Китай - Швейцария Швейцария глазами китайского лыжного инструктора


Автор:
Дахай Шао (Dahai Shao)


Жонгхинг «Джонсон» Сюй на отсутствие внимания к себе не жалуется. 

Жонгхинг «Джонсон» Сюй на отсутствие внимания к себе не жалуется. 

(Zhongxing Xu)

Жонгхинг «Джонсон» Сюй стал в Швейцарии героем СМИ после репортажа о нем и его работе в качестве лыжного инструктора в Гриндельвальде. Сегодня он делится с нами «непричесанными» воспоминаниями о Швейцарии, откровенно размышляя о своем культурном шоке, сексе, расизме и теплом пиве.

Лыжный инструктор из Китая Жонгхинг «Джонсон» Сюй (Zhongxing ‘Johnson’ Xu) стал в Швейцарии настоящим героем после репортажа о нём, снятом швейцарским общественным национальным телевидением SRFВнешняя ссылка. Практически в режиме «реального времени» телевизионщики наблюдали за тем, как инструктор обучает китайских туристов непривычному еще для них лыжному спорту. Жонгхинг Сюй провел два года на курорте в Гриндельвальде, но сейчас он вернулся в Китай.

В течение первых двух месяцев пребывания в Швейцарии его буквально засыпали предложениями об интервью. Документальный фильм о зимнем сезоне 2013-2014 г. с ним в качестве главного героя посмотрели более миллиона швейцарцев. Так невольно он стал едва ли не самым известным лыжным тренером страны. «От желающих сделать со мной селфи буквально не было отбоя. На улице, в поезде — даже на лыжне — я постоянно встречал своих фанатов. Чуть ни каждые пять минуть я слышал обращенную в мой адрес одну и ту же фразу: «Привет, Джонсон, а я видел тебя по телевизору!» Это было прекрасное чувство. Я почти поверил, что я — стопроцентная телезвезда, и только временно подрабатываю лыжным инструктором».

Реальная жизнь

Сюй говорит, что он до сих пор никогда подробно не рассказывал никому о своей жизни в Швейцарии, хотя его и спрашивали об этом множество раз. Но он если и высказывался, то только по весьма узкому кругу тем. В разговоре же с журналистом swissinfo он признает, что «медовый месяц», похожий на сон, закончился быстро, а потом началась швейцарская реальность. «Больше всего меня затронула необходимость пребывания в совершенно иной социально-культурной среде. Это был настоящий культурный шок. Ощущение, что ты иностранец, а также сексуальная раскрепощенность швейцарцев — вот две вещи, которые были для меня наиболее проблематичны», — говорит Сюй. И чем известнее он был в стране, тем сильнее ощущал он это неудобство.

«Когда я шел по улице, люди смотрели на меня, как правило, равнодушно или даже пренебрежительно, так как даже издалека было видно, что я азиат. Но потом внезапно в их головах всплывал образ из телевизора или газеты, и их лица становились дружелюбными, они начинали меня приветствовать. Такого рода двойной стандарт был мне очень неприятен. В те первые секунды, пока тебя еще не узнали в качестве телезвезды, дискриминация ощущалась весьма отчетливо. Когда вы живете в чужой стране, одинаковым кошмаром становятся как людское равнодушие, так и по сути расистская пристрастность, независимо от того, где это происходит, в баре, магазине или просто на улице».

Инструкторы для гостей из Китая

В декабре 2013 года швейцарский Офис по туризму «Schweiz Tourismus» пригласил из Китая в Швейцарию семь лыжных инструкторов.

Целью этого проекта было познакомить китайскую публику с лыжным спортом и создать для китайских туристов устойчивую ассоциацию между лыжным отдыхом и Швейцарией.

Несмотря на то, что в Китае не так много известно о лыжном спорте, в последнее время наблюдается растущий интерес к этому виду отдыха. Джонсон оказался в Гриндельвальде.

Остальные семь приглашенных были направлены в Давос, Энгельберг, Гштаад, Сан-Мориц, Вербье, Виллар и Церматт, то есть туда, где традиционно наблюдается наибольшее число туристов из Китая.

Трое из тех инструкторов все еще живут в Швейцарии, один из них женился на швейцарке. Остальные пятеро вернулись в Китай, где продолжают работать в области лыжного спорта.

Сексуальная раскрепощенность.

Сюй признает, что его также шокировала сексуальная открытость, характерная для Швейцарцев. «Они действительно открыты — особенно этим отличаются лыжные инструкторы, это просто уму непостижимо. Говоришь вот вроде об этом, и все не так уж и страшно, но совсем иначе все это воспринимается, когда это происходит прямо у тебя перед глазами». Так! А вот с этого момента немного подробнее, если можно!

«Ну, однажды я видел, как моя коллега словно одержимая целовалась с незнакомцем в баре. Или другая коллега, тоже в баре, умудрилась в один и тот же вечер столь же тесно пообщаться аж с тремя разными мужчинами. Я был глубоко потрясен. В таких обстоятельствах невольно начинаешь задавать себе философские вопросы, типа кто я, откуда и куда я иду?», — говорит Сюй.

Кроме культурных различий дополнительным барьером для взаимопонимания является язык. «Если ты не говоришь на родном языке другого человека, ты никогда не проникнешь в его внутренний мир, равно как никогда не станешь по-настоящему своим. Разные привычки, иные взгляды на какие-то вещи, разные способы коммуникации, культура и другие факторы постоянно оказывают на тебя сильное психологическое воздействие. Отсюда и перепады настроения: в какой-то момент ты счастлив как ребенок, а уже через минуту — глубоко угнетен».

Культурные различия

В качестве дополнительного примера Сюй рассказывает две истории из своей жизни в Швейцарии. «Когда мои коллеги спрашивали меня, что мне принести из бара, я всегда просил стакан горячей воды. Сначала они удивленно переспрашивали, мол, только горячей воды? Но я всегда отвечал «да» и они привыкли, и просто приносили мне такую воду. Но при этом в тайне от меня он шушукались между собой, мол, надо же, подумать только, он пьет только горячую воду!

Другая история связана с теплым пивом. «Меня часто спрашивают, почему я всегда прошу пиво комнатной температуры. Я отвечаю, что это совершенно неважно. В Китае мы пьем как ледяное, так и теплое пиво. Иногда просто не хочется простужаться понапрасну. Но некоторые из моих знакомых стали распространять информацию о том, что «китайцы-то оказывается пьют только теплое пиво»! «Можно подумать, это так важно, что весь город должен знать об этом. Я действительно был сбит с толку и не понимал, почему питье горячей воды или теплого пива — это такая важная информация», — удивляется Сюй.

С другой стороны, его самого смущали некоторые швейцарские привычки, например, то, что люди могут сморкаться за столом во время обеда, подчищать тарелки хлебом или облизывать соус с пальцев. По его словам, такое поведение в Китае недопустимо — даже дома.

Обратный культурный шок

Сюй признает, что, несмотря ни на что, он всерьез подумывал остаться в Швейцарии, но в конце концов он последовал-таки зову сердца и решил вернутся домой. Главная причина — чувство одиночества, а также невозможность до конца ощутить себя «своим». Свою роль сыграли отсутствие привычной еды, а также чувство долга по отношению к родителям, поддерживать которых он планирует в будущем. При этом Сюй говорит, что после возвращения он переживает своего рода «обратный» культурный шок.

Например, взять уличное движение. «В Швейцарии следование правилам — инстинкт. Когда пешеходы переходят улицу, водители останавливаются. В Китае все иначе». Кроме того, в Швейцарии Сюй научился говорить «нет», в то время как в Китае отказывать близким друзьям недопустимо, с учетом того, что китайское общество превыше всего ценит чувствительность и вежливость». Ну и, наконец, приобретенная им в Швейцарии привычка широко улыбаться незнакомцам, демонстрируя свое дружелюбие. «Если бы я продолжал делать так в Китае, то окружающие относились бы ко мне как к больному «на всю голову».

Однако в целом, вспоминая свою швейцарскую авантюру, Сюй полон позитивных эмоций. «Я собственными глазами увидел поразительную красоту этой страны. По мне, Швейцария — это рай! Время, которое я там провел — это мои самые дорогие воспоминания и ни с чем не сравнимый опыт. И каждый раз, когда я думаю о Швейцарии, я говорю себе с замиранием сердца: «Я не жалею ни о чем»!

Подпишитесь на наш бюллетень новостей и получайте регулярно на свой электронный адрес самые интересные статьи нашего сайта


Перевод на русский с английского: Татьяна Смородина

×