Navigation

Английский как универсальный язык общения в Швейцарии: благо или зло?

Valery Kachaev

Нередко можно услышать, как швейцарцы из разных уголков страны болтают на английском. Такое нравится не всем, и возникает закономерный вопрос: действительно ли использование английского языка в качестве лингва франка и своеобразного «моста» через главную языковую границу страны, Рёштиграбен, способствует национальной сплоченности или всё же вредит ей?

Этот контент был опубликован 17 апреля 2021 года - 07:00

Перевод: Евгений Мамонтов.

По словам одного из высокопоставленных политиков, ситуация с пандемией Covid-19 создала проблемы в общении между языковыми регионами страны, которые необходимо решать.

«Я думаю, что это дало нам возможность обсуждать многоязычие в стране, и что подобные обсуждения должны включать пересмотр законодательства, с тем чтобы английский стал одним из основных языков общения […]», – сказал Свен Гатц (Sven Gatz), в целом охарактеризовавший текущую ситуацию как «не слишком перспективную».

Однако, он признаёт, что сопротивление в обществе неминуемо. «Уже есть много людей, которые говорят, что было бы неплохо выучить языки друг друга, прежде чем отдавать приоритет английскому».

Стоит упомянуть, что сам Свен Гатц не швейцарец. Он занимает пост министра по развитию многоязычия в Брюсселе, и 16 марта его интервью было опубликовано в Brussels Times. Швейцарское правительство неоднократно подвергалось критике за свои действия в связи с пандемиейВнешняя ссылка, но никому ещё не приходило в голову объяснять какие-то сложности наличием в стране четырёх национальных языков. Однако комментарии С. Гатца подчеркивают некоторые политические и социальные проблемы, с которыми сталкиваются официально многоязычные страны, такие как Швейцария, Бельгия и Канада.

Ранее в этом году швейцарский репортер немецкоязычного швейцарского общественного телевидения SRF взял интервью у швейцарского кинорежиссера из франкоговорящей Лозанны Жан-Стефана Брона (Jean-Stéphane Bron) о его последнем документальном фильме. Они говорили по-английски.

«Обычно SRF и новостная программа Tagesschau проводят интервью на соответствующем национальном языке», – объясняет журналистка Ута Кентер (Uta Kenter). Но она выросла в Германии и чувствовала, что уровень её французского явно не годится для обсуждения того, как воспроизвести человеческий мозг на компьютере. Примерно такие же чувства были у Брона насчёт своего немецкого.

«Очень часто мы задаем вопросы на английском, а собеседник отвечает на своем национальном языке. К сожалению, в данном случае это было невозможно», – сказала она.

Учитывая, что комментарии Брона были бы дублированы на немецком, независимо от того, говорил ли он на английском, французском или любом другом языке, на практике для зрителя не было никакой разницы. Но вместе с тем, возникают интересные вопросы о роли и статусе английского языка в Швейцарии. Во-первых, действительно ли растет использование английского языка в качестве «языкового моста»?

«Как бы то ни было, я думаю, мы все согласны с тем, что швейцарцы с разным лингвистическим бэкграундом склонны использовать английский как лингва франка», – утверждает Франц Андрес Морисси, доцент кафедры английской лингвистики в Бернском университете.

Взаимопонимание

Францу Андресу Морисси не известно ни о каком крупномасштабном количественном исследовании, подтверждающем или опровергающем эти неофициальные предположения. Однако он ссылается на исследование 2003 года, проведенное социолингвистом Мерседес Дарем (Mercedes Durham), ныне работающей в Кардиффском университете,
которая изучила переписку по электронной почте между швейцарскими студентами-медиками и обнаружила, что сначала они общались на своем родном языке, но в конечном итоге перешли на английский, чтобы лучше понимать друг друга.

«Английский кажется наиболее понятным и принимаемым языком в смешанных языковых группах, основная причина этого в том, что это неродной язык для всех, – пишет М. Дарем. – Итальянцы, включенные в список рассылки, переходили на английский охотнее остальных, поскольку никто другой не говорил на их родном языке, и они на собственном опыте испытали необходимость использования английского для взаимопонимания».

Использование языков в Швейцарии

В Швейцарии четыре национальных языка: на немецком говорит около 63% населения (подавляющее большинство из них в действительности говорят на швитцердюйче – швейцарском диалекте немецкого), на французском – 23%, на итальянском – 8% и на ретороманском – 0,5%, то есть около 50 000 человек.

По данным за 2019 год, при общении с родственниками или коллегами по работе, серфинге в Интернете, чтении или просмотре телевизора, 68% людей старше 15 лет используют более одного языка не реже одного раза в неделю. Остальные 32% заявили, что они используют только один язык, по сравнению с 36% в 2014 году. Чем старше человек, тем выше вероятность того, что он будет использовать только один язык. Опрос показал, что 38% населения регулярно используют два языка, 21% – три, 6,4% – четыре и 1,7% – как минимум пять.

Английский – самый распространенный негосударственный язык, на котором регулярно говорят 45% населения Швейцарии. Английский язык более распространен в немецкоязычной части страны, чем в итальянско- и франкоязычных регионах (46% против 37% и 43% соответственно).

В 2019 году почти три четверти людей в возрасте от 15 до 24 лет заявили, что они говорили, писали, читали или слушали что-либо на английском не реже одного раза в неделю, что примерно на десять процентов больше, чем в 2014 году.

End of insertion

По данным Наблюдательного лингвистического совета италоязычной Швейцарии – Osservatorio linguistico della Svizzera italiana (OLSI), задачей которого является проведение исследований по различным аспектам итальянского языка в Швейцарии, использование английского языка на рабочем месте росло, притом что использование национальных языков сокращалось по всей стране, по крайней мере, 1990-е годы.

Однако, «английский в италоязычной Швейцарии в настоящее время используется в целом меньше, чем в других языковых регионах», –утверждает организация, ссылаясь на данные федерального управления по статистике за 2019 год.

Нижеприведенный график наглядно демонстрирует, что работники во франко- и немецкоязычной Швейцарии могут примерно в два раза чаще говорить на английском, чем на другом национальном языке, а вот в италоязычном регионе ситуация гораздо более уравновешена. Лица, работающие в Швейцарии и не являющиеся гражданами страны, ещё с большей степенью вероятности будут использовать английский на рабочем месте.

Внешний контент

OLSI заявляет, что меньшее использование английского языка на работе и относительная важность национальных языков в италоязычном регионе «несомненно» объясняется школьной системой, особенно в Тичино, где другие национальные языки страны имеют приоритет перед английским языком в обязательном школьном образовании (французский – первый, немецкий – второй).

Организация объясняет, что если вы работаете в регионе «языкового меньшинства», и при этом ваша работа ведётся на национальном или межрегиональном уровне, то другие национальные языки игнорировать просто не получится.

«По этой причине можно утверждать, что в кантоне Тичино английский в качестве lingua franca как правило нужен в меньшей степени, но при этом требуется знание национальных языков».

Так есть ли основания считать английский бесцеремонным захватчиком? «Даже если в Тичино мы отмечаем определенную значимость английского языка в профессиональном мире, мы, конечно же, не можем говорить о реальной опасности вытеснения итальянского языка английским».

Негативный школьный опыт

Но может ли английский вытеснить французский или немецкий? По словам Мерседес Дарем, когда цель состоит в том, чтобы общаться с широкой многоязычной аудиторией, что без труда осуществляется при помощи Интернета, «ни французский, ни немецкий не может служить основным языком общения в условиях Швейцарии, и возникает необходимость использовать английский».

В SWI swissinfo.ch имеется десять языковых редакций, а планерки проводятся на английском языке. Кроме того, нередко можно слышать, как два швейцарских коллеги разговаривают на английском языке. Отдельные люди также используют для общения национальные языки. Я, например, говорю по-немецки с двумя сотрудниками китайского отдела, еще с одним – по-французски и с четвертым – по-английски.

Морисси, который сам – немецкоязычный швейцарец, владеющий английским на уровне носителя, говорит, что у него тоже был личный опыт использования английского языка в качестве лингва франка.

«Темой моей диссертация был выбор языка в двуязычной системе образования в Швейцарии. И один человек, с которым я часто общался, был журналистом из Hebdo [Лозаннское еженедельное новостное издание]. Мы оба действительно чувствовали, что гораздо более удобно говорить друг с другом по-английски, поскольку мой французский оставлял желать лучшего, а её немецкий – ну, в общем, она сказала, что школьный опыт изучения немецкого доставил ей немало страданий».

Он объясняет, что стандартная жалоба франкоязычных швейцарцев состоит в том, что они учат «правильный» немецкий (на котором говорят в Германии), а затем их соотечественники требуют от них общаться на диалекте. «То есть, конечно, есть стимул сказать: «Окей, давай забудем всё это и перейдём на язык, который от нас обоих требует примерно одинаковых усилий».

Политическая проблема

В 2016 году Дарем писала, что основной особенностью в использовании английского языка в качестве лингва франка стало то, с кем именно швейцарцы говорили по-английски.

«Изначально английский язык использовался в основном для туристов, но в последние два десятилетия он все чаще используется швейцарцами между собой, что сделало его внутригосударственным языком общения и, де-факто, одним из языков Швейцарии».

Швейцарское правительство уже публикует множество пресс-релизов на английском языкеВнешняя ссылка, но само упоминание английского в качестве одного из языков Швейцарии способно вызвать у некоторых швейцарцев приступ дурноты.  

В сентябре 2000 г. глава отдела образования кантона Цюрих (вопросы образования   в Швейцарии находятся в ведении кантональных властей) объявил, что английский, а не французский будет первым иностранным языком, преподаваемым в школах. На следующий день французская газета Le Temps задала вопрос, означает ли включение английского языка в школьную программу кантона «конец Швейцарии». Такой же термин – «конец Швейцарии» – использовала политик из Тичино Кьяра Симонески-Кортези (Chiara Simoneschi-Cortesi) в 2009 году, когда она занимала пост председателя Национального совета, большой палаты парламента, говоря о том, что, по её мнению, произойдет, если английский станет языком общения между швейцарцами.

Многие люди, особенно во франко- и италоязычных частях страны, опасаются, что приоритет в преподавании английского языка перед другими швейцарскими национальными языками ослабит или даже разрушит швейцарские «социальные скрепы».

«То, что английский полезен, не означает, что он полезен для всего, – утверждается в исследовании о языках и экономике, проведенном Женевским университетом в 2016 году.  – Чтобы понимать франкоговорящую Швейцарию, нужно говорить по-французски. Чтобы знать немецкоязычную Швейцарию, нужно говорить по-немецки и, хотя бы в некоторой степени, понимать швейцарский диалект немецкого».

В 2017 году избиратели в кантоне Цюрих решили, что школьники будут продолжать изучать английский с семи лет и французский – с 11 лет.

Две стороны вопроса

Когда речь заходит о преподавании английского или национального языка, по словам Морисси, на первый план выходят два аргумента.

«Утилитарная аргументация звучит как предложение «просто перейти на английский». Фактически именно так завершились дебаты в Цюрихе и некоторых других местах», – говорит он. Другими словами, английский язык считается более полезным для говорящих по-немецки, чем французский или итальянский.

«Есть и другой, довольно давний аргумент, касающийся национального единства. Так ли он важен, я не уверен. Я действительно считаю, что Швейцарию характеризует довольно высокий уровень сплоченности. В этом есть как националистический, так и экономический элемент. Я не думаю, что язык играет такую ​​огромную роль, но это своего рода знамя, под которым мы хотели бы идти, – считает он. – Но если бы люди не могли говорить на национальных языках друг друга – например, итальянском и ретороманском – то маловероятно, что страна от этого развалится».

Значит, общение на английском – это не проблема? «Не знаю, проблема ли это. Если язык помогает общению, то это, конечно, неплохо. Возможно, это означало бы некоторое обеднение языкового арсенала доступных нам языковых средств. Но я не думаю, что мы можем что-то сделать, потому что люди будут использовать любой канал связи, который работает, – сказал он. –

Я говорю своим ученикам, что общение всегда идёт по пути наименьшего сопротивления. Вы общаетесь в той форме и таким образом, которые создают наименьшее количество препятствий».

Поделиться этой историей

Примите участие в дискуссии

Имея учетную запись SWI, вы имеете возможность своими комментариями на сайте вносить свой личный вклад в нашу журналистскую работу.

Войдите или зарегистрируйтесь здесь.