Your browser is out of date. It has known security flaws and may not display all features of this websites. Learn how to update your browser[Закрыть]

Cтраницы истории


По следам Суворова в Швейцарии


Автор: Игорь Петров при поддержке Надежды Капоне, Сен-Готард - Андерматт - Альтдорф - Муотаталь - Гларус


Бюст А.В. Суворова на перевале Сен-Готард. (swissinfo.ch)

Бюст А.В. Суворова на перевале Сен-Готард.

(swissinfo.ch)

Военные события 1799 года уходят все дальше в историю. Изданная недавно в Швейцарии новая книга дает возможность услышать живой голос 18-го века. Она стала поводом проехать по суворовскому маршруту в Альпах и попытаться отыскать следы того времени.

В период новейшей истории нейтральная Швейцария никогда не была ареной военных действий. Почти никогда, если не считать краткую гражданскую войну в 1847 году. Но на рубеже 18-19 веков территория этой альпийской страны превратилась в театр военных действий европейского масштаба. Я вспоминаю об этом, выезжая утром, чтобы навестить основные точки швейцарского маршрута Суворова и попытаться разглядеть сквозь пласты времени ту далекую историю.

Идет дождь, который заставляет вспомнить, что в 1799 году солдатам Суворова достались куда более тяжелые условия: дождь со снегом и шквальный ветер. Остановившись выпить утреннего кофе в придорожном ресторане незадолго до Сен-Готардского автомобильного тоннеля, я принимаюсь рассматривать книгу «Вместе с Суворовым в Швейцарии», изданную в швейцарском издательстве «Меркер Эффингерхоф».

Основа публикации – это «Мой Журнал» капитана Николая Алексеевича Грязева, командира одного из подразделений армии Суворова. Он уже служил ранее основой для многих научных публикаций, однако теперь он впервые издан полностью и без купюр, в сопровождении подробного научного аппарата и богатого иллюстративного материала.

Книга дает возможность не только впервые прочитать эти записки на двух языках, русском и немецком, но и подробно ознакомится с тем, что из себя представляла Швейцария в сентябре 1799 года, то есть в период войны Второй европейской коалиции против Наполеона.

Книжный проект

Руководителем проекта издания книги «Mit Suworow in der Schweiz» («Verlag Merker im Effingerhof») со швейцарской стороны стал Юрг Штюсси-Лаутербург (Jürg Stüssi-Lauterburg).

Это известный военный историк, руководитель бывшей «Федеральной военно-исторической библиотеки», а ныне «Библиотеки на площади Генерала Гизана» («Bibliothek am Guisanplatz»).

С российской стороны проект курировал директор Государственного мемориального Музея А. В. Суворова в Санкт-Петербурге Александр Кузьмин.

Ценность этой книги в том, что она содержит в себе первую полную научную публикацию уникального исторического документа, «Моего Журнала», дневника Николая Алексеевича Грязева, командира одного из подразделений армии Суворова, прошедшего вместе с ним весь путь из Северной Италии через швейцарские Альпы.

На перевале Сен-Готард

Дождь прекращается. Через разрывы в облаках видно голубое небо и серо-зеленые склоны. Горы заявляют о себе заранее, словно давая возможность подготовиться. Наверное, нечто похожее испытывал и капитан Грязев, двигаясь вместе с суворовской армией в сторону Альп. Вот как он пишет об этом в своем «Журнале»:

«Огромные Альпы показали нам издали величественное чело свое; их вершины, покрытые снегом и теряющиеся в облаках, удивили взор наш; цепь их казалась бесконечной».

Серпантин вьется крутыми витками спирали все выше — это старая дорога, та самая, по которой шли солдаты Суворова. Никакого асфальта и аккуратной разметки тогда и в помине не было. Дорога была каменистой, провиант и боеприпасы везли на мулах, с которыми Суворова так подвели австрийские союзники: дали в три раза меньше мулов, чем было обещано. На перевале все укутано туманом, который то сдается под напором свежего ветра, то вновь возвращает утраченные позиции.

У «Музея перевала Сен-Готард» припаркованы автобусы и автомобили со швейцарскими, итальянскими и даже голландскими номерами. В кафе напротив — аншлаг. С раннего утра тут слышна многоязыкая речь туристов со всех концов Европы. Запах круассанов и свежего кофе приглашает перекусить. Все это было тут всегда, но есть и много нового.

Например, недавно в бывшем военном бункере открылась гостиница «La Claustra». Само название уже предупреждает, что людям со страхом закрытого пространства она не подходит. А для всех остальных, наверное, было бы очень интересно провести пару ночей со всеми удобствами там, где еще недавно швейцарские военные готовились отражать нашествие стран Варшавского договора.

Объединить пребывание в этой гостинице можно с посещением другого, еще совсем недавно сверхсекретного, объекта, системы военных горных укреплений «Sasso San Gottardo». Длинный коридор ведет вглубь скального массива, а затем вы попадаете в переплетение подземных штолен, ходов и туннелей, на осмотр которых следует отвести не менее двух часов. Разумеется, во времена Суворова ничего подобного здесь не было.

Но было спасительное здание приюта, или путевой гостиницы-хосписа (от лат. слова «hospitalia» - комната для гостей) с очень долгой историей. Впервые упомянутое в 1237 году, с тех пор оно много раз горело и перестраивалось, пока, наконец, несколько лет назад швейцарский фонд «Про Сан-Готардо» не начал реализацию проекта по полной реконструкции исторического объекта.

В кафе мы встречаемся с Ливио Ломбарди (Livio Lombardi), генеральным секретарем фонда, кавалером российской почетной медали «За дружбу и сотрудничество». Человек с живыми глазами, итальянской душевностью и швейцарской основательностью, так много сделавший для того, чтобы этот проект увенчался успехом.

В красках он рассказывает, что значило в Средние века, после утомительного подъема в горы, добраться, наконец, до гостеприимного убежища монахов-капуцинов. Не скрывает он и сложностей, прежде всего финансовых, с которыми приходилось сталкиваться. И если бы не помощь меценатов, среди которых были и россияне, то вряд ли мы теперь могли бы любоваться на скромное, но по-швейцарски элегантное здание хоспица, прекрасно гармонирующее с окружающими суровыми высокогорными ландшафтами.

Рассказывает он и про отреставрированную «Часовню Павших», которая долгое время стояла в руинах, но затем была восстановлена, в том числе при поддержке Фонда «Про Сан-Готардо», российско-швейцарского фонда «Суворовцы» и русских меценатов. Сегодня в ней захоронен прах неизвестного русского солдата, чьи останки в 1976 г. были найдены при строительстве тоннеля «Мильхбук» в Цюрихе и выставлены в 2006 году в качестве экспоната на городской выставке «Цюрих в 1799 году: город и война», посвященной двум Цюрихским битвам русских и французских войск.

«Карать противников Закона»

После разговора с Ливио путь лежит к городу Андерматт и дальше, через «Чертов мост», к столице кантона Ури Альтдорфу, городу, в котором народная фантазия швейцарцев поселила Вильгельма Телля. Я не знаю, насколько Суворов в свое время был осведомлен о тонкостях швейцарской мифологии. Наверное, не очень! Между тем благоустроенное горное шоссе приводит к месту знаменитого сражения. Погода разгулялась, туман исчез, но порывы ветра и иногда налетающие заряды дождя ни на секунду не дают забыть о суровом горном климате.

Много нового заметно и здесь. Высеченный в скале крест в память о Суворове и его «чудо-богатырях» напоминает современным поколениям о том времени, когда Швейцария попала в жернова мировой политики. Ущелье Шолленен все также поражает своей необузданной первозданной дикостью. Капитан Грязев так описывает это место:

«...приблизились к началу Чертова моста... Это есть ни что иное, как страшный проход, ведущий вовнутрь Швейцарии... включая и реку Рус (Рейсс), которая... с бурным стремлением и шумом катится ... по каменному дну, где местами встречаясь со скалами, выходящими на поверхность воды, ударяется о них с плеском и пенистой волной опять обтекает их...»

Поражаешься почти фотографической точности этого описания и его впечатляющей живописности. Рейсс и сейчас с грохотом устремляется вниз в долину, гигантскими волнами падая с камня на камень, разбиваясь в пенный туман и вновь образуя плотный поток серо-изумрудного оттенка, над которым вдруг встает прозрачная радуга. Однако есть и новшества.

Недавно община города Андерматт организовала хорошо оборудованный круговой маршрут вокруг Чертова моста и ущелья Шолленен. Его замыкает специально проложенная горная штольня длиной метров в 50, позволяющая почти физически ощутить всю колоссальную мощь Сен-Готардского горного массива. В любом случае туристам и любителям военной истории открываются здесь теперь совершенно новые ракурсы и перспективы. Во времена же капитана Грязева Чертов мост, фрагменты которого еще видны внизу ущелья, был почти непреодолимым препятствием.

«С одной скалы на другую сделан был деревянный настил, который Французы, отступая, разломали и сожгли, но, к счастью, не совсем. Здесь-то нужно было иметь всю твердость духа, чтобы кое-как соединив эти наполовину обгоревшие части бревен и досок, пройти через эту бездонную и крутящуюся пучину. ... Нам казалось, что мы спускаемся в подземное царство карать и там противников Закона и Судьбы...»

Под «противниками Закона и Судьбы» он, конечно же, понимал республиканцев-французов, бросивших вызов божественному порядку вещей, провозгласив «свободу, равенство и братство» и поставив под вопрос извечную легитимность монархического уклада. Отмечает он и то, с какой неприязнью относилось к французам и местное швейцарское население, впрочем, по мотивам сугубо прагматическим:

«Затем проходили мы… прекрасную… долину, где встречены были жителями с выражением величайшей и непритворной радости потому, что Французская саранча им надоела и они надеялись, мы ее истребим».

Слово «саранча» - ключевое. Войска, что французские, что русские, нуждались в продовольствии и ночлеге. Страдали от иноземного нашествия, прежде всего, простые крестьяне. Закономерно, что то к концу 1799 года закрома регионов, где пытались одолеть друг друга русские и французы, были полностью опустошены, что грозило всем голодной смертью. Капитан Грязев пишет об этом с почти стоической выдержкой:

«Начальники наши, как ни старались доставать нам продовольствия, но желания их не имели успеха, поскольку селения, нами проходимые, были бедны, изнурены и ограблены Французами...  Мы копали в долинах какие-то коренья и ели, да для лакомства давали нам молодого белого или зеленого Швейцарского сыра... который нашим русским... был не по вкусу».

Сразу после Чертова моста открывается потрясающий вид на долину и дорожный серпантин. Несмотря на популярный автомобильный туннель под Сен-Готардом, дорога через перевал остается излюбленным аттракционом для туристов. Огромные автобусы, с трудом вписываясь в крутые повороты, каждый день взбираются на перевал и спускаются с него обратно.

Из Альтдорфа в Муотаталь

В Альтдорф Суворов прибывает 26 сентября 1799 года, ночует в доме, в котором сохранились еще его покои, молится в  часовне, кстати, недавно отреставрированной. Он понимает, что решить главную задачу, соединиться с войсками Римского-Корсакова под Цюрихом, он не может. Остается один выход: через перевал Кинциг-Кульм (2073 метра над уровнем моря) одолеть хребет Рошток и выйти к деревне Муотаталь, а уже оттуда, двигаясь по дороге к западу на Швиц, все-таки поспеть к Цюриху. Увы, время сыграло на руку противнику. Капитан Грязев пишет в своем «Журнале»:

«...Массена атаковал Корсакова и его позиции при Цюрихе. Судьбам Всевышним было склонить успех оружия на сторону нашего неприятеля... Весть об этом несчастном происшествии встречает нас при вступлении в Мутенталь».

Сегодня регион Муотаталь является образцовым примером сельской Швейцарии: политически консервативной, рациональной и все-таки приветливой и корректной по отношению к чужакам. Дорога ведет вдоль реки Муота, за окном проплывают типичные двух-трехэтажные дома с геранью на окнах, аккуратные церкви, ухоженные поля и пастбища.

Особенный интерес представляет женский монастырь Св. Иосифа, который действовал как в 1799 году, так и сегодня остается открытым. Капитан Грязев пишет об этой обители, прежде всего, с точки зрения возможного источника провианта, но не только.

«В долине Мутентальской. Здесь есть женский монастырь Ордена Les soeurs grises — Сестер милосердия — но эти милосердные сестры брали с нас за копеечную булку по червонцу, как бы и самый жадный ростовщик... Но оставим их управляться своими законами. ... Фельдмаршал Суворов и Великий Князь Константин пребывали в монастыре... (чтобы)... подумать о мерах, которые нам было необходимо предпринять для... улучшения (нашего) положения».

Положение было действительно непростым. Изрядно утомленному воинству нужно было перейти еще несколько перевалов. Кроме того здесь, в Муотатале, русские и французы несколько раз сталкивались в кратких, но ожесточенных схватках. Обе стороны несли потери. Эти сражения остаются в тени боя у Чертова моста, но на самом деле они не менее важны и не менее героичны. Если бы не стойкость в этих сражениях, армия Суворова так и осталась бы в Швейцарии навсегда.

В России долгое время существовали идеи относительно установки здесь мемориального знака. В 1902 году Василий Павлович Энгельгардт (1828–1915), русский аристократ, астроном и общественный деятель, водрузил на свои средства у дороги простой железный крест с табличкой «Hier ruhet ein Russischer Offizier gefallen in Muotathal im Herbst 1799» («Здесь покоится русский офицер, павший в долине Муотаталь осенью 1799 года»). Однако настоящего мемориала тогда устроить так и не удалось. В самом начале 21-го века к этому вопросу вернулись снова, но долгое время ни кантональное, ни местное общинное руководство не давали согласия на создание памятника.

Швейцарский поход Суворова

Продолжался с 10 [21] сентября по 27 сентября [8 октября] 1799 года.

Речь идет о переходе участвовавших в войне Второй коалиции против Наполеона русских и австрийских войск под командованием фельдмаршала Александра Васильевича Суворова из Северной Италии через Альпы в направлении Австрии.

В походе армия Суворова преодолела с боями перевал Сен-Готард и «Чёртов мост» в ущелье Шолленен, прошла из долины реки Ройсс в долину Муотаталь, где попала в окружение и вступила в серьезные боевые столкновения с французами.

Нанеся поражение французской армии, армия вышла из окружения, после чего совершила переход через заснеженный труднодоступный перевал Паникс, откуда через город Кур направилась в сторону России.

Цель похода — полный разгром французских войск в Швейцарии — достигнута не была, возможно, из-за рассогласованности действий русского и австрийского командования.

Все изменилось в августе 2011 года, когда в подвале одного из крестьянских домов обнаружили крест Энгельгардта и «Комиссии по культуре» общины Муотаталь пришла в голову идея крест восстановить и отреставрировать. На деньги частных спонсоров при поддержке общины Муотаталь и Посольства России в Швейцарии крест был поставлен на специально созданной полукруглой площадке, устланной гравием, который доставили с перевала Сен-Готтард.

Крест окружают гранитные блоки со всех швейцарских перевалов, через которые пришлось пройти армии Суворова. Памятный знак «Русский крест» был торжественно открыт 27 сентября 2012 г. в присутствии Посла России в Швейцарии А.В. Головина, президента кантона Швиц В. Штэлина, мэра деревни Муотаталь Ф. Фёна и настоятельницы монастыря Св. Иосифа сестры Схоластики. Впрочем, на этом история не кончается. При передаче дел в монастыре от старой настоятельницы к новой была обнаружена комната, о содержании которой никому ничего не было известно. После ее вскрытия оказалось, что там хранились оригинальные объекты, напрямую относящиеся к армии А. В. Суворова.

Расположенная в непосредственной близости к монастырю хозяйственная постройка сейчас по назначению не используется, поэтому в ней решили разместить в ней экспозицию о пребывании в Муотатале суворовской армии. Сейчас идут предварительные работы по составлению бюджета расходов. Затем нужно будет получить разрешение властей на проведение строительных работ. И если все пойдет так, как задумано, то новый музей откроет свои двери уже в 2015 г.

Спасенный дом Суворова

А между тем, не забывая о капитане Грязеве, я двигаюсь к заключительному пункту маршрута – к кантону Гларус. В своем «Журнале» капитан Грязев рассказывает о том, как армия Суворова вышла «…к городу Гларису, главному месту этого Кантона, где (мы) на некоторое время задержались, чтобы оставить здесь своих раненых. … Вполне естественно, что никому не хотелось расставаться с товарищами, отделиться от армии и в таком болезненном состоянии вверить свою судьбу ужасной неизвестности, народу чуждому, врагу ожесточенному».

Здесь меня ждет встреча с Каспаром Ринером-Штурмом (Kaspar Rhyner-Sturm). В Гларусе его иначе как «Суворов» и не называют. Он бывший член правительства кантона Гларус, был депутатом Совета кантонов (малой палаты Федерального парламента Швейцарии), в настоящее время президент историко-мемориального фонда «Про Эльм» (по имени одного из городов, лежащих на суворовском маршруте – прим. ред.), также кавалер российского почетного знака «За дружбу и сотрудничество».

В Гларусе, также, как и в Андерматте и Альтдорфе, Суворов ночевал в одном из домов, который теперь находится в личной собственности Каспара. Но сначала тот показывает место, где начался последний, самый сложный, участок маршрута суворовской армии, из Гларуса через перевал Паникс в сторону города Кур. Сегодня здесь расположен, что довольно логично, танковый полигон швейцарских Вооруженных сил. На краю парковки, рядом со списанным танком, вокруг которого мирно пасутся козы, установлен очень простой памятник суворовскому солдату, в военной форме образца конца 18-го века, с винтовкой с примкнутым штыком. Он стоит спиной к горам и лицом к долине, словно защищая ушедших вперед своих товарищей по оружию.

Но вернёмся к «дому Суварова» (в этом кантоне фамилию полководца произносят через «а»). Каспар Ринер-Штурм приобрел его в 1973 году в состоянии, близком к полному развалу. Местные газеты публиковали статьи под беспомощными заголовками («Кто спасет дом Суварова?»), но ничего не происходило до тех пор, пока не Каспар не проявил инициативу. Сегодня это хорошо отремонтированный трехэтажный дом, сохранивший после бережной реконструкции многое из того, что было характерно для конца 18 века, например, низкие потолки, маленькие уютные комнаты, кухню с открытым очагом и медными котлами, в которых в прошлые столетия в Швейцарии варили сыр.

На полуподвальном этаже дома расположился небольшой ресторанчик «Суворов». Его помещения были полностью сохранены такими, какими они были в 1799 году. На стенах — винтовки того времени и фрагменты обмундирования, все настоящие, не реплики и не реконструкции. Комната, где когда-то ночевал Суворов, стала просторной, отделанной светлым деревом гостиной, где Каспар принимает нас, охотно рассказывает о том, с каким трудом восстанавливался дом Суворова, и что без готовности местных жителей бескорыстно и бесплатно работать на восстановлении дома, ничего бы из этого проекта не получилось.

В завершение он показывает нам небольшой иллюстрированный сборник стихов Отто Кубли (Otto Kubli), местного поэта из Гларуса, о котором за пределами кантона не знает практически никто, даже вездесущий «Google». Томик издан в Цюрихе в 1916 году и содержит несколько удивительных стихотворений, навеянных темой пребывания Суворова в Гларусе. Известно, что переход суворовской армии через перевал Паникс был одним из тяжелейших этапов всего Швейцарского похода. Вот как об этом пишет капитан Грязев:

Отто Кубли - поэт

Перевод стихов Отто Кубли сделан автором по изданию: Otto Kubli, Gedichte. Zeichnerische Beigaben von Alexander Soldenhoff. Orell Füssli, Zürich, 1916.
В оригинале фрагмент выглядит следующим образом:

«…Dort, wo der Zickzackweges Wende, 
Sich in der engen Schlucht verbarg, 
da träumt versargt, ans Eis gekettet 
Ein Heerestrupp starr im Todesschlaf, 
Still ruht da Mann an Mann gebettet, 
wo sie der Sturz der Laue traf. 
und reglos blickt der Glitzerschleier 
kein Lüftchen regt sich, nicht ein Laut, 
Die Berge stehen in stiller Feier 
Und fern im Ost der Morgen graut». 

«Der Schneesturm», op. cit., s. 79.

«Вся наша армия и полки перемешались, рассыпались, всякий шел там, где хотел, выбирая по своему усмотрению удобнейшее место, кто куда успел, как кому его силы позволяли. Пищи для подкрепления их не было ни малейшей; слабейшие силами падали и умирали; желавшие отдыхать, садились на ледяные уступы и засыпали здесь вечным сном; идущих останавливал холодный и противный ветер, смешанный с дождем и снегом, который тогда же на них и замерзал; все почти оледенели, едва двигались и боролись со смертью».

А вот так описывает свои впечатления Отто Кубли:

«…Там, где кремнистая дорога

В ущелье скрылась потайном,

Здесь войско спит в порядке строгом.

Укрыты вечным горным льдом,

Бойцы, плечом к плечу пред Богом,

Где их застал лавины гром.

Покров блистающий недвижен

Утих последний ветерок

И сквозь сплоченные вершины

Уже горит зарей восток».

Каспар читает эти стихи дрогнувшим голосом. Потом откладывает книгу и говорит, что его знакомые прислали ему этот томик буквально за день до моего приезда, потому что «они знали, что я занимаюсь Суворовым. Невероятное совпадение, правда?» Он смотрит на меня со значением, но мы-то все понимаем, что на этом свете нет ничего случайного.

swissinfo.ch



Гиперссылки

×