Your browser is out of date. It has known security flaws and may not display all features of this websites. Learn how to update your browser[Закрыть]

Федеральный совет


У Швейцарии появится новое правительство


Автор: Армандо Момбелли (Armando Mombelli), г. Берн


Скоро Федеральное собрание Швейцарии в составе Национального совета и Совета кантонов изберет новый кабинет министров, определив конфигурацию высшей исполнительной власти в стране на последующие четыре года. Консервативная Швейцарская народная партия (SVP/UDC) получит, скорее всего, второе кресло в составе правительства. 

Тайные маневры и торговля до самого конца: в последние годы политика в Швейцарии стала очень непредсказуемым делом.  (Keystone)

Тайные маневры и торговля до самого конца: в последние годы политика в Швейцарии стала очень непредсказуемым делом. 

(Keystone)

Тем самым будет соблюдено неписанное правило швейцарской политики, в соответствии с которым три первых по силе партии должны иметь по два кресла в правительстве, четвертая — одно кресло. Но хватит ли этого формального возвращения к старой «магической формуле» для того, чтобы восстановить былое согласие, царившее некогда между работающими в кабинете представителями ведущих партий страны?

Скорее всего парламентарии обеих равноправных палат швейцарского парламента изберут в состав Федерального совета второго министра от консервативной Швейцарской народной партии (SVP). Претензии «народников» на второе место в кабинете вполне оправданы, ведь по итогам последних парламентских выборов они завоевали без малого 30% голосов избирателей, опять став сильнейшей партией страны.

Кроме того, неписанное правило швейцарской политики, гласит, что три первых по силе партии имеют право получить по два кресла в правительстве, четвертая — одно кресло. Так что предсказать партийно-политическую конфигурацию нового кабинета министров можно уже сейчас: по два кресла получат «народники» («SVP»), социалисты («SP») и либералы («FDP»), и одно место достанется демохристианам («CVP»).

И тем не менее, открытые вопросы остаются, и носят они структурный и персональный характер. Кого конкретно от «SVP» изберут парламентарии на место подавшей в отставку министра финансов страны Эвелин Видмер-Шлумпф, и кто потом из членов кабинета какой получит департамент (министерство) в управление? В прошлые годы выборы министров от партии «народников» всегда сопровождались напряжением и неопределенностью, особенно хорошо заметными на фоне всей политической системы Швейцарии, в целом функционирующей спокойно и размеренно, как швейцарские часы.

Вот и сейчас, когда до выборов остается совсем мало времени (все процедура проходит в один день и начнется она в 10.00 утра по Москве 9-го декабря), сложно сказать, будет-ли в состав кабинета избран кто-то из тройки политиков, номинированных «SVP» в качестве кандидатов в состав Федерального совета, или же парламент остановится на так называемом «подрывном кандидате» со стороны, то есть на человеке, не входящем в список официальных претендентов от «народников»? И если такой человек будет выбран, насколько будет сильно на него давление со стороны партийного руководства «SVP» и согласится ли такой кандидат с результатами выборов?

Такого рода ситуация уже возникала 8 лет назад, и тогда такой «подрывной кандидат», а именно, все та же Эвелин Видмер-Шлумпф, согласившись с результатами голосования, привела «Швейцарскую народную партию» к расколу. В этот раз раскалываться партии дальше некуда, а это означает, что, при всех успехах на парламентских выборах, возможности маневра, которыми обладает сейчас «SVP», отнюдь не являются безграничными. И это тоже одна из особенностей и тонкостей швейцарского политического механизма.

Напомним, что взлет «SVP», некогда небольшой крестьянско-ремесленной партии, начался в начале 1990-х гг., когда с окончанием холодной войны и стабильного «биполярного» мирового порядка Швейцария оказалась брошенной в самую середину процессов европейской интеграции. Реакцией на это стало относительное усиление антиевропейских и ксенофобских настроений в швейцарском обществе, рупором которых и стала «обновленная» «Швейцарская народная партия». Начав воистину триумфальное шествие по стране, она сумела завоевать заметное число голосов даже в западных, франкоязычных, кантонах страны.

Кульминацией же этого «шествия» стала победа на парламентских выборах 2003-го года, когда «народники» («SVP»), наряду с социалистами («SP») и либералами («FDP»), сумели получить по два кресла в кабинете, перекроив сложившуюся еще в 1959 году «магическую формулу» формирования правительства за счет демохристиан («CVP»), лишившихся второго своего места в Федеральном совете. 

Проведя в правительство Кристофа Блохера, партия «народников» пережила в период с 2003 по 2007 гг. свой «золотой век», однако потом парламент решил, что «великий и ужасный» Блохер не придерживается правил коллегиальности и «конкорданса»(см. инфобокс внизу), а потому ему не место в правительстве.

Ему в замену была избрана Эвелин Видмер-Шлумпф, которая, представляя партию («Бюргерско-демократическую» — «BDP») не имеющую и 10% голосов, 8 лет занимала кресло в правительстве, явно нарушая правило, по которому в кабинете имеют право быть представленными только четыре сильнейшие партии. «BDP» же, созданная, так сказать, «из ребра» партии «народников», в четверку сильнейших как не входила тогда, так не будет она туда, очевидно, входить и в ближайшем будущем. Парламент же до поры до времени соглашался с такой расстановкой сил, исходя из личных, человеческих, политических и деловых качеств лично госпожи Видмер-Шлумпф, которая, и в самом деле, оказалась неплохим министром финансов.

Однако в октябре 2015 года очередная победа «SVP» оказалась настолько убедительной (см. инфографику «Парламентские выборы в Швейцарии 2015 года в цифрах»), что не давать «блохеровской» партии, завоевавшей 29,4% голосов избирателей, второе место в кабинете было уже просто нельзя.

Первой это поняла сама Эвелин Видмер-Шлумпф, партия которой в октябре собрала только 4,6%. Заблаговременно подав в отставку, она обеспечила себе возможность уйти «с гордо поднятой головой» и не завершать правительственную карьеру досадным проигрышем выборов. И это еще одна тонкость — политические деятели в этой стране должны тонко ощущать такого рода перспективы, трезво оценивать свои шансы и не идти «на таран», что может быть расценено как наглость и неуважение и негативно сказаться на репутации.

Три официальных кандидата

Учитывая печальный опыт непереизбрания Кристоф Блохера, партия «народников» на сей раз представила на рассмотрение парламента так называемую «тройку» кандидатов, не принадлежащих ни к идеологическим «ястребам», ни к партийному истеблишменту, но при этом представляющих сразу все три официальных языка страны. Впрочем, эти кандидаты, разумеется, остаются верными последователями «линии партии» там и тогда, где и когда речь заходит о проблемах, фундаментально важных для «SVP» в целом.

«Немецкую Швейцарию» представляет 36-летний Томас Эши (Thomas Aeschi) из кантона Цуг. Впервые в состав большой палаты парламента он избрался только в 2011 году, а сегодня он уже принадлежит к числу самых перспективных «молодых» политиков и партийных деятелей. Специалист в области бизнес-консалтинга и выпускник Гарварда, он сумел сделать воистину молниеносную политическую карьеру. Его деловые и политические качества, а также одинаково хорошее владение немецким, английским, а также французским языками, делают его весьма привлекательным кандидатом. К негативным его сторонам относятся слишком тесная близость к Кристофу Блохеру и не всегда обоснованные замашки «первого парня на деревне».

А вот Ги Пармелан (Guy Parmelin), представитель «Швейцарии французской», напротив, может похвастаться довольно солидной биографией опытного парламентария. Этот 55-летний фермер и винодел из кантона Во впервые был избран в Национальный совет (большую палату парламента) в 2003 году, с тех пор, правда, ничем особенным он себя не проявил. Не склонный к эпатажу и скандалам он, как предполагают многие наблюдатели, вполне способен проводить в качестве министра и руководителя все равно какого департамента политику, направленную на поиск консенсуса и согласия.

Избрание Ги Пармелана означало бы, что впервые в своей истории «Швейцарская народная партия» была бы представлена в правительстве министром из франкоговорящей части страны. Такой исход вполне сыграл бы на руку партии, перед которой все еще стоит нерешенной задача качественного укрепления своих позиций по ту сторону «картофельного рва». Впрочем, этот кандилат с огромным трудом говорит на немецком и английском языках, что уже стало в Берне причиной довольно язвительных замечаний в его адрес, прозвучавших во время недавних «слушаний» (в ходе которых все три кандидата выступали по очереди перед основными парламентскими фракциями с изложением своих идей и программ, — прим. ред.).

Наконец, третий кандидат, 38-летний Норман Гобби (Norman Gobbi), представляет «итальянскую» Швейцарию. Он изучал в Лугано информатику и маркетинг, успел один год с 2010 по 2011 гг. поработать депутатом в Национальном совете от региональной партии «Лига Тичинцев» («Lega dei Ticinesi»). В 2011 году он был избран в состав правительства кантона Тичино. Членом «Швейцарской народной партии» он стал буквально на днях, узнав, что его кандидатура котируется в качестве возможного представителя от партии «народников» на предстоящих выборах Федерального совета. 

Его плюсом является реальный управленческий опыт, пусть и накопленный на кантональном уровне. В качестве же безусловных минусов аналитики рассматривают ксенофобские и даже расистские высказывания, которые кандидат позволял себе в недавнем прошлом, а также столь же недавнее членство в «Лиге Тичинцев», которая многими в Берне считается партией порой чересчур уж правой и едва ли не экстремистской. И если вдруг победит Норман Гобби, то это будет означать, что одним из министров швейцарского кабинета вновь стал представитель италоязычной Конфедерации – в первые с 1999 года. 

В поисках согласия

У разных партий эти три деятеля вызвали самые разные оценки. Основной же претензией ко всем троим стало их нежелание хотя бы как-то изменить, то есть смягчить, свою позицию по такой, например, непростой проблеме, как отношения Швейцарии и Европейского союза. Все они, в частности, выступают за буквальную реализацию решения, принятого народом на референдуме 9 февраля 2014 года в плане ограничения иммиграции в Швейцарию квалифицированной рабочей силы из стран ЕС. То, что в этом случае может рухнуть всё с таким трудом построенное здание европейско-швейцарской кооперации их особенно не волнует.

Впрочем, второй победитель парламентских выборов 2015 года, а именно, партия швейцарских либералов («FDP»), от позиции которой на выборах будет зависеть очень многое, уже сигнализировала, что среди представленной «тройки» вполне есть «избираемые» кандидаты. Об этом же заявила и партия «демохристиан» («CVP»). В левой части швейцарского политического спектра однозначно «против всех» выступает только партия «Зелёных», в то время как социалисты все-таки склоняются к тому, чтобы поддержать «самого умеренного» из трёх претендентов. А как быть с «подрывными кандидатами»?

Такие тоже есть, но на сей раз «SVP» подстраховалась от раскола и четко прописала в своем уставе положение, в соответствии с которым кандидат, соглашающийся с избранием в правительство вопреки мнению партии, немедленно из партии исключается. Кроме того, в настоящий момент объективно «Швейцария народная партия» находится в очень хорошей физической форме и внутрипартийных противоречий, сравнимых с противостоянием умеренного «бернского крыла» и фундаменталистского «цюрихского крыла», собственно и приведшим к расколу партии в 2008 году, сейчас не наблюдается.

Это не означает, что таких противоречий нет вообще. В «Швейцарской народной партии» существует «экономическое крыло», одним из ярких представителей которого является предприниматель Петер Шпулер, владелец группы компаний «Stadler Rail», строящей сейчас для России современные поезда. И в целом эта фракция как раз не очень-то довольна антиевропейским курсом партии. Но пока она не склонна «ввязываться в драку», занимаясь бизнесом, а сам П. Шпулер заблаговременно объявил, что идти в правительство он не планирует ни при каких обстоятельствах.

Итак, вполне вероятно, что «Швейцарская народная партия» получит-таки свое законное второе место в правительстве. Но значит ли это, что кабинет вернется во времена классической «магической формулы» и что министры будут, как когда-то, сообща работать на благо страны? Очевидно, что работать на благо они, конечно же, будут, но искры при этом так же будут лететь серьезные, уж очень велики сейчас разногласия правого и левого политического лагерей по всем насущным вопросам политической повестки, начиная от проблемы отношений с ЕС и заканчивая миграционным кризисом, с которым столкнулась сейчас вся Европа.

«Политический конкорданс»

В отличие от других демократических систем, в основе которых лежит, как правило, принцип большинства, швейцарская правительственная система базируется на идее и практике «политического конкорданса», то есть «сердечного согласия» всех основных политических сил и партий.

Надпартийное правительственное единство, а также наличие кабинета министров, нацеленного на рациональное решение чисто технических задач повседневного управления страной, стали необходимым условием выживания единого швейцарского государства в условиях существования сильных кантонов, различных лингво-культурных ареалов, временами враждебно настроенных друг к другу, а также противоречий, имевших место в отношениях между партиями, конфессиями, между городом и деревней.

Создания своего рода «вечной большой коалиции» требовала также объективная логика особенностей швейцарского национального государства, для которого любое более или менее серьезное политическое потрясение, а особенно после того, как в 1874 году народ завоевал себе широкие права прямой демократии, могло завершиться распадом.

Поэтому в последние 160 лет истории страны каждый раз, как только в политике обозначалась сила, которая потенциально могла стать оппозиционной, система, делясь властью, привлекала эту силу к управлению и возлагала на нее правительственную ответственность.

В итоге «конкорданс» превратился в неписаное, но почти священное, обязательное к исполнению, правило. Эти же соображения и по сей день определяют и стиль политической работы Федерального совета, в котором доминируют стремление к сдержанности, скромности, коллегиальности и компромиссу.

В разные времена этот принцип имел разные конкретно-исторические формы, но всегда швейцарский кабинет министров был и оставался самым ярким воплощением принципа «политической нации», на котором строится вся Швейцария.

В основе этого принципа, напомним, находятся не «кровь и почва», но общий для всех набор либеральных политических идеалов, действующих вне зависимости от расовой, религиозной, культурной или языковой принадлежности.


Перевод на русский и адаптация: Игорь Петров, swissinfo.ch

×