Несмотря на коронавирус, заключенные в Швейцарии остаются за решеткой

В Тичино, одном из регионов, наиболее пострадавших от коронавируса, заключенных больше не могут посещать даже члены семьи. Keystone

Франция и США входят в число стран, которые решили провести амнистию, считая ее одной из мер по предотвращению распространения коронавируса. В Швейцарии дела обстоят по-другому: здесь, несмотря на растущую напряженность среди заключенных, применяются другие подходы.

Этот контент был опубликован 17 апреля 2020 года - 09:00
Луиджи Йорио ( Луиджи Йорио), русскоязычная версия: Надежда Капоне

Быть запертым внутри какого-либо ограниченного пространства и оставаться там длительное время непросто даже в идеальных условиях. Достаточно взглянуть на граждан, которые, несмотря на рекомендации правительства оставаться дома, все равно выходят на прогулки, встречаются с друзьями в общественных местах или занимаются спортом на улице. 

Внешний контент

Для них соблюдение рекомендованных ограничений — дело добровольное. У других же граждан, например 7 тысяч заключенных, содержащихся в швейцарских местах отбывания наказания, такого выбора попросту нет. Их и без того ограниченный контакт с внешним миром еще больше сократился — так власти пытаются не допустить распространения коронавируса в тюрьмах.

Социальное дистанцирование

В некоторых кантонах власти, отвечающие за исправительные учреждения, ввели запрет на свидания заключенных с родными и близкими, возможности условно-досрочного освобождения (УДО) сейчас даже не рассматриваются, отменены любые занятия спортом. Не разрешается работать в мастерских или заниматься в классах. И это лишь некоторые из ограничений, которые были введены в тюрьмах страны — с некоторыми различиями в зависимости от кантона. Утверждается, что все это делается для защиты здоровья заключенных и сотрудников исправительных учреждений.

«Мы пытаемся организовать нашу работу так, чтобы между заключенными не было физического контакта, чтобы поддерживалось социальное дистанцирование и чтобы заключенные не собирались группами более пяти человек. Однако в тюрьме это проще сказать, чем сделать», — говорит Франц Вальтер (Franz Walter), руководитель Службы исполнения наказаний (СИН) кантона Фрибур в интервью местной газете Freiburger Nachrichten.

В кантоне Тичино, то есть в регионе Швейцарии, в наибольшей степени пострадавшем от коронавируса, заключенных не могут сейчас посещать даже члены семьи. Об этом Стефано Лаффранкини (Stefano Laffranchini), глава СИН Тичино, единственного италоязычного кантона страны. Он этаких мер не одобряет. «Помимо того, что это негативно влияет на процесс дальнейшей социальной реинтеграции осужденных, это лишает их еще и целого ряда эмоциональных опор и социальных контактов, которые важны для любого человека, тем более в такое время, как сейчас», — указывает С. Лаффранкини в интервью швейцарскому италоязычному радио RSI.

Риск беспорядков

Эксперты признают, что подобного рода ограничения прав в самом деле могут привести к негативным последствиям и даже беспорядкам. «Любой режим лишения свободы связан с проблемами, и сейчас (в местах отбывания наказания) существует очевидная напряженность», — признается Дени Фруадево (Denis Froidevaux), глава Департамента (министерства) общественной безопасности кантона Во.

В Швейцарии в тюрьмах не происходило беспорядков и волнений наподобие событий 9 апреля в России, когда заключенные колонии строгого режима в Ангарске устроили бунт. Тем не менее, и в Швейцарии сейчас «возрос потенциал насилия, а с ним — и вероятность беспорядков», — отмечает Франц Вальтер.

Неделю назад 43 заключенных из тюрьмы Шан-Долон (Champ-Dollon) в Женеве отказались возвращаться в свои камеры после тренировки. Это повторилось на следующий день; ситуация потребовала вмешательства охранников, но до злоупотреблений и травм дело не дошло.

Без занятий и свиданий

«То, что происходит внутри тюремных стен, отражает происходящее в обществе, — отмечает Марсель Руф (Marcel Ruf), начальник тюрьмы в городе Ленцбург, кантон Аргау. — Некоторые поддерживают шаги властей в сфере карантина, другие считают, что власти перестарались. В любом случае, без привычных занятий и без посещений близких заключенные оказываются в непростой ситуации — особенно те, у кого есть семья», — рассказал он газете Luzerner Zeitung.

А между тем бетонные стены и металлические ворота мало что делают для защиты заключенных от коронавируса. Риск заражения очень высок именно в тех учреждениях пенитенциарной системы, которые переполнены. Но, по данным судебных и тюремных властей, в швейцарских тюрьмах зарегистрировано только 35 случаев заражения коронавирусом, причем подавляющее большинство больных — это сотрудники и персонал тюрем. Поскольку систематического тестирования в исправительных учреждениях не проводится, то реальное число зараженных может быть гораздо выше.

«Как только у заключенного появятся даже слабые симптомы, он должен будет остаться у себя в камере в режиме „самоизоляции“. В соответствии с действующим порядком любой заключенный, остро нуждающийся в госпитализации, должен быть немедленно помещен в тюремную больницу. Лица, относящиеся к группам повышенного риска — а в Швейцарии один из десяти заключенных находится в возрасте старше 65 лет, — также сейчас изолированы», — говорит С. Лаффранкини.

«Двойная изоляция»

Нынешний кризис является исключительной ситуацией. Но все равно даже в таких условиях необходимо насколько это возможно защищать права и свободы заключенных, уверены швейцарские правозащитники, которые призывают к «нестандартным и творческим подходам» в вопросе обеспечения интересов как заключенных, так и персонала тюрем.

«Заключенные должны проводить больше времени в своих камерах и меньше контактировать с другими заключенными. Это двойная изоляция. Свобода заключенного уже ограничена, и поэтому любые дополнительные ограничения должны быть уравновешены компенсационными мерами», — указывает Давид Мюлеманн (David Mühlemann). На крупном швейцарском правозащитном сайте humanrights.ch он специализируется на темах, касающихся прав и обязанностей лиц, отбывающих наказание в местах лишения свободы.

Как можно компенсировать потерю возможности свиданий с родственниками — «этого последнего элемента свободы, единственного способа общения с внешним миром»? Д. Мюлеманн рекомендует использовать формат видеоконференций. Он говорит, что этот канал общения нужно поддерживать открытым любой ценой. Вместе с тем, разумеется, «необходимо соблюдать социальное дистанцирование, поэтому требуется сократить количество заключенных на единицу площади».

Нужно ли освобождать заключенных?

Уголовный кодекс Швейцарии предусматривает УДО для тех, кто отбыл две трети назначенного срока. Однако, по словам Д. Мюлеманна, «сейчас до этого дело просто не доходит. А между тем обращаться к подобным мерам как никогда необходимо. Я бы даже пошел дальше. Думаю, что заключенные, которые отбыли половину своего срока и относятся к группе риска, должны выйти на свободу по УДО. В тюрьмах у нас сейчас много молодых людей с проблемами со здоровьем».

С таким же призывом обратилась к властям и «Реформа 91», ассоциация, помогающая защищать интересы заключенных и маргинализированных лиц. Организация ссылается на рекомендации Совета Европы и Всемирной организации против пыток. Йонас Вебер (Jonas Weber), профессор Кафедры уголовного права Бернского университета, также поддерживает идею широкой амнистии. «Правительство могло бы отпустить всех заключенных, которым остается провести за решеткой не более двух месяцев», — заявил он в интервью немецкоязычной радикально левой газете Wochenzeitung (WOZ),

Какие есть альтернативы?

Д. Мюлеманн отмечает, что хотя сейчас информации о смягчении режима содержания в тюрьмах не так и много, но стало известно, что некоторые кантоны уже принимают соответствующие меры. В некоторых исправительных учреждениях сейчас выделяют заключенным больше времени для телефонных звонков и рассматривают возможность проведения видеоконференций. В тюрьме Шан-Доллон в Женеве, которая является самой переполненной в Швейцарии, в зоне свиданий были установлены перегородки из плексигласа, чтобы обеспечить большую защищенность при посещении заключенных членами семьи. 

«Кстати, тут число заключенных недавно сократилось с 650 до 560, поскольку для некоторых из них были найдены альтернативы отбыванию наказания в тюрьме», — отмечает Д. Мюлеманн. Под «альтернативами» подразумеваются режимы домашнего ареста, ношение электронных браслетов и обязанность регулярно отмечаться в полиции. Некоторые кантоны опробовали и более необычные подходы. Берн, например, отправил домой 27 заключенных из групп риска, находившихся в условиях открытого содержания или же в местах предварительного заключения. 

Тюрьма открытого типа (открытая тюрьма) – исправительное учреждение, в котором заключенным доверяют отбывать наказание с минимальным контролем и где их зачастую не запирают в тюремных камерах. При этом власти Берна освободили только тех, кто не считался особо опасным для общества и чей срок тюремного наказания не превышал 30 дней. То есть в целом ясно, что Швейцария не будет следовать примеру Франции, Великобритании и США, где были проведены широкие амнистии. 

По словам Алена Хофера (Alain Hofer), заместителя генерального секретаря Конференции директоров кантональных органов юстиции и полиции, которого цитирует газета 20 минут, выход заключенного на свободу по УДО после отбытия половины срока просто потому, что он принадлежит к группе риска, является вариантом, неосуществимым ни с юридической, ни с практической точки зрения. А. Хофер и его коллеги убеждены, что прекращение содержания под стражей в принципе является «крайней мерой» - и неважно, в условиях пандемии или нет.

Эта статья была автоматически перенесена со старого сайта на новый. Если вы увидели ошибки или искажения, не сочтите за труд, сообщите по адресу community-feedback@swissinfo.ch Приносим извинения за доставленные неудобства.

Поделиться этой историей