Швейцарские женщины между работой и семьей

В Швейцарии 29% женщин в возрасте от 20 до 29 лет хотели бы иметь от трех и больше детей. Keystone

Накануне традиционного для Швейцарии Дня матери, отмечаемого 8 мая, мы решили проанализировать, как в Конфедерации обстоит дело с детскими дошкольными учреждениями, насколько легко в этой стране совмещать карьеру и семью, и что говорят сами женщины — как решившие иметь много детей, так и предпочитающие обходиться без потомства. Наш репортаж.

Марианна Буркхард (Marianne Burkhardt)

Стефани-Алоизия Моретти (Stéphanie-Aloysia Moretti) принимает нас в гостях у себя в квартире, которую она называет не иначе как «холостяцкой берлогой». Она предлагает нам заварить турецкий чай — мы не отказываемся. Безумно дорогие ясли и заботы о том, как организовать присмотр за ребенком после школы в условиях дефицита мест в детских дошкольных учреждениях — все эти проблемы её не касаются.

Стефани-Алоизия Моретти (Stéphanie-Aloysia Moretti) zVg

Шесть лет назад Стефани-Алоизия Моретти, будучи директором фонда «Montreux Jazz Artists Foundation», решила перейти на сокращенный рабочий график с тем, чтобы успевать учиться в Париже. А еще они с мужем сдали в аренду свой семейный дом в Веве, переделанный из старинного угольного склада, оставив для себя в нем только небольшое крыло.

В свои 47 лет Стефани-Алоизия ведет активную жизнь, находя время как для своего семейного гнезда на берегу Женевского озера, так и для Парижа, где она изучает философию, историю искусств и антропологию. Во французской столице она снимает небольшую квартиру в оживленном квартале Марэ недалеко от Центра Помпиду. Такая двойная жизнь с постоянными разъездами была бы невозможна, будь у них с мужем дети.

«Я всегда предполагала, что детей у меня не будет», — говорит эта уроженка кантона Фрибур. Ее собственное детство было достаточно одиноким: по соседству детей-сверстников, с которыми она могла бы играть и налаживать контакты, практически не было, да и в своей семье она оставалась единственным ребенком вплоть до шестилетнего возраста, пока на свет не появился ее младший брат.

Зачем нужны дети?

«Не думаю, что я испытывала к нему какую-то ревность, но я просто-напросто не понимала, зачем он вообще моим родителям понадобился?» — говорит Стефани-Алоизия. В самые первые месяцы она была вынуждена делить с братом одну и ту же комнату, и это оказалось не очень-то приятно, с учетом того, что младенец плакал почти каждую ночь и не давал ей спать.

Своего нынешнего мужа Алана, по профессии театрального художника-постановщика, Стефани-Алоизия встретила в возрасте 25-ти лет. Вскоре они поженились, договорившись заранее, что останутся бездетными. Такое решение — достаточно редкое и нетипичное для молодых швейцарцев. По данным научного исследования «Familien und Generationen» («Семьи и поколения»), проведенного в 2013 году федеральным Ведомством статистики Швейцарии (Bundesamt für Statistik — BfS), нежелание иметь детей выражают в стране только 6% женщин и 8% мужчин в возрасте от 20 до 29 лет.

Примерно 29% швейцарских женщин в возрасте от 20 до 29 лет хотели бы иметь от трех и больше детей, 62% опрошенных хотели бы иметь двух детей и 3% хотя бы одного ребенка. Интересно, что реальность, как правило, сильно потом расходится с желаниями и возможностями. Как показали ответы лиц в возрастной категории от 50 до 59 лет, трое и больше детей имеют только 22% женщин, двоих реально родили себе 42% опрошенных и по одному ребенку имеется у 16% респондентов.

Кто хочет иметь детей?

В Швейцарии женщины с высшим образованием имеют детей куда реже тех, у кого образование ниже. Иными словами, доля женщин из этой образовательной категории, не имеющих детей, составляет 30%, тогда как доля бездетных среди женщин со средним или средним-специальным образованием составляет только 17%.

Среди тех, кто не имеет и такого образования, доля бездетных составляет только 13%. В семьях, состоящих из пары и как минимум одного ребенка до 6 лет, работают 72% женщин, но в большинстве своем на неполную ставку.

Той или иной формой дневного ухода пользуются в Швейцарии 60% детей в возрасте до 12 лет, при этом детских дошкольных или «помимо школьных» учреждений в стране сильно не хватает, а расписания работы тех, что есть, очень плохо, как правило, синхронизированы с графиком работы родителей.

Поэтому они чаще всего прибегают к услугам няни, «дневной мамы», родственников, друзей или соседей, и это независимо от возраста ребенка.

End of insertion

Поначалу Стефани-Алоизии не составляло особого труда объяснять окружающим, почему у них с мужем нет детей. Зачастую ответ напрашивался сам собой — ведь они еще так молоды! «Но меня постоянно преследовало ощущение какого-то нетерпения, мне казалось, что люди просто ждут не дождутся появления у нас ребенка, видя долг любой женщины в том, чтобы рожать».

Время шло. Чтобы рассеять подозрения родственников со стороны мужа насчет того, что у нее есть какие-то проблемы «по женской части», Стефани-Алоизия обратилась за консультацией к психиатру. Тот выдал ей медицинское свидетельство, в котором черным по белому было указано, что молодая женщина ментально и физически совершенно здорова, но просто не хочет становиться матерью. Она передала этот документ свекрови, и с тех пор данная тема в семействе больше никогда не поднималась.

Дети и счастье — синонимы?

«На мой взгляд, социальное давление у нас в стране в плане рождения детей выражено очень сильно», — говорит Стефани-Алоизия Моретти. Швейцарцы в целом уважительно относятся к частной жизни и предпочитают в чужие дела свой нос не совать. Но все резко меняется, как только речь заходит о планировании семьи. «Вопросы о детях у нас почему-то задают все, кому не лень», — говорит она и добавляет: «Но ведь это, по большому счету, никого не касается и касаться не должно!»

По данным федерального Ведомства статистики Швейцарии, биологические дети есть у 59% мужчин и 65% женщин в возрасте между 20 и 80 годами. При этом такая же доля респондентов — 55% мужчин и 60% женщин — считает, что совершенно не обязательно становиться родителями для того, чтобы почувствовать себя счастливым, и что наполненную и осмысленную жизнь вполне можно вести и без детей.

Абстрагируясь от собственной позиции по детскому вопросу, С.-А. Моретти подчеркивает, что Швейцария с ее стремительно стареющим населением совершает сейчас стратегическую ошибку, не предпринимая практически никаких шагов для того, чтобы упростить жизнь работающих матерей и дать им дополнительные возможности для гармоничного соединение карьеры и семьи. «Мне кажется, что дети у нас становятся чем-то вроде предметов роскоши, и это очень печально. У меня есть коллеги, которые платят по 2 500 франков в месяц за услуги няни, которая ухаживает за ребенком, пока оба родителя работают. Позволить себе такие траты у нас, к сожалению, может далеко не каждый».

Андреа Зидлер (Andrea Sidler) swissinfo.ch

По данным Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), в Швейцарии стоимость ухода за ребенком в возрасте до двух лет на полный рабочий день составляет 67% от средней заработной платы, что делает этот вид услуг здесь самым дорогим в мире. Даже с учетом всех финансовых и налоговых льгот чистые расходы на няню или «продлёнку» по-прежнему поглощают до 30% от средней заработной платы (которая в Швейцарии находится на уровне 4 тыс. франков месяц или примерно 250 тыс. рублей, по состоянию на начало мая 2016 года, — прим. ред.).

Мать четверых детей Андреа Зидлер (Andrea Sidler) тоже живет в городе Веве. Встречая нас на пороге, она извиняется за царящий вокруг «беспорядок». Впрочем, для дома, в котором обитают шесть человек, ее квартира выглядит на удивление прибрано и аккуратно. Дети в возрасте 21, 19, 15 и 6 лет как раз отсутствуют, и у А. Зидлер образовалось свободное «окно». Разговаривая с нами она, правда, постоянно поглядывает на часы, чтобы успеть вовремя забрать самого младшего отпрыска из школы на обед.

Андреа выросла в Цюрихе и выучилась на помощника продавца в магазине канцтоваров. Затем переехала в канон Во, чтобы изучать французский язык, и встретила там своего будущего мужа Джорджа, независимого художника и дизайнера. Старший сын Рафаэль появился на свет, когда ей было 24 года. «Поскольку первый ребенок родился у нас очень рано, то для меня тогда было совершенно ясно, что я, рано или поздно, но вернусь к трудовой деятельности», — рассказывает она.

Личное присутствие

Но прошло время, и сейчас 46-летняя Андреа уже не видит в этом особого смысла. «Во-первых, я не уверена, смогла ли я реально совмещать работу и семью», — говорит она. «А во-вторых, я подсчитала деньги, которые я могла бы заработать, и примерно прикинула суммы, которые бы мне пришлось тратить на уход за детьми, и я поняла, что в этом случае нам пришлось бы платить куда больше налогов. Овчинка, как говорится, выделки не стоила, и я решила остаться дома».

Андреа Зидлер живет с партнером и детьми, и все они умудряются выживать только на доход мужа. Доля таких женщин в Швейцарии составляет 19% от общего числа работоспособных представительниц прекрасного пола данной возрастной категории. Доля швейцарских домохозяйств, в которых заработная плата матери достигает по меньшей мере 50% от общего семейного бюджета, не превышает и 10%. Не удивительно поэтому, что возможностью работать на неполную ставку в Швейцарии пользуются 63% матерей с детьми возрастом до 25 лет. На полную ставку работают только 17% таких женщин.

Порой Андреа испытывает чувство вины в связи с тем, что ее муж — единственный кормилец в семье. Но в целом она считает, что ее присутствие дома идет детям только во благо. «Когда мы сидим за столом все вместе во время обеда, то у нас появляется возможность поговорить обо всем, поделиться новостями, и это ведь так прекрасно», — говорит она. Имея четырех детей, они с мужем о личной свободе практически забыли, но это, как кажется, их особо не огорчает. «Мы знаем, что это время пролетит очень быстро», — говорит она.

Андреа Зидлер говорит далее, что сегодня она полностью уверена в том, что, не пойдя тогда на работу, она сделала правильный выбор. «Для маленьких детей прямой контакт с родителями очень важен, пусть даже некоторые и пытаются убедить меня в обратном. Некоторые матери говорят, что мне повезло, и что они тоже с удовольствием остались бы дома, будь у них на это достаточно финансовых средств. Другие же, напротив, признаются, что не смогли бы так жить ни в коем случае», — говорит Андреа Зидлер.

Она полагает, что в любом случае каждая женщина должна иметь возможность самой решать, что для неё лучше всего в данном конкретном случае. Лично же ей было очень важно уделять детям достаточное количество внимания, выслушивать их, вне зависимости от того, в каком возрасте находится тот или иной ребенок. «А главное, они уже сейчас понимают, что в области семейных отношений нет и не может быть никакой нормы. Дети выросли, у них сейчас все хорошо складывается, и я надеюсь, что они потом по достоинству оценят мой выбор», — с надеждой в голосе говорит Андреа Зидлер.

Как это делается в других странах

В Германии, Франции, Австрии места в яслях и «продлёнках» субсидируются из госбюджета, а родители платят, в зависимости от страны, максимум 14-25% от общей стоимости данной услуги. В Швеции, где политика государства направлена на поддержку модели семьи с двумя работающими родителями, обладающими равными социальными правами и обязанностями, возможности внешкольного и внесемейного ухода за детьми гарантируются практически каждой семье.

Дошкольные учреждения в значительной степени субсидируются в этой стране из госбюджета, родители в среднем покрывают лишь 11% от реальной стоимости их услуг. Оплата рассчитывается в Швеции, правда, пропорционально семейному доходу, и она может достигать до 3% от суммы семейного бюджета, но данная сумма не может превышать 1 260 шведских крон или порядка 146 евро в месяц. Соответственно услугами детских дошкольных учреждений имеют возможность пользоваться 55% детей в возрасте до 3 лет и 96% детей в возрасте от 3 до 6 лет

В Швейцарии субсидируется лишь очень небольшое количество мест в детских дошкольных учреждениях. В Кантоне Во, например, родители платят в среднем 38% от общей стоимости пребывания ребенка в яслях, а в Цюрихе порядка 33%. В 2003 году федеральное правительство Швейцарии запустило программу, которая была призвана стимулировать процесс создания дополнительных мест в детских дошкольных и внешкольных учреждениях. Срок ее действия дважды продлялся, в настоящее время предусмотрено, что программа будет действовать до 2019 года. К июлю 2015 года в ее рамках было создано дополнительно 48, 5 тыс. мест в яслях, группах продленного дня и прочих учреждениях по внесемейному уходу за детьми.

End of insertion

Эта статья была автоматически перенесена со старого сайта на новый. Если вы увидели ошибки или искажения, не сочтите за труд, сообщите по адресу community-feedback@swissinfo.ch Приносим извинения за доставленные неудобства.

Поделиться этой историей