«Один за всех и все за одного»: из истории швейцарского национального девиза!

Эрика Хебайзен (Erika Hebeisen, текст на немецком языке). Для русскоязычной версии переработано: Игорь Петров
Арнольд Винкельрид и его подвиг в рамках традиционного швейцарского исторического нарратива стали классическим воплощением девиза «Один за всех и все за одного». Художник Конрад Гроб (Konrad Grob, 1828-1904) увековечил эту легенду в знаменитой картине «Смерть Винкельрида в битве при Земпахе». Musée national suisse

Девиз «Один за всех и все для одного» приобрел в период коронавирусного кризиса новую актуальность. В Швейцарии осознание того факта, что справиться со стихийными и иными бедствиями страна способна только будучи единой, пришло к Швейцарии лишь в 19 веке. Тогда же эта максима стала даже не столько национальным девизом, сколько действующим по умолчанию принципом, лежащим в основе повседневных социально-политических практик. Исторические же корни её уходят глубоко в средневековье.

Unus pro omnibus, omnes pro uno. Уж если левая швейцарская WOZ, газета, критикующая вообще любые шаги властей просто потому, что это шаги властей, начинает свои комментарии о карантинных мерах Федерального совета, правительства Швейцарии, с цитирования этого лозунга, то, значит, есть в нем что-то такое, что затрагивает швейцарское национальное ДНК поверх всех политических и идеологических барьеров. Но откуда вообще взялся этот девиз, который почти у каждого, кто его слышит, вызывает ассоциации с историей о трёх мушкетёрах? Ведь на самом деле девиз «Один за всех, и все за одного» гораздо старше легенды о подвесках королевы. 

В коллективной исторической памяти Швейцарии он является мало кем дословно цитируемым, но зато проживаемым каждый день принципом, сравнимым по значимости с Категорическим императивом. Когда швейцарский Федеральный совет, кабинет министров, устами министра внутренних дел Алена Берсе, курирующего в стране здравоохранение, призывал граждан «оставаться дома», он апеллировал, по сути, именно к этой самой максиме, лежащей в основе швейцарского национального самосознания, совмещающего эгоистическое стремление обеспечить себе «свою рубашку» с пониманием того, насколько важно иметь функционирующий социум, интересы которого отнюдь не есть сумма интересов всех частных лиц, этот социум составляющих. 

Данная философия диаметрально противоположна знаменитому принципу «умри ты сегодня, а я завтра». Сюжет, связанный с основанием швейцарского современного федеративного государства в 1848 году, можно рассматривать в качестве конкретно-исторической манифестации идеи ответственности всех за каждого, и каждого за всех — на пути к исторической общей правде и лично-индивидуальной справедливости. Конкретно, эта идея призывала суверенные кантоны поступиться частью своего суверенитета во имя всеобщего выживания. Этот же мотив стал девизом и художественной формой конституционной реформы 1874 года, мотивом, причиной и основанием которой стал гнев народных масс, недовольных олигархическими тенденциями в пореформенной Швейцарии (подробнее здесь). 

Памятная гравюра в честь Первого общего пересмотра Федеральной конституции Швейцарии в 1874 году. Musée national suisse


Классическим воплощением девиза «Один за всех и все за одного» стал герой Арнольд Винкельрид и его героическая смерть в битве при Земпахе. Художник Конрад Гроб (Konrad Grob, 1828-1904) увековечил эту легенду в знаменитой картине «Смерть Винкельрида в битве при Земпахе». В 1889 году эпическое полотно, сравнимое по своему политическому заряду с Бородинской панорамой, украсило старый зал заседаний Совета кантонов, малой палаты швейцарского парламента, расположенный в нынешнем Западном крыле комплекса зданий бернского Федерального дворца. А с 1902 года этот лозунг, написанный на латыни, парит над головами депутатов под куполом вновь построенного и существующего до сих пор бернского «Бундесхауса», олицетворяя смысл и назначение швейцарской государственности как таковой. 

Как доказывает швейцарский историк Кристиан Пфистер (Christian Pfister), данный лозунг вовсе не был пустой фразой. Общенациональная кампания по сбору средств, начатая в Швейцарии после катастрофического пожара в Гларусе в 1861 году, принесла огромную по тем временам сумму денег. И сегодня, когда фонд «Швейцарская солидарность» (Glückskette) собирает деньги в пользу жертв коронавирусной пандемии, он тоже апеллирует именно к этому девизу. Если бы швейцарцы жили по принципу «умри ты сегодня, а я завтра», то этот фонд не собрал бы ни гроша. «Все кантоны Швейцарии за один швейцарский кантон»: этот девиз действовал в 1861 году, продолжает он действовать и сейчас.

Но всё началось с Винкельрида

Лозунг «Один за всех и все за одного» стал для Швейцарии в 19 веке движущим мотивом создания и укрепления нового федеративного государства. Но появился он намного раньше, возникнув, как бы сейчас сказали, в «идеологической эко-среде», существовавшей вокруг традиционного швейцарского исторического нарратива, опирающегося на пантеон героев воинской славы и черпающего национальную легитимность из морального потенциала «крови, пролитой предками». Одним из таких героев был Арнольд Винкельрид, который, как говорит легенда, в битве при Земпахе в 1386 году ценой собственной жизни не допустил поражения войск швейцарцев, столкнувшихся с австрийско-тирольской армией под командованием герцога Леопольда III. Бросившись на копья врага, он пробил швейцарским воинам брешь во вражеских рядах со словами «Я проложу вам дорогу» («Ich will euch eine Gasse machen»). Умирая, он просил товарищей: «Позаботьтесь о моей жене и детях». 

Портал swissinfo.ch будет регулярно публиковать материалы тематического блога Швейцарского национального исторического музея (Blog des Schweizerischen Nationalmuseums), посвящённые актуальным и необычным темам из истории Конфедерации. 

Эти материалы публикуются в оригинале на немецком языке, частично переводятся на французский и английский языки. Самые любопытные статьи будут публиковаться и в русскоязычной версии.

End of insertion

Жертвенный герой отдает свою жизнь ради благополучия общества. И наоборот, общество, воздав должное мужеству своего сына, берет на себя обязанность позаботиться о его родных и близких, так что будущие герои будут знать, что община будет заботиться о тех, кто останется в живых, а община будет знать, что она может положиться на каждого своего члена в отдельности: «Один за всех, и все за одного». Такого рода механизм лежит в основе любого национального корпуса методов и практик почитания героев. Памятник Винкельриду в городе Станс по своей динамике и идеологии почти конгруэнтен всем известным культовым символам героизма, будь то образ знаменитого знамени, воздвигаемого американскими солдатами на Иводзиме, или миф Александра Матросова, падающего грудью на амбразуру. Художественные форматы героепочитания, равно и как и сопровождающие их текстовые максимы, играющие роль наказа героев потомкам («Велика Россия, а отступать некуда», «Я проложу вам дорогу»), структурно, семантически, символически и политически обнаруживают удивительное родство. Все эти фразы давно стали «мемами», а не зная, например, истории, связанной со словами «Я проложу вам дорогу», порой просто невозможно расшифровать многочисленные намеки и образные производные, до сих пор существующие в общественно-политическом и журналистском языке Швейцарии.

Мемориал Арнольда Винкельрида в городе Станс, столице кантона Нидвальден. Musée national suisse

Почти все «культовые герои» пантеона военных героев почти всегда мало что имеют общего с реальными событиями военной истории, будучи скорее дистиллированной квинтэссенцией идеально-типического представления о том, каким такой герой должен был бы быть. Классический пример - Арнольд Винкельрид. Примечательно, что этот герой битвы при Земпахе появляется в официальной культуре памяти лишь спустя 100 лет после битвы. Еще 50 лет спустя, в 1551 году, он получает стараниями художника и поэта Ханса Рудольфа Мануэля (Hans Rudolf Manuel, 1525-1571) свое более или менее точно сформулированное имя «Винкельриет». В эпоху Просвещения Арнольд фон Винкельрид почитался в Швейцарии как образец солдата и одновременно гражданина. Этот канон и заложил, собственно, идею «солдата как гражданина в форме», лежащую в основе военного строительства всех современных армий демократических стран, например Германии. В 1723 году в городе Станс ему был установлен первый памятник в формате фонтана. 

Примерно в 1750 году цюрихский художник Иоганн Генрих Фюсли (Johann Heinrich Füssli, 1741-1825) написал портрет Арнольда фон Винкельрида, не имеющий вообще уже ничего общего с исторической правдой. Мифологизация образа Винкельрида продолжалась и дальше благодаря популярным полотнам, таким как картина цюрихского живописца Людвига Фогеля (Ludwig Vogel, 1788-1879) «Швейцарцы у трупа Винкельрида» (Die Eidgenossen bei der Leiche Winkelrieds, 1841 год), а также таким памятникам наглядной агитации, как созданный скульптором Фердинандом Шлётом (Ferdinand Schlöth, 1818-1891) и торжественно открытый в городе Станс в 1865 году новый мемориал Арнольда фон Винкельрида. И если советские школьники усваивали заветы героизма на примере «пионеров-героев», то для швейцарских школьников вплоть до 1970-х годов таким героем был именно Винкельрид, повсеместно и неизбежно присутствовавший на стенах классов, на страницах учебников и под обложками книг, выходивших в серии культовых изданий бренда Schweizerisches Jugendschriftenwerk («Собрание сочинений, обязательных для швейцарских детей и школьников», швейцарский вариант советской серии «Библиотека пионера»). За рубежом, правда, Винкельрид так и не сделал карьеру, сравнимую с карьерой Вильгельма Телля: первого не знает никто, второй — давно уже культ, мем и демотиватор. Почему так произошло? А это уже предмет отдельного исследования.

Эта статья была автоматически перенесена со старого сайта на новый. Если вы увидели ошибки или искажения, не сочтите за труд, сообщите по адресу community-feedback@swissinfo.ch Приносим извинения за доставленные неудобства.

Поделиться этой историей