Навигация

Навигация по ссылкам

Основной функционал

Истории из жизни Женевский почтальон и его приключения

Тибер

Жан-Жак Кисслинг стал одним из первых иностранцев, побывавших в Тибете после того, как открылись его границы. 

(swissinfo.ch)

Жан-Жак Кисслинг, женевский почтальон, фотограф и путешественник, он носился на лошадях по степям Монголии, покорял гималайские семитысячники в снежную бурю, а с будущей женой познакомился в Санкт-Петербурге. Недавно он вышел на пенсию и написал книгу «Жизнь почтальона», в которой описал свой тридцатисемилетний опыт работы на швейцарской почте.

Книгу перевели на язык Брайля для слепых, готовится перевод на русский, а молодой бельгийский режиссер собирается снять по ней фильм. Когда ее издали, о Жан-Жаке много писали, он выступал по радио, зато дирекция Федеральной почтовой службы отказалась дать какие-либо комментарии. Зато его книгу тайно прочли все женевские почтальоны, ведь он для них – почти как революционер.

swissinfo.ch: Расскажите, пожалуйста, как Вы стали почтальоном?

Жан-Жак Кисслинг: В день моего 16-летия мать записала меня на экзамен в училище почтальонов в Лозанне, но меня не взяли. Мой отец тоже был почтальоном, и мать, рыдая в телефон, подключила его бывших коллег. Мне помогли – приняли в соответствующее учебное заведение в Женеве. И, кстати, я блестяще его закончил: один наш товарищ украл формуляры с экзаменационными заданиями, так что наш выпуск оказался лучшим за последние годы.

Жан-Жак Кислинг недавно выпустил автобиографическую книгу "Жизнь почтальона".

(swissinfo.ch)

swissinfo.ch: А как из почтальона получился фотограф?

Жан-Жак Кисслинг: Для поступления в училище требовалась справка от врача. Я был в прекрасной форме, пышущий здоровьем и молодостью, но на осмотре у окулиста оказалось, что у меня сильная близорукость. Мать заказала очки и, примерив их, я не поверил своим глазам – в одно мгновение мир изменился. Раньше я видел все размытым, нерезким, а теперь цвета засияли так, будто небо упало на голову. Пораженный новыми образами, я дал себе слово с первой же зарплаты купить фотоаппарат и сдержал его. Это была старая модель, камера «Fujica» с тремя объективами.

swissinfo.ch: Какие сюжеты Вы в начале выбирали?

Жан-Жак Кисслинг: Я работал в деревнях виноградарей и часто фотографировал деревенские пейзажи, а потом печатал их и делал импровизированные выставки в зале нашего почтового отделения. Время от времени я выполнял работу типа курьерской, доставляя фотографии для прессы или авиабилеты в разные уголки Женевы. Кстати, забавно, что развозили их на мопедах, но тем, кто злоупотреблял спиртным, давали велосипеды. Благодаря этим поездкам я открывал для себя новые места и лучше узнавал город.

Сейчас у меня самый большой фотоархив пейзажных снимков старой Женевы. Панорамные фотографии у меня покупают банки, один такой висит в женевском казино, и даже есть кафе, полностью оформленное моими черно-белыми фотографиями Женевы прошлых лет. А когда мне дали повышение, и я стал маленьким начальником, то сразу сделал портреты-фотокопии всех сотрудников, на первом же появившемся в офисе сканере. Для этого всего лишь надо положить голову на стеклянную поверхность, закрыть глаза и начать кнопку «on». Результат превзошел все ожидания. 

(swissinfo.ch)

swissinfo.ch: Как оказалось возможным совмещать многомесячные вояжи по миру с постоянной работой на почте?

Жан-Жак Кисслинг: После окончания обучения дирекция предложила мне должность в отделе «без постоянного места», это означало, что, когда какой-то почтальон не мог выйти на службу, я должен был его замещать. Оплата за это полагалась выше, к тому же часы переработки щедро компенсировали. Идеальный вариант для тех, кто любит мотаться по миру!

swissinfo.ch: А как проснулась тяга к дальним странствиям?

(swissinfo.ch)

Жан-Жак Кисслинг: Иногда я работал в сервисе «Женева-Транзит» – сюда поступают отправленные поездом или на корабле посылки со всего мира. Мы разгружали вагоны, из которых шли экзотические запахи. Нередко такие бандероли содержали сюрпризы: засохшие в путешествии животные, испорченные продукты и другие «послания издалека». Бывало, грузовик, помимо разной корреспонденции, привозил в наш офис открытки, отправленные со всех концов света, тогда я жадно разглядывал их, и меня тянуло увидеть эти чудесные страны вживую.

swissinfo.ch: Какое путешествие было самым опасным?

Жан-Жак Кисслинг: Это Тибет, куда я отправился туда в 1986 году. Тогда только открыли границы для путешественников, и я стал там одним из первых туристов – при выезде из страны на границе с Непалом я был отмечен как двадцатый иностранец, который ее пересек. Три недели я мотался в грузовиках с открытым кузовом автостопом – дождь, снег, ветер, холод, и все это на высоте шесть тысяч метров. Тибетцы покупали старые автомобили с изношенными амортизаторами, которые удавалось затормозить только при помощи ручника.

Дороги там узкие, двум машинам не разъехаться, старые, грунтовые, неровные, от дождей края осыпались в речку, бывали камнепады. Далеко не каждый грузовик, поднимающийся в Лхасу с товарами этим путем, добирался до цели, и я стал свидетелем нескольких аварий, одну машину утащил вниз обвал. Наш караван из шести грузовиков, наполненных всяческой контрабандой, спиртным и табаком, тащился со скоростью три километра в час.

Вдруг перед нами появился груженый бревнами грузовик, из него вышли двое китайцев и приказали нашему шоферу-тибетцу пропустить их, сдав назад. Все тибетцы вывалили из грузовиков и сделали вид, что не понимают по-китайски. Обстановка накалялась, китайцы уже вынули оружие, но все же решили уступить (дорожное правило в горах – уступают тому, кто едет наверх) и начали сдавать назад.

Я же все это время тихонько сидел в кузове под одеялом, потому что, хоть страну и открыли, но находиться на этой стратегически важной дороге иностранцем запрещалось. Прилететь в Лхасу самолетом можно было без проблем, а вот на автомобильном тракте я тоже считался контрабандой. Пока китайские грузовики в течение трех часов поднимались задним ходом наверх, мои попутчики-тибетцы спорили на деньги, свалятся китайцы со скалы или нет. Они не свалились: кто-то проиграл пари, а кто-то выиграл.

По Тибету я путешествовал с буддийским монахом-американцем. Он учился в Корее, привез оттуда портреты Далай Ламы и всем их раздавал, хотя такие изображения были запрещены. Однажды мы с этим товарищем пошли в горы по пути паломников: дорога тянулась от одного монастыря до другого, притом на высоте семь тысяч метров. Все говорили, что это легкий маршрут, с которым мы без проблем справимся, так что мы отправились одни, без проводника. Однако по пути началась снежная буря, в которой мы заблудились. Ветер, туман, снег бил в лицо, мы шли на ощупь, так я упал и сломал ребро.

четверо тибетцев

Фотогеничные жители Тибета.

(swissinfo.ch)

И только к вечеру нам посчастливилось встретить группу из четырех тибетцев – богатые китайцы заплатили им за то, чтобы те прошли за них этот путь и улучшили их карму. У тибетцев был чайник, чай и спички, а у нас сахар и порошковое молоко – вот мы и подружились, обменявшись продуктами. У нас для ночлега были спальники, у них – вообще ничего, но они нас научили делать бортики и прятаться за ними от ветра. Если бы не эта встреча, не тибетцы и не их бортики, мы бы наверняка погибли. Мы все-таки добрались до нашей цели, но это оказался уже не монастырь, а его руины, его полностью разрушили китайцы. Я сделал фотографию как доказательство уничтожения культурных и религиозных традиций, и ее приобрел у меня Тибетский центр в Нью-Йорке. 

swissinfo.ch: Как Вы оказались на даче Боба Марли на Ямайке?

Жан-Жак Кисслинг: Мы поселились в деревне Сюрвивал (выбрал я ее потому, что так назывался последний диск Боба Марли) в единственной гостинице, которая по совместительству оказалась борделем. О нашем приезде знали все вокруг, и чернокожие прозвали нас Мистер и Миссис Вайт. Как-то мы прогуливались, и к нам подошел парень и спросил, знаем ли мы Боба Марли. Я ответил утвердительно, и тогда он попросил напеть что-нибудь. Я удачно сдал экзамен, поэтому он позвал нас за собой. Так мы пролезли через дырку в заборе и оказались на частной территории, в необыкновенном саду с разбросанными камнями и пышной растительностью.

В конце этого полуострова стоял великолепный домик из бамбука, с крышей из пальмовых веток – дача Боба Марли. Он, кстати, был растоманом, это эфиопская ветвь христианства, прижившаяся на Ямайке, а перед смертью он даже крестился в православие. После его смерти владельцем этого домика стала его фирма звукозаписи, но из туристов мало кто знал про нее и редко кто заходил. За пять долларов в день, символический вклад, который шел на поддержание хозяйства, мы жили на даче Марли, но меня попросили никому не говорить, где она.

swissinfo.ch: Какая история связывает тебя с Санкт-Петербургом?

Жан-Жак Кисслинг: Я решил, что ноги моей не будет в этом городе, пока он называется Ленинград. Я был с другом в Варшаве, когда увидел в киоске журнал «Нэшнл Джеографик», посвященный переименованию города. Я сразу же купил на черном рынке фальшивое приглашение, получил визу на десять дней и отправился в Питер. А через десять дней вернулся в Варшаву и снова купил приглашение, но теперь уже на более долгий срок. Одна из моих самых востребованных коллекций – чёрно-белые фотографии Санкт-Петербурга, раскрашенные акварелью. 

Санкт-Петербург

Вот каким предстал перед Жан-Жаком его любимый Питер.

(swissinfo.ch)

Был девяносто второй год. Люди были невероятно открыты и любопытны, как дети. Меня поразило ощущение свободы – можно было говорить и делать все, что угодно, я тормозил автомобили частников, а останавливалась «Скорая». С моей будущей женой, художницей Леной, меня познакомили в Петербурге ребята с Пушкинской 10. У лениной подружки Тани была машинка-«инвалидка», двухместная, маленькая, как консервная баночка. Однажды Таня припарковала ее на Пушкинской, а когда вернулась, нашла арт-объект – вся машина была разрисована.

И вот мы поехали кататься на ней по Питеру, девушки сидели в машине, а я с другом на крыше. И тут нас, естественно, остановили гаишники. Лена рассказала историю про туристов из Швейцарии, которым она проводит прямо сейчас экскурсию по культурной столице России. Гаишники спрашивают: «А у вас в Швейцарии тоже на крыше ездят?». И я так убедительно «да-да» говорю, головой киваю. Мы все посмеялись, и нас отпустили, не взяв никакого штрафа.   

На следующий год я уже отправился из Санкт-Петербурга в Москву, а оттуда по Транссибирской магистрали на «Улан-Батор Экспрессе». В соседнем купе ехал монгол, который пил, не просыхая, он жутко дебоширил и бегал по поезду с вилкой, всем угрожал. Весь вагон пришел просить меня, чтобы я дал ему по морде. Во-первых, я большой, а остальные пассажиры были в основном низкорослыми монголами. Во-вторых – иностранец, поэтому они думали, что мне это обойдется безнаказанно.

метро

В петербургской подземке. 

(swissinfo.ch)

Я сбил хулигана одним ударом, сломав нос и палец. И тут же появилась милиция, казалось, они только и ждали момента, когда монгола можно будет ссадить с поезда и конфисковать у него два цветных телевизора, которые тот вез в Улан-Батор.

В Улан-Баторе на вокзале я ждал моего швейцарского друга Патрика, но тот приехать не смог. Меня никто не встретил, поэтому я сам отправился на поиски его дома. На руке я тогда носил тибетский перстень в виде седла, а в нем бирюзовый камень. Патрик носил похожую сережку, так что я подходил к людям и спрашивал, знают ли они человека, у которого серьга, как у меня перстень. Найти одного из немногих европейцев там оказалось несложно.

Затем я доехал до Пекина на поезде, а оттуда неделю плыл по реке Янцзы до Шанхая, где и закончился этот вояж: деньги были на пределе, и пора было спешить в Женеву, на почту.

swissinfo.ch: Что Вас ждало после Транссибирской магистрали?

Жан-Жак Кисслинг: Мне тогда поручили доставку почты по самому красивому маршруту в Центральной Европе. Водохранилище Вербуа, склоны которого заросли старыми деревьями, в них поселились семейства серых цапель… Деревни, где годами ничего не меняется... Замок Шато де Буа – в его окрестностях я всегда находил потрясающие белые грибы. Несколько ферм, где меня поджидали свежие яйца, салат и сезонные овощи, а за ними – низенький, старенький многоквартирный дом. 

В нем жили пенсионеры-португальцы, работавшие на виноградниках, и несколько многодетных семей. Я привозил им пенсии и пособия, многие из этих людей были одиноки. Я рассказывал им, что происходит в деревне и оказывал небольшие услуги – помогал заполнить бланк на денежный перевод, заменял лампочку, выносил цветочный горшок на балкон. В благодарность мне наливали кофе с граппой, бокал белого или рюмочку вишневого ликера.

фото Женевы

Женева, вот город, куда всегда хочется возвращаться, считает Жан-Жак Кисслинг.

(swissinfo.ch)

Но с появлением спутникового мониторинга GPS, следящего за почтальоном на маршруте, этой эпохе наступил конец. Наступило время контроля и четкого планирования: 2,5 секунды на обыкновенное письмо, 1,5 минуты на заказное, 45 секунд на посылку. Чтобы не попасть в черные списки из-за чашечки кофе, выпитой у клиента, на сканере следует нажимать кнопку «остановка на маршруте».

Теперь почтальон больше не приносит радость: он в основном развозит уведомления из банка и рекламу, в то время как личная и любовная переписка и поздравления перекочевали в гаджеты и электронную почту. Так что я могу сказать, что почтальон – умирающая профессия. После тридцати семи лет службы меня и многих моих коллег уволили. 

swissinfo.ch: Чем Вы заняты сегодня?

Жан-Жак Кисслинг: Работаю фоторепортером и внештатным журналистом, а также организовываю фотовыставки. Кроме того, сделал коллекцию фигур умирающих профессий – почтальонов, банкиров. Пишу вторую книгу, на этот раз о моих путешествиях.  

swissinfo.ch: Вы побывали везде. А где бы Вам хотелось жить? Где идеальное для Вас место?

Жан-Жак Кисслинг: Женева – прекрасный город, который я всегда любил и куда всегда возвращался. А сейчас для работы над новой книгой я еще и получил стипендию от женевского Департамента культуры.

Все фотографии из архива Жана-Жака Кисслинга, больше можно посмотреть на егосайтеВнешняя ссылка.

Neuer Inhalt

Horizontal Line


Teaser Longform The citizens' meeting

Teaser Longform The citizens' meeting

The citizens' meeting

subscription form

Подпишитесь на наш бюллетень новостей и получайте регулярно на свой электронный адрес самые интересные статьи нашего сайта

Подпишитесь на наш бюллетень новостей и получайте регулярно на свой электронный адрес самые интересные статьи нашего сайта