Navigation

Skiplink navigation

Социально ответственый бизнес: Швейцария в мировом сравнении

Не окажутся ли швейцарские компании, работающие за рубежом, в невыгодном положении по сравнению с конкурентами? Мнения расходятся. На фото: известняковый карьер концерна Lafarge Holcim Ltd во Вьетнаме. Keystone / Na Son Nguyen

На референдуме 29 ноября 2020 года швейцарцы выскажут свое мнение по законодательной инициативе «За социально ответственный бизнес».

Этот контент был опубликован 16 ноября 2020 года - 07:00

Среди наиболее противоречивых вопросов, связанных с инициативой, находится проблема сравнения предложений, содержащихся в тексте законопроекта, с нормативами и положениями, действующими в этой области в других странах. Не окажется ли тут Швейцария впереди планеты всей, поставив саму себя в невыгодные конкурентные условия?

На пресс-конференции в начале октября 2020 года министр юстиции и полиции Швейцарии Карин Келлер-Суттер (Karin Keller-Sutter) подчеркнула: «По итогам реализации этой инициативы в Швейцарии могут быть приняты новые правила корпоративной гражданской ответственности, не имеющие аналогов в мире». Данный тезис, с точки зрения Федерального совета (правительства), является одним из важнейших аргументов против принятия инициативы «За ответственный бизнес».

Возникает вопрос: действительно ли нормы швейцарской инициативы строже, чем те, которые уже действуют или обсуждаются в других странах? Ответ не очевиден. Во многих странах этот вопрос давно является предметом обсуждения и законодательного вмешательства, особенно после принятия ООН в 2011 году «Руководящих принципов предпринимательской деятельности в аспекте прав человека» (ссылка на них в pdf на русском языке).

Но сравнивать нормативы, принимаемые или обсуждаемые в разных странах, очень сложно, поскольку они основаны порой на разных правовых системах и концепциях. Положение становится еще более туманным, если помимо конкретных нормативов также рассматривать возможные поправки в процессуальное законодательство.

Французский пример

Одним из нормативных актов, наиболее часто упоминаемым в дебатах по инициативе «За ответственный бизнес», является французский Закон о надзоре в области корпоративного управления и социальной ответственности бизнеса (Loi de vigilance). Согласно этому закону, принятому Национальным собранием Франции в 2017 году, транснациональные корпорации со штаб-квартирой во Франции, в которых работают не менее 5000 сотрудников, обязаны разработать план надзора с целью предотвращения серьезных нарушений прав человека и загрязнения окружающей среды со стороны своих дочерних компаний, а также субподрядчиков и поставщиков.

Компании, которые не выполняют данные обязанности, могут быть принуждены в рамках гражданского права выплатить компенсацию за ущерб, причиненный в результате отсутствия или недостаточного выполнения норм и правил противодействия причинам ущерба. 

Гражданская ответственность даже поставщиков, чётко прописанная в данном законе, идет дальше положений швейцарской инициативы. Однако показатель в 5 000 человек, которые должны работать на фирме, значительно сужает сферу применения данного закона.

Детский и принудительный труд

Французское законодательство, как и швейцарский законопроект, охватывают самый широкий спектр возможных ситуаций в отличии от других стран, принявших постановления касательно лишь отдельных секторов экономики или нарушения отдельных прав человека. В мае 2019 г. парламент Нидерландов принял закон, обязывающий все компании, предоставляющие товары и услуги голландским потребителям, выявлять в своей цепочке поставок риски, связанные с использованием детского труда, и принимать меры по противодействию этим рискам.

В случае несоблюдения этих обязанностей компании могут быть оштрафованы. Однако налагаемые санкции носят довольно мягкий характер и не предполагают никакого автоматизма. Они могут быть введены лишь в случае подачи третьей стороной соответствующей жалобы. Тем не менее, в случае повторного нарушения в отношении компании может быть запущено разбирательство в рамках уголовного права. При этом в законе не предусматривается возможность подачи пострадавшей стороной гражданско-правового иска.

В 2015 г. Великобритания приняла UK Modern Slavery Act, который требует от компаний с торговым оборотом более 36 миллионов фунтов стерлингов в год и работающих в Великобритании ежегодно отчитываться о мерах, принятых для предотвращения использования принудительного труда и торговли людьми по всей цепочке поставок.

Кто должен нести бремя доказательства?

Французский закон предусматривает норму, в соответствии с которой потерпевшая сторона должна доказать как понесенный ущерб, так и связь между ущербом и недостаточной добросовестностью компании в области противодействия возникновению причин ущерба.

Швейцарская инициатива позволяет компании уклоняться от гражданской ответственности, если она может продемонстрировать, что добросовестно провела необходимый контроль. В контексте швейцарских дебатов этот пункт подвергся особой критике, речь идет о недопустимом «перекладывании бремени доказательства».

Однако единого мнения у юристов по этому вопросу нет. Швейцарский Институт сравнительного правоведения (ISDC) в отчете за июль 2019 года (pdf) отмечает, что проводить прямое сравнение с французским законодательством здесь довольно трудно, поскольку сами понятия ответственности в этих двух странах основаны на совершенно разных концепциях права.

Однако Институт склонен трактовать саму возможность приведения доказательств, оправдывающих освобождение компании от ответственности за возникший ущерб, как более слабую правовую форму корпоративной ответственности.

End of insertion

Закон, основанный на аналогичных нормативах штата Калифорния (США), предусматривает потенциально неограниченные штрафы для компаний, которые не выполняют свои обязанности в области добросовестного противодействия причинам ущерба, наносимого природе или правам человека, но степень их гражданско-правовой ответственности он не определяет. Британское законодательство послужило основой для разработки аналогичного закона о противодействии принудительному труду в Австралии.

Полезные ископаемые и прозрачность

После финансового кризиса 2008 г. в США в 2010 году вступил в силу Закон Додда-Франка (Dodd-Frank Act, pdf). Закон включает раздел, посвященный использованию проблемного сырья (так называемые «конфликтные полезные ископаемые» — conflict minerals — в данном случае тантал, цинк, золото и вольфрам). Закон предусматривает обязательную сертификацию полезных ископаемых повышенного риска и устанавливает стандарты и правила прозрачности финансовых потоков для горнодобывающих компаний.

С 2017 года компании, базирующиея в ЕС, должны учитывать Закон «О полезных ископаемых из конфликтных зон» (pdf). Аналогичный подход также характеризует встречное контрпредложение к инициативе «За ответственный бизнес», одобренное швейцарским парламентом, которое вступит в силу в случае отклонения народом указанной инициативы. Встречное предложение (pdf) предусматривает разработку нормативов и обязательств по отчетности в отношении конфликтных полезных ископаемых и использования труда несовершеннолетних.

Взгляд на юридические аспекты

Однако важно учесть, что швейцарская инициатива «За ответственный бизнес», наряду с французским законодательством, остается единственным законопроектом, ставящим обобщённый, почти философский, вопрос о гражданской ответственности корпораций за действия дочерних компаний или других подконтрольных им структур. Следовательно, в данной области Швейцария в самом деле может стать пионером-первопроходцем?

На самом деле существует и ряд других правовых систем, также предусматривающих элементы ответственности головных компаний за ущерб, причиненный филиалами. Если же помимо законодательств рассматривать еще и международную правоприменительную практику, то можно уверенно утверждать, что швейцарская инициатива не столь уж и отлична от норм, действующих в других странах. 

Так, еще в 1995 году британский апелляционный суд в деле об отравлении ртутью в филиале британской компании в Южной Африке (Thor Chemicals Limited) постановил, что материнские компании могут считаться ответственными за ущерб, причиненный их дочерними заграничными предприятиями.

Различные подобные дела в настоящее время обсуждаются в британских и канадских судах. Одним из примеров является судебный иск по токсичным выбросам, поданный жителями деревни в Замбии против лондонской горнодобывающей компании и ее «дочки» в этой африканской стране. Подобную тенденцию можно наблюдать не только в англосаксонских странах. Например, в 2017 году нигерийская община Икебири (Ikebiri) подала в суд Милана гражданский иск против итальянской нефтяной компании ENI за ущерб окружающей среде, причиненный горнодобывающей деятельностью местного филиала ENI.

Одинокий голос?

Еще одним элементом, ограничивающим реализацию инициативы «За ответственный бизнес», является швейцарский порядок частноправового регулирования и реализации норм частного права, который предусматривает серьезные барьеры на пути судебных разбирательств в связи с возникновением такого рода ущерба, особенно с точки зрения затрат и возможности получения доступа к релевантным документам.

Хотя эта инициатива, несомненно, находится в авангарде предпринимаемых в мире усилий с целью создания последовательной правовой основы корпоративной ответственности бизнеса в области прав человека и защиты окружающей среды, верно также и то, что ее нельзя рассматривать на международном уровне в качестве чего-то совсем уж уникального. Но в любом случае, даже если данное предложение и будет одобрено на референдуме, то порядок реализации новых норм еще предстоит обсудить в федеральном парламенте в Берне. А уж депутаты постараются выдернуть у этого бумажного тигра как можно больше зубов. 


Комментарии к этой статье были отключены. Обзор текущих дебатов с нашими журналистами можно найти здесь. Пожалуйста, присоединяйтесь к нам!

Если вы хотите начать разговор на тему, поднятую в этой статье, или хотите сообщить о фактических ошибках, напишите нам по адресу russian@swissinfo.ch.

Поделиться этой историей