Навигация

Навигация по ссылкам

Основной функционал

Старинные полотна Швейцария и 20 лет Вашингтонским принципам

Pintura de Constable exposta com o verso de frente

На обратной стороне картины иногда можно найти ценные следы, позволяющие проследить провенанс полотна.

(Musée des beaux-arts, La Chaux-de-Fonds, 2018)

После своего прихода к власти нацисты незаконно реквизировали по всей Европе огромное количество произведений изобразительного искусства. Многие из них оказались затем в музеях Швейцарии. Затем Берн подписал так называемые «Вашингтонские принципы» поиска и идентификации произведений искусства, похищенных нацистами, а значит, по идее, процесс реституции должен происходить в Швейцарии гораздо быстрее. Реальность же выглядит совершенно иначе, пусть даже в последние годы в этой сфере экспертами отмечен очевидный прогресс.

На самом деле все музеи Швейцарии, так или иначе затронутые проблематикой незаконно отчуждённых произведений искусства, прекрасно знают, что они должны делать. «Вашингтонские принципы» в этом отношении все расписывают достаточно чётко, не оставляя в целом никакого сомнения в том, как надо искать и идентифицировать преступно реквизированное искусство и как следует восстанавливать законные права собственности.

Швейцария согласилась с этими принципами 20 лет назад вместе с почти пятью десятками других стран и международных организаций. Проблема только в том, что сами по себе «Принципы» не носят юридически обязывающего характера, поэтому каждое государство толкует и реализует их на свой лад. И Швейцария в этом смысле, скажем так, особенно не напрягается и «первым учеником» стать не стремится.

«Вопиющее бесстыдство»

Ален Монтиль (Alain Monteagle) ощутил это на собственном опыте. Более десяти лет добивался он возвращения картины британского художника Джона Констебла (John Constable) «Dedham from Langham» («Вид на Дедхем из Ленгхема»). Полотно в свое время принадлежало его двоюродной бабке Анне Джаффэ (Anna Jaffé), проживавшей в Ницце. После ее смерти в 1942 году картина была реквизирована нацистами, как и всё, что ей принадлежало. Музей города Ла-Шо-де-Фон получил эту картину по завещанию последнего владельца. Когда А. Монтиль впервые обратился к властям города с требованием вернуть картину, он получил отказ, пусть даже власти и признали, что картина была незаконно отчуждена. 

Рональд Лаудер (Ronald Lauder), президент Всемирного Еврейского конгресса, заявил в 2016 году, что такой ответ — это просто проявление «вопиющего бесстыдства». Как рассказывает далее А. Монтиль, с целью оказания давления на власти города он даже одно время демонстративно собирал подписи на рыночной площади, угрожая мэрии судебным иском. В итоге в марте 2018 года он махнул на всё рукой и заплатил 80 тыс. евро, чтобы картина все-таки вернулась законным владельцам. «Они (власти города) абсолютно не хотели нас слушать», — говорит этот гражданин Франции, который все последние годы посвятил возвращению утраченных семейных художественных ценностей, разбросанных по всему миру - от Швейцарии вплоть до штата Техас.

Dedham from Langham, obra de John Constable

Пейзаж Джона Констебля «Вид на Дедхем из Ленгхема» (1812 год).

(Photo: Pierre Bohrer, Le Locle, 2017 ©: Musée des beaux-arts, La Chaux-de-Fonds, 2018)

Уже упомянутые «Вашингтонские принципы», с которыми Швейцария официально согласилась в 1998 г., как раз и были приняты для того, чтобы предотвращать развитие событий по такому неприятному сценарию. Принимая эти принципы, правительства стран-участников данного соглашения брали на себя обязанность мотивировать национальные музеи тщательно проверять «провенанс» («юридическую чистоту происхождения») экспонатов, находящихся в их коллекциях, и последовательно, с целью нахождения «честного и справедливого решения» проблемы восстановления законных прав собственности, выявлять произведения искусства, незаконно отчуждённые и реквизированные нацистами. Напомним, что основными пострадавшими, как правило, были еврейские семьи и коллекционеры.

Отношение меняется

«Отношение к этой проблематике сейчас уже начало меняться, по крайней мере в Швейцарии», — говорит Нина Циммер (Nina Zimmer), директор бернского Художественного музея (Kunstmuseum). Тема художественных ценностей, похищенных нацистами у их законных владельцев, сейчас нередко оказывается в заголовках передовиц европейской прессы, в том числе и в связи с коллекцией Корнелиуса Гурлитта, подаренной по завещанию ее владельца Художественному музею.

«Вашингтонские принципы»

3 декабря 1998 г. во время «Вашингтонской конференции по активам эры Холокоста» 44 страны во главе с США подписали Соглашение, которое касалось порядка идентификации и реституции произведений искусства, незаконно перемещенных в период Второй мировой войны.

Это Соглашение получило название «Вашингтонских принципов». Швейцария также подписала их и дала понять, что она придает большое значение дальнейшему изучению проблемы утраченных в период правления нацистов произведений искусства.

«Вашингтонские принципы» состоят из 11 статей и охватывают три основных аспекта:
— идентификация произведений искусства;
— поиск владельца и/или его наследников, то есть потерпевших;
— разрешение юридических споров.

Продекларированные в качестве юридически обязательных, эти принципы, тем не менее, оказались неэффективными. Процесс установления происхождения и законного владельца данного произведения искусства по-прежнему начинается только с запросом о реституции возможных законных владельцев и крайне редко — по инициативе самих нынешних владельцев украденных шедевров

Конец инфобокса

Руководство бернского музея очень долго раздумывало, стоит ли вообще принимать этот дар, с учетом связанной с ним непростой истории. Напомним, что отец К. Гурлитта был арт-дилером и имел непосредственные контакты с нацистами. Многие полотна этой коллекции были либо незаконно отчуждены, либо куплены за бесценок у еврейских семей, вынужденных в результате преследований покинуть нацистскую Германию и срочно распродать всё свое имущество, включая, например, полотна Анри Матисса и Макса Либерманна.

Многие из их уже были возвращены наследникам законных владельцев. «Тема Художественного музея Берна и полученной им коллекции Гурлитта помогла еще раз обратить внимание публики и экспертов на проблему отчуждённого искусства. Многие из числа моих коллег по всему миру также теперь активно участвуют в процессе прояснения провенанса произведений искусства там и тогда, где и когда существуют обоснованные сомнения в юридической чистоте их происхождения и попадания в фонды данного музея», — указывает Н. Циммер.

Финансирование и экспертное знание

Почему же еще в недавнем прошлом эта проблема решалась, как принято говорить, «по остаточному принципу»? Как говорит Н. Циммер, для изменения подхода к поиску и возвращению незаконно отчуждённых предметов искусства музеям не хватало финансирования и экспертного знания. Еще одним серьёзным препятствием была инерция арт-рынка, игроки на котором не имели мотивов и заинтересованности добиваться раскрытия архивов, чтобы учёные-искусствоведы имели возможность изучать всю подноготную артефактов, «сомнительных» в плане своего провенанса.

На это последнее обстоятельство указывает, в частности, Томас Буомбергер (Thomas Buomberger), историк и автор монографии, посвящённой теме произведений искусства, незаконно отчуждённых нацистами и оказавшихся в Швейцарии. Что же касается двух первых проблем (финансирование и экспертное знание), то сейчас в Швейцарии за их решение, по крайней мере, взялись довольно-таки решительно. Художественный музей Берна, например, наладил тесное сотрудничество с Бернским университетом, запустив специальный образовательный модуль, в рамках которого все заинтересованные специалисты и эксперты имеют возможность приобрести базовые знания в области методологии и инструментов проведения исследования «провенанса» произведений искусства.

Max Liebermann's 'Two Riders on the Beach'

«Два всадника на пляже», Макс Либерманн (1901 год). 

(de.wikipedia.org)

Правительство Швейцарии со своей стороны в 2016 году впервые выделило национальным музеям бюджетное финансирование для проведения углублённого анализа истории находящихся в их коллекциях и фондах произведений искусства. «Такого рода инициативы, безусловно, представляют собой обнадёживающий первый шаг в правильном направлении, но нам необходимо перевести финансирование такого рода проектов на постоянную, системную основу. Только специальных грантов и одноразовых финансовых вливаний здесь совершенно недостаточно», — убеждена Н. Циммер.

Государственная поддержка

Швейцарское Федеральное ведомство по делам культуры (Bundesamt für Kultur — BAK) намерено в период с 2016 по 2020 годы выделить в общей сложности 2 млн франков на организацию проверки юридической чистоты «сомнительных» произведений искусства, находящихся в фондах национальных художественных музеев. Со своей стороны, музеи и другие учреждения культуры обязаны подавать заявки на получение финансирования и участвовать в тендерах с собственными профильными проектами.

Максимально на реализацию одного проекта в области изучения провенанса может быть выделено 100 тыс. швейцарских франков. Бенно Видмер (Benno Widmer), руководитель отдела BAK, занимающегося работой музеев и художественными коллекциями, говорит, что первые 12 проектов уже в основном завершены. «Спрос на финансирование был очень высоким, а это говорит о том, что музеи теперь все чаще действительно берут на себя ответственность (в плане поиска и реституции незаконно отчуждённых произведений искусства)».

А недавно, 19 ноября 2018 года, Ведомство объявило о том, что в ближайшее время из его бюджета будет профинансировано еще 14 специально отобранных исследовательских проектов в области изучения провенанса. Деньги из госбюджета, например, кроме Художественного музея Берна, получит аналогичный музей в Базеле, а также Фонд Бейелера (Fondation Beyeler).

Позитивные примеры

При всех сложностях положительные примеры в Швейцарии уже имеют место. Марк-Андре Рено (Marc-André Renold), профессор арт-права Университета Женевы и адвокат, представлявший интересы А. Монтиля в его тяжбе с городом Ла-Шо-де-Фон, ссылается на дело 2015 года в качестве примера того, насколько заметно за последние 10 лет поменялось общественное мнение в оценках вопроса реституции незаконно отчуждённого искусства. Кантон Юра получил в наследство картину Густава Курбе (Gustave Courbet) стоимостью около 300 тыс. швейцарских франков по завещанию в 2015 году.

Когда кантональные власти обнаружили, что отец дарителя вполне мог купить картину в Дюссельдорфе в 1939 году, то они забили тревогу и решили на всякий случай заказать экспертную проверку степени юридической чистоты происхождения картины и её подлинности, ведь в официальном каталоге самого Г. Курбе этого полотна на значилось. Тревога в итоге оказалась ложной.

Nina Zimmer, diretora da Kunsthaus Bern

Нина Циммер, Художественный музей г. Берна. 

(Keystone/Lukas Lehmann)

Доказательств, указывавших на то, что эта картина принадлежит к числу незаконно отчуждённых, выявлено не было, после чего власти передали пейзаж «Юрскому музею искусств и истории в городе» Дельсберг / Делемон (Musée jurassien d’art et d’histoire), при условии, однако, что если позже все-таки выяснится, что эта работа была похищена, то тогда её придётся передать законным владельцам. Соответствующий отчет власти опубликовали в открытом доступе в интернете.

Перепроверить законность и обоснованность

«В данном случае всё было сделано совершенно правильно», — говорит М.-А. Рено. Тем не менее и он тоже признаёт, что в целом Швейцария могла бы делать для реализации Вашингтонских принципов куда больше. «В частности, один из этих принципов, под номером 11, требует от государств и правительств запуска и осуществления «государственных процедур реализации Вашингтонских принципов, особенно в части, касающейся альтернативных механизмов разрешения споров по вопросам установления законных прав собственности. И вот как раз в этой области мы пока, мягко говоря, не очень-то активны».

В самом деле, Франция, Германия, Австрия, Нидерланды и Великобритания уже создали структуры, в задачи которых входит разработка рекомендаций по спорным произведениям искусства. Создать аналогичную комиссию в этом году потребовали от правительства и шведские музеи. А что Швейцария? Пока ничего подобного она не сделала. Бенно Видмер (Benno Widmer) из BAK говорит, что этот вопрос уже обсуждался в парламенте, но правительство Швейцарии, в свою очередь, заявило, что пока в стране было зарегистрировано слишком мало относящихся к делу случаев, оправдывавших бы финансовые траты на создание такого рода структуры.

«А между тем она была бы очень полезной при решении случаев, аналогичных случаю с картиной Констебла», — считает Марк-Андрэ Рено. «Но пока мы наблюдаем здесь полное отсутствие какой-либо политической воли. Я помню, как мы, когда разбирательства по этой картине окончательно зашли в тупик, обратились с просьбой о помощи в Берн. Чиновники были очень любезны, они сказали, что непременно помогут, и предложили нам... конференц-зал для проведения переговоров. И это всё, чего мы от них добились».

Многие «товарищи по несчастью» А. Монтиля вынуждены также годами ждать решений по «своим» делам. И шансы на успех не всегда оказываются такими уж большими. Так, десять лет назад Художественный музей Базеля отклонил требование наследников Курта Глазера (Curt Glaser) вернуть им более ста художественных ценностей, хранящихся в коллекции музея, включая работы Анри Матисса, Марка Шагала и Эдварда Мунка. Комитет по делам культуры при правительстве города решил в прошлом 2017 году перепроверить законность и обоснованность этого решения, однако на данный момент итоговых результатов все еще нет.

Не состояла, не была, не участвовала...

Возможно, Швейцария столь неторопливо претворяет в жизнь Вашингтонские принципы потому, что во Второй мировой войне она не участвовала. Таково мнение Олафа Оссманна (Olaf Ossmann), швейцарского юриста, занимающегося незаконно отчуждёнными художественными ценностями. «Со швейцарской точки зрения ситуация выглядит следующим образом: коль скоро наша страна даже не участвовала в войне, так почему она должна решать проблемы, касающиеся прежде всего самих немцев?».

Олаф Оссманн говорит, что решение бернского Художественного музея всё-таки принять в дар коллекцию Гурлитта ввело многих арт-дилеров и коллекционеров в состояние значительной неуверенности и неопределённости. Многие из них опасаются, что теперь немецкие стандарты в области анализа провенанса картин и проведения реституции будут применяться и в Швейцарии, где до сего времени действовали свои особенности, заметные уже даже на языковом уровне.

Pintura de Gustave Courbet

Густав Курбе и его пейзаж по мотивам природных красот кантона Юра.

(République de Canton du Jura/Pierre Montavon)

Так, в здешнем варианте немецкого юридического языка в качестве понятия для описания произведений искусства, проданных евреями для того, чтобы оплатить свой побег из нацистской Германии, долгое время применялся термин «Fluchtgut» (дословно: «активы, проданные в ходе, в результате и для вынужденного побега»). В Германии в отношении таких случаев, а также любых продаж художественных ценностей по принуждению или под давлением, применяется термин «искусство, незаконно отчуждённое в результате преследований» («Raubgut»).

Фотогалерея Швейцарский музей проверит происхождение картин

В Берне открывается уникальная экспозиция «Современные мастера — Дегенеративное искусство» из фондов городского Художественного музея. 

Требования относительно возврата/реституции произведений искусства категории «Fluchtgut» швейцарские музеи традиционно отклоняли со ссылкой на формальную «добровольность сделки купли-продажи». Однако в апреле 2018 года швейцарское Федеральное ведомство культуры издало официальное разъяснение, в котором музеям и коллекционерам напоминается о том, что понятие «Fluchtgut» не является международно признанным юридическим термином, «что оно поэтому может быть интерпретировано, в зависимости от ситуации, интерпретировано очень по-разному», что каждый случай следует оценивать индивидуально, и что требования о возврате «Fluchtgut» также могут оказаться абсолютно обоснованными.

«Черные дыры»

Олаф Оссманн напоминает, что «Вашингтонские принципы» изначально не подразумевали урегулирования спорных вопросов с частными коллекционерами, а потому возможности и средства, находящиеся в распоряжении частных истцов, пытающихся вернуть себе картины, похищенные нацистами, являются весьма ограниченными. Например, истцы нередко обращаются в суды, но их иски, как правило, отклоняют в связи с истечением сроков исковой давности.

Как рассказывает О. Оссманн, граждане Швейцарии обращались к нему за консультацией уже неоднократно. «Частные владельцы начали сейчас анализировать свои коллекции, особенно полученные в наследство по завещанию, на предмет их юридической чистоты. Зачастую делают они это просто для ознакомления, но это уже неплохой первый шаг в правильном направлении».

Но, разумеется, коллекционеры могут принять решение и не заниматься реституцией, оставив незаконно отчуждённые культурные ценности у себя, тем более что у них есть возможность пользоваться так называемыми «фрипортами» - своего рода безналоговыми складами, расположенными официально за пределами Швейцарии в международной зоне, как правило, на территории аэропортов. С точки зрения О. Оссманна, такие склады являются «огромными чёрными дырами в мире, который в целом постепенно двигается в сторону всё большей прозрачности».

Ну и напоследок напомним, что вчера, 26 ноября, в Берлине началась Конференция, которая продлится до 28 ноября и которая посвящена 20-летнему юбилею принятия «Вашингтонских принципов». Официальные швейцарские представители также отправились в немецкую столицу, с тем чтобы принять участие в углублённом анализе того, что уже было международным сообществом достигнуто в плане восстановления попранной нацистами справедливости, и выяснения того, что ещё предстоит сделать на этом пути.


Перевод: Нина Шулякова, ред. Игорь Петров.

Ключевые слова

Neuer Inhalt

Horizontal Line


subscription form

Подпишитесь на наш бюллетень новостей и получайте регулярно на свой электронный адрес самые интересные статьи нашего сайта

Подпишитесь на наш бюллетень новостей и получайте регулярно на свой электронный адрес самые интересные статьи нашего сайта