“ („CPOY“), который я дважды завоёвывал с репортажами из Восточного Тимора и из Сектора Газа. И я знал, что эти награды могут стать для меня входными билетами в сферу профессиональной фотожурналистики».


Судан, 2015 г.


Мали, Бамако, 2013 г.

«В университете меня не покидало ощущение, что я еду в машине, не отпустив ручной тормоз. Тогда я отправился в Уэльс, где жил один мой приятель. Пока я туда летел, авиакомпания, которой принадлежал самолет, обанкротилась, и так я остался без обратного билета. Но я подумал, что, наверное, это какой-то знак, что Вселенная мне хочет этим что-то сказать. Поэтому я бросил университет и больше не вспоминал о нем. Это было в 2008 году. После чего я подался в Берлин».


Сомали, Могадишо, 2011 год.


Мали, 2011 г. 




Южный Судан, 2015 год.

«Там, в Берлине, знакомый фотограф, Карим Бен Кхелифа (Karim Ben-Khelifa) предложил мне поехать поработать в Конго, где началась очередная гражданская война. Я никогда раньше не был в Африке. Там я течение трех дней был, можно сказать, на фронте. Мои фотографии были потом везде, в журналах Stern, Spiegel, Newsweek, Courrier International».



ДР Конго, 2012 г. 



ДР Конго, регион Гома (Goma), 2009 г. 



Южный Судан, 2015 г.

«Я никогда не спрашивал себя о том, чего же я, собственно, хочу в этой жизни? Перед моими глазами просто были люди, служившие мне примером. Я слушал их истории, смотрел на то, что они делали — и пытался следовать им. В Восточном Тиморе я везде ездил с одним пожилым уже оператором агентства „Reuters“. В нашем деле можно легко потеряться или даже погибнуть, если быть все время одному и не иметь партнера или ментора, который способен помочь, если что».


ДР Конго, регион Кибати (Kibati), 2008 г.




Судан, Хеглиг (Heglig), 2012 год.

«Я переехал в Каир. Я думал: это одновременно и Ближний Восток, и Африка, живя там, можно работать в обоих регионах. Но я соскучился по Восточной Африке и отправился в Найроби. Дважды я уезжал оттуда и устраивал прощальные вечеринки, но всякий раз возвращался. Когда я решил уехать в третий раз, я ничего никому не сказал, но снова вернулся обратно. Но теперь я хочу жить здесь, в Швейцарии. Я хотел бы работать для меньшего количества клиентов, но в более тесном контакте с ними».



Южный Судан, 2012 год. 



Судан, 2012 г.

«Постоянные малоудачные попытки связаться с редакцией по электронной почте, в социальных сетях, или же по ужасно плохо работающему телефону вгоняли меня в тоску. Однажды в 2011 году я сделал репортаж для журнала «Time» о голоде в Сомали. Журнал превратил мои фото в большой материал, но, что касается меня, то я понятия не имел, какой целевой публики предназначены такие проекты, что и кому конкретно я хочу сказать моими снимками? Сегодня я бы сделал всё это по-другому: я бы вернулся домой и попытался сделать их доступными для как можно большего числа людей — может быть издал бы фотоальбом или организовал бы выставку».



Мали, Бамако, 2016 г. 

«В журналистике изображения должны быть простыми. Но при этом, разумеется, такие фотографии обязательно отсылают к каким-то клише. Когда я работал на журнал „Time“, то всегда быстро понимал, что сработает, а что нет. Я знал: вот эта, например, фотография пойдет на третью страницу, ей выделят столько-то места и разместят в таком-то формате, в общем, изначально было ясно, как всё это должно выглядеть. Я перестал всматриваться и больше не экспериментировал. Но потом этот узкий корсет, который я сам на себя натянул, стал меня серьезно беспокоить, мешать мне. Так что выставка „Слепые пятна“ стала для меня новым опытом, она кажется мне поступком повзрослевшего человека. Остановиться, оглянуться, взять тайм-аут, поразмышлять — такого я пока еще не делал. Возможность же совместной работы с коллегами над общим фотопроектом я воспринимаю в качестве серьезного шага вперед».

Мали, Бамако, 2016 г.


«После интервью мне еще нужно будет прибраться на кухне»! Такими словами встретил Доминик Нар фотографа, с которым он договорился провести личную фотосессию. Однако все получается несколько иначе: сразу после завершения съемки он покидает свою цюрихскую временную квартиру, найденную в сети при помощи сервиса «AirBnB», и направляется в сторону Главного вокзала.

Фотографии

Доминик Нар (Dominic Nahr).

Текст:

Выдержки их разговора Томаса Керна (Thomas Kern) с Домиником Наром, состоявшегося в июне 2017 года.

Техническая поддержка и перевод на русский:


Томас Керн (Thomas Kern), Лука Шюпбах (Luca Schüpbach), Надежда Капоне © 2017 swissinfo.ch