Политическая система Швейцарии

Почему швейцарские граждане вполне довольны своей демократией?

Во многих странах мира степень удовлетворенности граждан демократическими структурами и институтами в последнее время переживает заметное снижение. Содержащие такой вывод итоги исследования, проведенного Кембриджским университетом, стали несколько дней назад едва ли не сенсацией.

Клод Лоншан (Claude Longchamp), историк, политолог.

Автор исследования, политолог и социолог Роберто Фоа (Roberto Foa), внимательно исследовал начиная с 1970 года все государства, в которых существуют, в частности, свободные и честные выборы, добавив к ним еще и страны, в которых все-таки имеются в наличии, хотя бы в зачаточном состоянии, структуры, из которых и складывается в итоге демократическое конституционное государство.

Клод Лоншан 

Принадлежит к числу самых опытных и авторитетных политических аналитиков Швейцарии.

Основатель института изучения общественного мнения gfs.bern, бессменным директором которого он был вплоть до выхода на пенсию. 

В настоящий момент является членом правления этого ведущего в Швейцарии НИИ прикладной социологии.

На протяжении последних 30 лет комментировал и анализировал политические события в стране на общественном швейцарском национальном негосударственном телевидении Schweizer Fernsehen SRF. 

End of insertion

Что касается Швейцарии, то она, как обычно, когда речь идет о каком-либо «рейтинге демократии», получила из уст ученых очень высокую оценку.

На вопрос о том, почему швейцарцы довольны своей демократией, есть классический ответ.

Итак: наша страна обладает высочайшей в мире степенью удовлетворения собственной демократией. Более того, этот показатель развивается в антициклическом направлении: все вокруг более или менее успешно свою демократию хоронят, а швейцарцы, наоборот, в ней души не чают. В настоящее время около трех четвертей всего населения Швейцарии швейцарской демократией довольны — и это рекорд!

В этом смысле Швейцария является исключением, пусть и не единственным. Родственные настроения можно отыскать, в частности, в демократических странах Северной Европы. Интересно, что такими исключениями являются почти исключительно демократические страны, политические системы которых опираются на принцип общественного консенсуса. Итак, почему в таких странах люди довольны своей демократией?

Все вокруг более или менее успешно свою демократию хоронят, а швейцарцы, наоборот, в ней души не чают. 

End of insertion

Потому что такие системы наиболее эффективно, с участием всего народа, смягчают социальные конфликты, что гарантирует политическую стабильность и способствует экономическому развитию. А это, в свою очередь, опять-таки способствует удовлетворенности демократией.

Но на вопрос о том, почему швейцарцы довольны своей демократией, есть и новые, нетривиальные ответы.

Но сначала немного матчасти. Речь мы ведем сейчас, с одной стороны, о политической логике, которая довольно успешно работает «на радость» населения в целом. Её мы предлагаем называть «ориентированной на результат удовлетворенностью системой». Такое «чувство глубокого удовлетворения», как правило, ощущают представители среднего класса и слоев чуть ниже. Они поддерживают такую систему, потому что она приносит им ощутимую и конкретную пользу в их повседневной жизни.

С другой стороны, тут же, параллельно, существует принцип «удовлетворённости системой, ориентированной на активное в ней соучастие». Таким принципом руководствуются прежде всегод люди с «активной жизненной позицией», стремящиеся иметь возможность вносить свой собственный суверенный вклад в принятие важных политических решений, затрагивающих все области и сферы социума.

Чем более в среднем образован данный социальный слой, тем более важны для него, наряду с чисто материальными выгодами, еще и форматы и возможности личного участия в политике. Отсюда:

«Волшебное слово» Nr. 1: «Властью надо делиться»!

Подробности работы этих механизмов были раскрыты в исследовании, проведенном Бернским университетом в прошлом 2019 году. Здесь же содержится ответ на вопрос, почему Швейцария добивается таких выдающихся на фоне других стран (посмотрите только, что творится в Германии) результатов. Отправной точкой исследования стали президентские демократии с сильным, в основном мужским руководством, как в настоящее время в США, Бразилии или Франции. Там удовлетворенность демократией, будем откровенны, не особенно-то высока.

Для авторов исследования, трудившихся под руководством социолога Адриана Фаттера (Adrian Vatter), это обстоятельство связано с недостаточной степенью разделения властей в названных странах. Разделения властей можно добиться четырьмя различными способами: через парламентаризм, через правительства, сформированные парламентами пропорционально голосам, отданным тем или иным партиям, посредством референдумов, а также в рамках системы последовательного федерализма.

И вот выясняется, что Швейцария является мировым лидером в трёх из этих четырёх опций одновременно. Итак, «разделение властей» — таков наш первый волшебный рецепт для страны, которая хочет добиться качественного повышения степени удовлетворенности граждан своей демократией.

«Волшебное слово» Nr. 2: «Партиципация», или «привлечение граждан к управлению»

Еще два «рейтинга демократии», оба опубликованных в Швеции в 2019 году, добавляют в список таких волшебных рецептов ещё «участие граждан в управлении социумом». И здесь Швейцария также является примером для подражания во многих отношениях. Прямая демократия для самой Швейцарии есть, конечно же, обычное явление, но с недавнего времени к этому инструменту начинают все более пристально присматриваться и за рубежом.

При этом у себя на родине швейцарцы сами несколько меньше внимания уделяют двум другим факторам, по заслугам оцененным в Швеции: во-первых, это развитая локальная и региональная демократия (автономия и самоуправление регионов) и, во-вторых, открытость властей по отношению к субъектам и структурам гражданского общества. Может быть, в Швейцарии это упускают из виду, потому все рассматривают то, что уже есть, как данность, требуя при этом «больше демократии».

И только сравнение на международном уровне показывает, что то, что в Швейцарии рассматривается как само собой разумеющееся явление, в других странах является недостижимым идеалом народоправства. Именно поэтому, кстати, для демократии всегда хорошо, когда она практикуется не только на национальном уровне. Замыкаясь в себе, демократия хиреет. В Швейцарии, например, избирается не только мэр города, глава общины или председатель правления муниципалитета. Здесь целые городские и муниципальные правительства также избираются народным голосованием.

В Швейцарии молодежь во многом дистанцировалась от институционального политического участия и постоянно колеблется между апатией и «диким» протестом (Грета, климат и все такое!).

End of insertion

Наконец, в Швейцарии политические партии лишены единоличной монополии на формирование образа желаемого будущего и форматов важных государственных решений. Бизнес-ассоциации, экологические организации, научные и общественные движения также самым непосредственным образом и самыми разными способами вовлечены в так называемую «партиципаторную демократию», или в «демократию участия».

Критики швейцарской системы демократии любят цитировать ежегодный «рейтинг демократии» от британского делового журнала Economist. Данный индекс демократии интересен тем, что это единственный в своем роде аналитический рейтинг, в котором демократия в Швейцарии оценивается не как «очень хорошая», а просто как «хорошая». Главная причина такой относительно низкой оценки — низкая же явка избирателей на выборы и голосования. 

Наши шведские партнёры также видят этот недостаток швейцарской демократии, но, с их точки зрения, вполне достаточной компенсацией за такое «пятно на солнце» является «широкое предложение форм участие граждан в политической жизни». Так что, мол, и на выборы каждый раз в Швейцарии ходить вполне даже необязательно.

Однако за такое разнообразие приходится платить немалую цену в виде фрагментации политического ландшафта. Граждане начинают делиться на группы в соответствии с предпочитаемыми ими каналами политического соучастия в общественной жизни. Уже почти 30 лет назад я первым отметил, что граждане Швейцарии участвуют в референдумах «селективно»: да, средняя явка избирателей составляет около 45 процентов, но не всегда при этом голосовать ходят одни и те же люди. 

Голосовать и избирать люди идут тогда, когда они чувствуют, что данный вопрос затрагивает их напрямую. Но сегодня меня затрагивает один вопрос, а завтра другой вопрос затрагивает других людей. Тем самым, с учетом такого «негативного участия», мы имеем результат, в соответствии с которым в рамках одного политического четырёхлетнего цикла так или иначе, хотя бы один раз, но в голосованиях или выборах участвуют в совокупности три четверти лиц, имеющих право голоса в Швейцарии: вполне себе средний международный результат.

Со своей стороны, однако, я хотел бы добавить: разнообразие форматов участия в политике лишь до тех пор остается «плюсом», пока каждый из нас как-то участвует в общественном политическом дискурсе. Но при этом мы не можем игнорировать тот факт, что в Швейцарии молодежь во многом дистанцировалась от институционального политического участия и постоянно колеблется между апатией и «диким» протестом (Грета, климат и все такое!). И вот как раз такой протест и находится полностью за рамками швейцарской образцовой демократии!

Эта статья была автоматически перенесена со старого сайта на новый. Если вы увидели ошибки или искажения, не сочтите за труд, сообщите по адресу community-feedback@swissinfo.ch Приносим извинения за доставленные неудобства.

Поделиться этой историей