Мир в шоке: в Швейцарии граждане сами формируют военный бюджет

Лишь Швейцария дает народу право самому решать, какие виды вооружений должны находиться в распоряжении национальных Вооруженных сил. © Keystone / Peter Klaunzer

Швейцарцы «докатились» уже не только до выборов руководства, но и до формирования военного бюджета на референдуме.

Этот контент был опубликован 17 сентября 2020 года - 07:00

Русскоязычную версию материала подготовил Игорь Петров.

Когда 27 сентября 2020 года Швейцария будет на референдуме, то есть всенародным голосованием, решать вопрос выделения 6-миллиардного кредита на покупку новых истребителей для нужд ВВС, мир будет (если вообще будет, конечно, ведь всем известно, что в стране часов с кукушкой и шоколадок ничего никогда не происходит) реагировать с изумлением. 

Во-первых, мир узнает, что в Швейцарии есть Военно-воздушные силы. Да, она страна нейтральная, но массовые СМИ часто забывают рассказать своим читателям, что нейтралитет-то у нее вооруженный! Во-вторых, мир тихо позавидует про себя, ведь в большинстве стран у граждан нет возможности сказать хоть что-то по поводу расходов на Вооруженные силы и национальную безопасность. 

Недостатка в таких экспериментах в истории не было. Но только лишь Швейцария дает народу право самому решать, какие виды вооружений должны находиться в распоряжении национальных вооруженных сил. «Мы бы тоже хотели иметь большее влияние на процесс формирования нашего военного бюджета и на складывание структуры расходов на национальную безопасность», — говорит Линдси Кошгарян (Lindsay Koshgarian). 

Она работает в американской неправительственной организации «Проект национальных приоритетов» (National Priorities Project NPP), целью которой является предоставление гражданам США большей возможности влиять на то, как в стране должен выглядеть федеральный бюджет, а особенно его расходная военная часть. «Ну не можем же мы в буквальном смысле прокладывать себе путь из пандемии штыками и картечью», — говорит Л. Кошгарян. 

При этом она имеет в виду решение Конгресса США выделить 733 миллиарда долларов на нужды Вооруженных сил. По мнению активистки, эти средства нужно было бы использовать для финансирования эффективных мер и средств борьбы с Ковид-19. В Швейцарии такие голоса также раздаются из рядов левых партий, мол, отдадим 6 млрд франков детям. Насколько такие предложения реалистичны? Читайте ниже, но можно и не читать.

Так или иначе, там, где журналисты более или менее глубоко интересуются событиями в Швейцарии, там всегда велико изумление, например, по поводу права швейцарских граждан иметь дома штатное армейское оружие, при том, что школьных или клубных расстрелов, как в США, здесь никогда не происходит. Велико удивление и в связи с возможностью швейцарцев самим формировать политику в области обороны и безопасности. 

Громкие заголовки

Многие мировые агентства новостей уже сообщали своим подписчикам о том, как на референдуме 27 сентября народ Швейцарии решит судьбу своих родных ВВС. Соответственно выглядят и заголовки материалов: «Битва за покупку швейцарских истребителей становится все более жаркой», «Покупка новых реактивных самолетов зависит от референдума» или «И снова швейцарцы голосуют по вопросу покупки новых военных самолетов». 

«Швейцария — образец для подражания». Это уже не заголовок, а мнение Мэтта Квортрупа (Matt Qvortrup), профессора политологии Университета Ковентри в Великобритании. Он считает, что «на самом-то деле народные голосования по вопросам национальной безопасности, включая развитие Военно-воздушных сил, должны быть само собой разумеющейся практикой, тем более что во многих государствах существует историческая связь между правом голоса и обязанностью служить срочную». 

«Например, вплоть до 1924 года мужчинам в Швеции разрешалось голосовать только в том случае, если они отслужили в армии», — говорит ученый. Вопрос сохранения или отмены обязательной срочной военной службы выносился на референдумы в целом ряде стран, в том числе в Исландии (в 1916 году 92 процента граждан сказали «нет» такой службе), в Австралии (1917 г., 54 процента голосов «против») и в Канаде (1942 г., 66 процентов высказались «за» такую службу).

В 2013 году правительство Австрии провело референдум по вопросу сохранения или отмены обязательной срочной военной службы. Итог: 60% избирателей высказались против отмены службы. Десятью годами ранее гражданская инициатива о проведении референдума по вопросу новых военных самолетов получила в Австрии поддержку около 10% от общего числа лиц, имеющих право голоса. Однако там, в отличие от Швейцарии, такие инициативы не приводят автоматически к проведению референдумов.

В Швейцарии военные референдумы обычно становятся для политического руководства настоящей головной болью, но в итоге они только укрепляют и обороноспособность, и пресловутое единство армии и народа. 

Вопросы мира и войны

Еще одна историческая попытка связать прямую демократию с национальной безопасностью имела место в США в межвоенный период. «Аргументация сторонников такой увязки опиралась на мысль о том, что обычные граждане, которых, как правило, просто призывают на войну и посылают куда-то умирать, должны, наверное, иметь право голоса, когда речь заходит об участии их страны в военных конфликтах», — рассказывает М. Квортруп. 

Так называемая «конституционная поправка Лудлоу» (Ludlow Amendment) обсуждалась в Конгрессе США неоднократно. Все опросы общественного мнения показывали, что 75% граждан поддерживает эту поправку, но необходимого большинства в две трети голосов в обеих палатах Конгресса она так и не нашла. 

И сегодня в большинстве стран вопросы формирования политики безопасности и оборонной политики предметом прямого волеизъявления граждан не являются. Более того, начиная с 1970-х годов количество национальных референдумов по вопросам, касающимся армии или национальной безопасности, во всем мире резко пошло на убыль. 

В Бразилии в 2005 году почти две трети проголосовавших отвергли предложение правительства президента Лула да Силва запретить продажу оружия в частные руки. «Такой референдум стал вялой и не очень серьезно рассматриваемой попыткой использовать инструмент прямой демократии для реальной демилитаризации страны, буквально напичканной оружием». 

Copyright 2018 The Associated Press. All Rights Reserved

Об этом нам рассказывает швейцарский политолог Рольф Раушенбах (Rolf Rauschenbach), широко освещающий вопросы демократического строительства в Бразилии. «Увы, после провала референдума местная рабочая партия потеряла всяческий интерес к идее гражданского участия в формировании политической повестки дня в стране». 

Еще один пример: Тайвань 

На Тайване попытки применять инструменты прямой демократии в области военного строительства были также не очень удачными. Так, в 2004 году более 90% избирателей на так называемом «мирном референдуме» одобрили планы укрепления противоракетной обороны острова. Этот на самом деле плебисцит, инициированный президентом Чэнь Шуйбянем, известным своей жесткой позицией по отношению к материковому Китаю, тем не менее оказался провальным, поскольку явка на него была ниже 50%. 

Кстати, в ноябре 2008 года Чэнь Шуйбянь был арестован по обвинению во взяточничестве и отмывании денег и приговорен к пожизненному заключению, которое он отсиживал до 2015 года, затем он был досрочно освобождён в связи с «состоянием здоровья и необходимостью пройти курс лечения». Так или иначе, но правительство Тайваня продолжает прилагать усилия по дальнейшему укреплению имеющихся в распоряжении граждан инструментов оказания прямого влияния на важные вопросы национальной политики.

«Наша цель была и остается укреплять позиции страны в качестве маяка демократии в Азии», — говорит Майкл Кау (Michael Kau), бывший президент Фонда демократии Тайваня (Taiwan Foundation for Democracy). На данный момент это островное государство уже имеет в своем активе десятки национальных референдумов, став флагманом зрелой демократии в регионе даже несмотря на сохраняющиеся внешние вызовы в адрес национальной безопасности этой страны.

В конце концов, факт остается фактом: только лишь одна Швейцария в мире имеет опыт успешного использования инструментов прямой демократии с целью решения вопросов национальной безопасности. Именно в Швейцарии было проведено более половины из в общей сложности 45 мировых референдумов по военным вопросам и вопросам безопасности. А двадцать лет назад швейцарское правительство основало Женевский центр демократического контроля над вооруженными силами (Geneva Centre for the Democratic Control of Armed Forces DCAF). 

Эта международная организация, базирующаяся в Женеве, поддерживает государства, международные организации и гражданское общество в их усилиях по созданию эффективного сектора общественной и государственной безопасности, опирающегося на демократические законодательные основания. Сегодня DCAF насчитывает более 60 государств-членов, и, как подчеркивает его директор Томас Гюрбер (Thomas Guerber), «он стал важной опорой мира во всем мире».

Комментарии к этой статье были отключены. Обзор текущих дебатов с нашими журналистами можно найти здесь. Пожалуйста, присоединяйтесь к нам!

Если вы хотите начать разговор на тему, поднятую в этой статье, или хотите сообщить о фактических ошибках, напишите нам по адресу russian@swissinfo.ch.

Поделиться этой историей