Навигация

Навигация по ссылкам

Основной функционал

Народ и партии Что такое «политическое лидерство» по-швейцарски?

federal council

Федеральный совет Швейцарии, правительство страны, в режиме «без галстуков» в июле 2018 года. В состав кабинета входят семь министров плюс Федеральный канцлер, глава аппарата правительства (на этом фото он крайний слева). 

(© KEYSTONE / PETER KLAUNZER)

Скоро Швейцария получит двух вновь избранных членов Федерального совета, кабинета министров. Процедура избрания пройдет на этой неделе 5 декабря на совместном заседании обеих палат парламента, образующих  Федеральное собрание. Какими навыками и умениями необходимо обладать лидеру в условиях современного демократического общества? С этим вопросом мы обратились к читателям, экспертам и политикам. И вот что они нам ответили.

Какие качества определяют лидера? Что важнее: квалификация, связи, темперамент или простая политическая интуиция? Этим вопросом в Швейцарии задаются уже не один месяц и особенно сейчас, так как в среду будут объявлены имена двух новых членов Федерального совета, которые займут кресла ушедших в отставку министра экономики Иоганна Шнайдера-Амманна и министра транспорта и коммуникаций Дорис Лойтхард. На самом деле все куда сложнее, хотя и не так, как можно было бы себе представить.

Чтобы до конца понимать логику, на основе которой формируется правительство, следует, по меньшей мере, хорошо разбираться в истории или хотя бы иметь в виду то обстоятельство, что объём властных полномочий, находящихся в руках у федеральных министров, достаточно невелик. В Швейцарии нет традиций абсолютной власти, здесь даже нет столицы в общепринятом смысле (см. ниже наш материал на эту тему) и власть не является неким абсолютным фетишем. С другой стороны, процессы, происходящие в современном мире, так или иначе, но объективно повышают роль исполнительных органов власти, и федерального правительства в том числе.

В Швейцарии всегда, а особенно после создания современной швейцарской государственности в 1848 году, придавали большое значение идеалам консенсусного порядка принятия политический решений, но не потому, что швейцарцы как-то особенно отличаются от всех остальных людей, а потому, что здесь регионы (кантоны) всегда ревниво смотрят за тем, каков объем полномочий, находящийся в распоряжении федерального уровня, и не покушается ли федеральный центр на суверенные полномочия и автономию субъектов федерации. Именно поэтому правительство Швейцарии обязано быть стабильным институтом, гарантирующим преемственность характера власти, подотчётной парламенту и, в конечном итоге, всему народу.

Если в других странах правительства меняются, как погода за окном, то в Швейцарии кабинет министров годами способен оставаться в одном и том же составе, но зато почти каждый квартал может меняться Конституция. И если уж кто-то из министров решает покинуть кабинет, то парламент, избирающий правительство, стремится сохранить в неизменности если не персональный, то хотя бы структурный характер Федерального совета. Вот и на этот раз претендентами на кресла уходящих в отставку министров являются их соратники по партиям: два новых министра будут избраны из числа представителей тех же политических партий, что и их предшественники, т.е. от правоцентристской партии Либералов (FDP.Die Liberalen) и от центристской партии демохристиан (CVP).

Мы уже упоминали о «ревнивых кантонах». Поэтому при выборах новых министров всегда возникает вопрос о том, уроженцем какой части Швейцарии будет новый член Федерального совета. Швейцария страна маленькая, но чрезвычайно разнообразная: четыре национальных языка, две основных христианских конфессии, огромное количество диалектов и региональных исторических традиций. Кроме того, кантоны являются еще и избирательными округами. И Дорис Лойтхард, и Иоганн Шнайдер-Амманн представляли немецкоговорящую часть Швейцарии, что в какой-то степени упрощает дело: избраны будут «германофоны», тем более, что совсем недавно в кабинет был избран представитель италоязычного кантона Тичино Иньяцио Кассис.

Король говорит Швейцарские политики: на язык ужасные, добрые внутри

Речь президента Швейцарии Иоганна Шнайдера-Амманна буквально взорвала интернет, настолько, что возникает подозрение, что так и было запланировано.

Отдельный вопрос касается швейцарских «праймериз», то есть выдвижения партиями стоящих кандидатов. Парламент очень внимательно следит за тем, чтобы партии, выдвигая своих претендентов, учитывали писаные и неписаные правила и традиции, а также актуальные веяния. Например, на этот раз всем было ясно, что среди кандидатов как можно большую долю должны были составлять женщины. Кроме того, партии должны всегда выдвигать тандемы кандидатов, чтобы парламент имел из кого выбирать, в противном случае единичный кандидат может быть воспринят в качестве попытки партии оказать на парламент политическое давление, что было бы неуважением к депутатам.

Ваше мнение

И все-таки, как обстоят дела с личными и профессиональными качествами кандидатов? Кто на самом деле должен стоять у кормила власти в стране − юристы (традиционная модель США), технологически мыслящие лидеры (как в Китае), или представители спецслужб (модель России)? Кто и что более востребовано в эпоху цифровых технологий — традиционные учёные или компьютерные «гении» а-ля Элон Маск? Или нам нужен кто-то, кто преуспел в иностранных языках (включая английский и даже русский — прошлый министр финансов Швейцарии Ханс-Рудольф Мерц вполне сносно мог связать несколько фраз на языке Пушкина)?

Этика и политика Дело Пьера Моде: новые данные

Швейцарские СМИ продолжают освещать скандал вокруг мэра Женевы Пьера Моде в связи с подозрениями в коррупции.

Этот контент был опубликован 3 сентября 2018 г. 15:00

Ответы на этот наш вопрос, заданный читателям swissinfo.ch в социальных сетях, были самыми разнообразными. Ряд читателей, которым наскучило ощутимое засилье юристов и политиков, призывали к более широкому представительству учёных, ведь «они ближе всего к реальной жизни». «Было бы неплохо, если бы лидер разбирался в вопросах экологии и энергетики и мог бы предложить готовые решения в этих областях».

Много голосов было отдано и в пользу представителей деловых кругов, которых считают прагматиками, способными справиться с проблемами «реального мира» («нам нужен кто-нибудь, кто проработал не меньше 10 лет в частном бизнесе»). Впрочем, связка бизнеса и политики многими подверглась критике, с учетом печального опыта краткого периода слияния швейцарских политических кругов и «олигархов» в середине 19-го века (о так называемой «системе Эшера» читайте здесьВнешняя ссылка).

Были также высказаны пожелания по возрасту («не менее 45 лет»), технической подкованности (мы живём в «совершенно новой среде»), а также по умению чётко схватывать суть сложных политических и экономических вопросов и просто излагать их на публике, не погрязая в деталях и в «птичьем экспертном языке». Нашёлся и пользователь, который предложил избрать лидером и отцом нации профессионального теннисиста и бывшую первую ракетку мира Роджера Федерера (спортивное прозвище King Roger).

Все дело в здравом смысле

Однако, помимо дискуссий о профессиональных требованиях и степени образованности и особенностях биографии, наиболее часто читатели и пользователи указывали на наличие у кандидата такого качества, как «здравый смысл». Один пользователь даже прямо противопоставил его «многочисленным учёным степеням», считая их, видимо, показателями весьма сомнительного качества.

Швейцарский политолог Клод Лоншан из научно-исследовательского института изучения общественного мнения gfs.bern разделяет эту точку зрения, хотя он и приходит в итоге к несколько иному выводу. Будучи ветераном политических сражений в Швейцарии последних 30 лет, он не раз имел возможность наблюдать за тем, как типичный швейцарский политик − «человек от сохи», строго ориентированный прежде всего на локальные интересы своего региона и только потом на вопросы федерального уровня, − вдруг превращался в современного лидера, блестящего политика.

Правительство-2018 Гельвеция-мать зовет! Но кто ее услышит?

Насколько женщины Швейцарии готовы к реальной политической ответственности? Наш эксперт размышляет и анализирует. 

«Член Федерального совета должен уметь авторитетно представлять Швейцарию внутри страны, а также за рубежом», — говорит он. По его словам, кроме способности разбираться со сложными проблемами и быстро и эффективно «работать с документами», федеральный министр должен все-таки иметь масштаб и харизму личности государственного деятеля. Президент Швейцарии в 2018 году Ален Берсе такими качествами обладает, то же можно сказать о Карин Келлер-Суттер, которая почти наверняка придёт на смену И. Шнайдеру-Амманну.

Вальтер Турнхерр: «В Швейцарии осуществляется не руководство, а координация»

Федеральный канцлер В. Турнхерр в интервью газете «NZZ» о стратегической дальновидности и о базовых принципах политического руководства в Швейцарии.

Конечно, в такого рода выкладках можно и нужно сомневаться, ведь, в конце концов, измерить харизму и подвергнуть её количественному анализу сложно, если вообще возможно, с учетом того, что «харизматическое лидерство» (Макс Вебер) часто в истории приводило к настоящим катастрофам. Швейцария, с одной стороны, от них надёжно застрахована, здесь во власть идут в основном технократы без претензий на звёздность. С другой стороны, безусловно, неосязаемая сущность подлинного лидерства включает в себя в равной степени убеждённость в пользе того, что ты делаешь, экспертное знание, смирение перед волей народа и уверенность в собственных силах.

Министр в Швейцарии отражает еще и особенности устройства административного аппарата на федеральном уровне. Клод Лоншан отмечает, что члены Федерального совета отличаются от министров в правительствах других европейских стран. Во Франции, например, министры могут быть специалистами, на которых возложена ответственность за решение конкретных вопросов. В Германии они должны быть членами «правильной» партии, в России — обладать личным доверием президента.

В Швейцарии же министр и его небольшой аппарат скорее намечают политическое направление и задают общие рамки, тогда как вопросы конкретного технического характера решают уже специалисты автономных федеральных ведомств, раскиданных порой по всей стране. Именно поэтому, кстати, все семь федеральных министерств умудряются помещаться, вместе с двумя палатами парламента, в одном довольно компактном бернском Федеральном дворце.

В поиске специалистов широкого профиля

Как говорит Клод Лоншан, еще одной особенностью Швейцарии является требование к министру, избравшемуся от «своей» партии, тут же преодолеть партийность и начать работать на благо всей страны и всех граждан, помимо и поверх партийно-политических фронтов, лагерей и окопов. Примером удачной реализации этого принципа является социалист и нынешний президент страны Ален Берсе. Но он левый, а вот политикам, занимающим позиции правее политического центра, делать это куда сложнее, примером чему является представитель Швейцарской народной партии (SVP) Ули Маурер, нынешний министр финансов и президент страны в следующем 2019 году.

lisa mazzone

Лиза Мадзоне (Lisa Mazzone) выступает с трибуны Национального совета, большой палаты федерального парламента Швейцарии, в июне 2018 года.

(© KEYSTONE / ANTHONY ANEX)

Интересен и пример Лизы Мадзоне из Женевы, представляющей партию «Зелёных», До недавнего времени она была самым молодым членом Национального совета, большой палаты парламента (в прошлом 2017 году ее сменил 28-летний Фабиан Молине). Л. Мадзоне говорит, что не претендует на кресло члена Федерального совета и что вообще она себя в такой роли не видит. Но тогда за политика какого «типа» она бы лично отдала свой голос 5 декабря? Будучи специалисткой в области романо-германской филологии, она считает, что для швейцарского министра важно быть специалистом широкого профиля.

Ключевыми навыками здесь, по ее мнению, являются способность быстро понимать суть проблемы и доступно, но без упрощений, подавать ее общественности, и так перегруженной информацией. Говоря о лидерских качествах, она упоминает еще «коммуникабельность», способность и понимать, и отстаивать «швейцарские ценности», готовность «преодолевать партийные разногласия» в интересах общества. А как быть насчет так называемых «профессиональных политиков», которые полностью посвящают себя карьере в политике, не имея предыдущего профессионального опыта ни в какой другой области народного хозяйства? 

Л. Мадзоне, которая сама по сути и является таким политиком, не очень охотно рассуждает о том, в какой мере это может быть плюсом или минусом. Она согласна, что политики данного профиля в большей степени оторваны от реальной жизни, хотя в Швейцарии таких деятелей еще относительно мало. Но что касается ее личных целей и побудительных мотивов, то они, по ее словам, «очевидны: я пошла в политику, потому что хотела изменить общество к лучшему».

За кулисами власти В Швейцарии изберут нового федерального министра

Завтра швейцарское правительство обретет нового министра. Как избирается кабинет и как в нем распределяются посты? Коротко и просто о сложном.


Перевод на русский и адаптация: Игорь Петров, swissinfo.ch

Ключевые слова

Neuer Inhalt

Horizontal Line


subscription form

Подпишитесь на наш бюллетень новостей и получайте регулярно на свой электронный адрес самые интересные статьи нашего сайта

Подпишитесь на наш бюллетень новостей и получайте регулярно на свой электронный адрес самые интересные статьи нашего сайта