Арно Камениш и человеческая комедия Граубюндена

Арно Камениш: «Если ты идешь на поводу чужих ожиданий, то финита ля комедия – писателя из тебя не получится». Thomas Kern/swissinfo.ch

В своих историях он чудесным образом оживляет зыбкий мир прошлого своего родного кантона Граубюнден, вводя в эту человеческую комедию все больше новых персонажей. Но при этом раскрывать секреты того, как пишутся его книги, Арно Камениш не хочет.

Этот контент был опубликован 12 июля 2020 года - 11:09
Анна-Софи Шолль (Anne-Sophie Scholl) и Томас Керн (Thomas Kern), фото

«Сыграть в теннис утром, сыграть на сцене вечером – вот что такое идеальный день». Мы сидим в кафе за теннисным кортом на Бильском озере, а перед этим он уже успел час отмахать ракеткой. День начался неплохо, потому что теннисная тренировка завершилась в пользу писателя. Хороший счет – это здорово, а соревнования – просто кайф, говорит он. Да, этот человек если и отправит один мяч «за молоком», то следующий уж он непременно приложит ровненько на площадке.

Делать интервью с Арно Каменишем – это песня. С озорным мальчишеским обаянием и мелодичным граубюнденским акцентом он звучным хрипловатым голосом рассказывает свои истории, балансируя на грани сантиментов и откровенности – так же, как и в своих книгах. В 2009 году он дебютировал с рассказом «Сец-Нер» (Sez Ner, в переводе на русский язык можно прочесть здесь), бытовой зарисовке на немецком и ретороманском языках о жизни сельчан на альпийских пастбищах, серии коротких сценок, порой шокирующих, но при этом наполненных прелестным юмором.

Так, прямо в начале рассказа альпийский молочник у него летит на параплане с горы и повисает на елке («Спиной он висит к горе, и в хижине слышна его ругань, лицом — к другому краю долины, где в небо, бок о бок, вздымаются пики гор, посередине — Пиц Тумпив, могучий, высотой в 3 101 метр, возвышающийся над остальными бесснежными вершинами. Опять полетел, говорит помощник сыровара, ну пусть еще немного потрепыхается, будет ему наука»), глупые туристы на своем большом автомобиле не могут развернуться на горной дороге, а священник рассекает на мопеде.

Мир швейцарской литературы

Швейцарский литературный критик Анне-Софи Шолль встречается с известными авторами, своими соотечественниками и современниками, в серии «Мир швейцарской литературы».
Часть 1: писатель Арно Камениш, 1978 года рождения.

End of insertion

Его последующие книги также рассказывают о его родном регионе, долине Сурсельва: текст «За вокзалом» (Hinter dem Bahnhof) повествует о его детстве в деревне, а «Пей до дна» (Ustrinkata) – о его последнем вечере в деревенской пивной перед тем, как та навсегда закрылась. Затем граубюнденскую трилогию Камениш расширил до «Граубюнденской хроники», к которой постоянно добавляются новые персонажи и сюжеты. Его последняя книга, «Золотые годы» (Goldene Jahre), только что увидела свет. Это – восьмая книга, действие которой происходит в Сурсельве.

Создавая свой собственный мир

«Я просто делаю так, как хочу, шаг за шагом, всегда иду дальше», – говорит Арно Камениш, неожиданно становясь серьезным и вдумчивым. Много лет прожив в городе Кур, столице кантона Граубюнден, а потом в Мадриде, и проведя немало времени в путешествиях, в итоге он осел в Биле, где окончил Швейцарский литературный институт и где тринадцать лет назад у него родилась дочь. А пристанище для своего литературного универсума он нашел в Сурсельве. «Там – мое сердце».

Сегодня 42-летний писатель выработал свой собственный стиль, четкий почерк, который лишь слегка варьируется от книги к книге, и в этом его упрекают некоторые критики. Но автор отмахивается от этих требований. «Если ты идешь на поводу чужих ожиданий, то финита ля комедия – писателя из тебя не получится. Искусство возникает если только вы последовательны (в своих принципах)».

Эталоном для него стали такие художники, как хореограф Пина Бауш (Pina Bausch), фотограф Роман Зигнер (Roman Signer) или скульптор Альберто Джакометти, которые всегда оставались верны себе. «У них было очень сильное творческое воображение, они создавали настоящие миры». Его особенно зачаровывает Джакометти, тем, какие глаза у его фигур, какая у них твердость и максимальная сосредоточенность, а также как глубоко скульптор был связан со своей родиной, с регионом Бергелль в Граубюндене.

Арно Камениш рассказывает о Джакометти, о том, как тот приехал из Парижа в Цюрих для разговора о запланированной выставке и вытащил из кармана брюк большую спичечную коробку с моделями своих последних работ, после чего кураторы едва не выставили его за дверь.

«Сыграть в теннис утром, сыграть на сцене вечером – вот что такое идеальный день». Thomas Kern/swissinfo.ch

Арно Камениш устанавил себе высокую планку: он тоже хочет создать свой собственный мир, и с каждым новым произведением этот мир должен разрастаться. «С каждой книгой я думаю о том, как я могу развить свое письмо». Каждая книга имеет свой цвет, свою энергию, свое направление и фокус. В марте 2019 года, катаясь на лыжах, он упал, сломал два позвонка – этот несчастный случай мог бы быть и смертельным. После этого он начал играть в теннис, чтобы укрепить спину. Это сказалось и на его уверенности в себе: «В книгах я говорю то, что обязан сказать».

Человек в центре всего

Возможно, именно из-за несчастного случая книга «Золотые годы» оказалась такой жизнеутверждающей. И может быть, именно из-за смерти отца его книга «Господин Ансельм» (Herr Anselm) 2019 года окрашена в такие меланхоличные тона. Арно Камениш не хочет говорить о том, как и в каких обстоятельствах были написаны его книги. «Это все довольно интимно», – признается он. Да, все его книги имеют непосредственное отношение к нему и его жизни, но не нужно пытаться вычитывать из них личные подробности. То, чем он хочет поделиться с публикой, уже находится в тексте. «В центре внимания всегда стоит человек с его радостями, страхами, любовью, сомнениями».

На внешнем, событийном уровне в его книгах почти ничего не происходит. Например, в «Последнем снегу» (Der letzte Schnee) персонажи Пауль и Георг ожидают у лыжного подъемника гостей, которые уже сюда не приезжают; в «Господине Ансельме» школьный смотритель ухаживает за могилой своей покойной жены; в «Золотых годах» Роза-Мария и Маргрит устраивают торговую палатку с АЗС, в то время как новая дорога уже давно ведет потенциальных клиентов в объезд деревни.

Автор противопоставляет исчезнувший мир бессмертию человеческих историй. Он вылепливает персонажей почти исключительно из их собственных воспоминаний, дает им возможность рассказать о себе и о происходящем, и эти фигурки магическим образом оживают на литературных чтениях, когда писатель дает им свой голос. Готовясь к турне со своей новой книгой, он обкатывает новую сценическую программу на импровизированной летней сцене на реке Ааре в Берне. Снова звучный, грубый голос, который переливается в мягкий, граубюнденские напевы резонируют со швейцарским диалектным немецким: и зрители у Камениша уже в кармане.

«Сценическое выступление – это как вспышка, тут важен темп, хлесткость, текст на книжной странице куда более тонок». 

End of insertion

В воспоминаниях Розы-Марии и Маргрит то тут, то там проскакивают диалектные словечки и выражения, а между ними вплетены то радостные, то меланхоличные напевы гитары, струны которой перебирает сценический партнер Роман Новка (Roman Nowka). Высадка на Луну, велогонка «Тур де Свисс», выигрыш в лотерею и любовные истории: отдавайся влюбленности, даже если «аморе» и не продлится дольше, чем восемь недель. Об этом две героини его текста прочитали в женских романах, которые они сами продают в своем киоске.

Языковые тонкости

«Язык – это как жест», – говорит Арно Камениш. В детстве он был тихим, даже застенчивым. Все свободное время он или проводил на лыжах, или играл в футбол или, чтобы заработать деньги на велосипед, трудился в летнюю страду на альпийских пастбищах.

Лишь в 17 лет ему открылся язык как выразительное средство. Вместе с друзьями он импровизировал рэп-четверостишия на ретороманском языке и изобрел сурсельвский поэтри-слэм еще до того, как в швейцарской литературе начала набирать обороты третья волна пришествия диалектов. «Берн повсюду» – так называется свободное творческое объединение, выведшее бернскую диалектную литературу на авансцену в нулевые годы. За пределами Берна никто этот язык не понимает? Ну и что? Главное – участие, и Арно Камениш семь лет входил в это объединение.

Прочтите непременно

Каждый день Пауль и Георг «во всей готовности» несут свою вахту у лыжного подъемника, но лыжникам не хватает «белой пудры», а в отсутствие снега не показываются и гости. Но они, кажется, не хотят этого даже замечать.

Лыжный подъемник, где когда-то вся деревня могла похвастаться талантами, также продолжает крутиться и дребезжать, как символ праздности и бессмысленной траты времени. Чтобы сократить время ожидания, один перебирает анекдоты, а другой стоически ведет дневник. Две эти фигуры смутно напоминают пьесу «В ожидании Годо» Сэмюэля Беккета.

Экзистенциальная потеря и утешение, исчезновение и возрождение в языке – с философской глубиной Арно Камениш поднимает тему своей жизни на новые высоты в шестой книге из Сурсельвы: «Последний снег» (2018). Это его самая успешная книга: она продержалась в списке бестселлеров Швейцарии на протяжении 24 недель.

Арно Камениш: «Последний снег» (Der letzte Schnee), издательство Engeler, 104 стр.

End of insertion

И книги, и спектакли для него одинаково важны. «Сценическое выступление – это как вспышка: тут нужен темп, хлесткость, текст на книжной странице куда более тонок и изящен». Вместе с Урсом Энгелером (Urs Engeler), своим постоянным редактором и издателем, он много работает над деталями, чтобы обеспечить правильную динамику. Урс Энгелер любит читать авторские тексты во время их редактирования, потому что они состоят из удивительных поворотов и прыжков. Арно Камениш пишет свежо и ярко. «Что мне больше всего нравится, так это звучание слова и кривые и прямые тропинки, которыми ходит его писательский язык».

Все его персонажи – мягко скажем, очень своеобразные, но при этом всегда обаятельные, очень народные и глубоко связанные корнями со своей родиной, но в то же время универсальные. Thomas Kern/swissinfo.ch

Его герои такие же кривые и прямые, они населяют собой мир, полный странных и странненьких, полу-трагических и полу-комичных персонажей, все они, мягко скажем, люди своеобразные, но при этом наделенные обаянием, очень народные и глубоко вросшие корнями в родные места – и в то же время универсальные. В каждой книге Арно Камениш рассказывает нам о том, как жизнь большого мира отзывается в мире маленьких людей и в своей сурсельванской человеческой комедии самым чудесным образом оживляет события дней давно минувших.

Поделиться этой историей