Детям до шестнадцати?

Карла Юри в фильме «Влажные области»: «Для меня этот фильм является историей очень одинокой женщины, которая еще не разу не познала ощущения признания со стороны других». pardolive.ch

Показанная в Локарно немецкая картина «Feuchtgebiete» («Влажные области»), снятая по одноименному мега-бестселлеру германской телеведущей Шарлотты Роше, стала поводом для нового раунда дискуссий о том, что можно смотреть в кино «детям до 16-ти», а что нет.

Экранизация романа «Влажные области», сделанная Давидом Внендтом (David Wnendt, род. 1978 г.), как и сам роман, выстроена вокруг образа молодой девушки по имени Хелен Мемель. Оказавшись в гинекологической клинике, она начинает, — без всяких табу и во всех порой малоаппетитных подробностях, — размышлять о том, как устроен и функционирует женский организм. Эту роль в фильме исполнила швейцарская актриса из кантона Тичино Карла Юри (Carla Juri, род. 1985 г., см. интервью с ней ниже), которая ранее играла роли почти исключительно невинные и развлекательные. Несмотря на порой шокирующие, а для многих просто отвратительные, подробности, и автор романа Шарлотта Роше (Charlotte Roche) и режиссер Давид Внендт считают этот фильм образцом нового подхода к понятию «культовая лента» и вообще «смелым художественным высказыванием в стиле пост-неофеминизма».

Несмотря, а, скорее всего, благодаря громогласному заявлению социальной сети «Facebook» о намерении запретить своим пользователям распространять трейлер к этому фильму, тысячи людей устремились в кинотеатры, среди которых немалую долю составили молодые и даже очень молодые люди. Что, наверное, было в какой-то степени логично, ведь фильм и обсуждаемые в нем проблемы как раз актуальны именно для данной целевой аудитории.

В кинотеатрах немецкоязычной Швейцарии эта картина была отнесена к разряду фильмов «от 16-ти лет», и даже «от 14-ти» — но, правда, в сопровождении взрослого совершеннолетнего лица. Вводя такие ограничения, немецко-швейцарские прокатчики ориентировались на действующие в Германии нормы «FSK» («Добровольный самоконтроль предприятий кинопрокатного бизнеса»). Особых протестов в прессе или из политической сферы в (немецкоязычной) Швейцарии не отмечалось. Несколько иначе выглядит ситуация в «латинских» кантонах.

Во франкоязычной Швейцарии этот фильм в кинотеатры вообще выпускать не предусмотрено, а в италоязычном швейцарском кантоне Тичино фильм можно смотреть только лицам от 18-ти лет. «Эту ленту абсолютно нельзя назвать, как это многие пытаются сделать, лучом просветительского света в темном царстве ложного стыда. Напротив, он близок к порнографии, стоит только вспомнить о снятой рапидом сцене эякуляции на кусок пиццы…», — подчеркивает Марко Баудино (Marco Baudino), председатель швейцарской общественной организации «Кино и юношество» («Kommission Jugend und Kino»).

«Поэтому мы решили не допускать этот фильм к просмотру несовершеннолетними лицами, просто потому, что он отвратителен, показывает болезненно извращенную сексуальность и употребление наркотических средств», — подчеркивает М. Баудино.

Возрастные цензы

 «ЦЕЛЬ НОМЕР ОДИН» («ZERO DARK THIRTY»), 2013 г.

• Без возрастных ограничений: Италия, Франция;

• От 16-ти лет: Швейцария, Германия, Россия.

«ДЖАНГО ОСВОБОЖДЕННЫЙ» (2013 г.)

• Без ограничений: Италия;

• От 12 лет: Франция;

• От 16 лет: Швейцария, Германия, Нидерланды;

• От 18 лет: Норвегия, Ирландия, Россия.

«ГОРБАТАЯ ГОРА» (2006 г.)

• От 7 лет: Швеция;

• От 12 лет: Германия;

• От 14 лет: Италия, Швейцария;

• От 18 лет: Ирландия, Россия.

(Источник: IMDb)

Швейцария создает комиссию…

Возрастные ограничения на просмотр тех или иных фильмов отличаются в зависимости от страны и даже, как это видно на примере Швейцарии, региона. Введение тех или иных возрастных категорий зависит, как правило, от экспертных оценок психологов-профессионалов и педагогов, от региональных особенностей в плане трактовки вопросов морали и нравственности, и, не в последнюю очередь, от «административного ресурса» продюсеров и прокатчиков.

Италия и Франция, например, отличаются большей свободой общественных нравов в отличие от стран севера Европы. Порой даже самые откровенные фильмы здесь не подлежат никаким ограничениям. В Швейцарии начиная с 1 января 2013 года вопросами возрастных ограничений в кино занимается федеральная «Швейцарская комиссия по защите интересов юношества в кино» («Schweizerische Kommission Jugendschutz im Film»). Единственными исключениями остаются кантон Тичино, который отказался подписывать конвенцию, на основе которой эта комиссия была создана, и кантон Цюрих, который предпочел и дальше действовать на основе своих собственных кантональных положений. Будучи полноправными и суверенными участниками швейцарской федеративной системы, эти субъекты федерации имели полное на это право.

«Швейцарская комиссия по защите интересов юношества в кино» была создана с единственной целью, а именно, устранить существовавший в Швейцарии полный разнобой в плане установления возрастных ограничений в кинотеатрах. Ярким примером стал в данном случае фильм «Гарри Поттер и узник Азкабана», который, в частности, в Женеве был допущен для детей от 12-лет в сопровождении взрослых, тогда как в Базеле этот же фильм могли видеть дети от 8-ми лет, но тоже в компании с совершеннолетними сопровождающими.

Кинематографическое отечество в опасности?

Впрочем, есть фильмы, в отношении которых изначально было очень трудно найти какой-то общий знаменатель. «Влажные области», безусловно, относится именно к таким лентам. Дискуссии начались даже изначально не вокруг собственно картины, а в связи с решением немецко-швейцарских прокатчиков ввести у себя действующие в Германии нормы «FSK». По мнению Марко Баудино тут существуют две фундаментальные проблемы.

«Во-первых, нормы „FSK“ в Германии были сформулированы продюсерами, прокатчиками и владельцами кинотеатров, интересы которых выглядят порой совсем иначе, нежели интересы психологов, социальных работников или родителей. Кроме того, в Германии все фильмы синхронизируются на немецкий, и в зависимости от той или иной редакции синхрона решения о возрастном допуске могут быть разными. В Швейцарии же эти же фильмы могут быть показаны и на английском, в, так сказать, непричесанном оригинальном виде. А потому формальное возрастное ограничение может не отвечать реальному содержанию картины».

Клод Рюэй (Claude Ruey), председатель организации «Pro Cinema Schweiz», также довольно резко раскритиковал решение немецкоязычных прокатчиков перенять нормы «FSK». Дискуссии в этой области идут дальше и на уровне федеральной «Комиссии по защите юношества» («Jugendschutz-Kommission»), что подтверждает председатель этой структуры Фабрис Вильямо (Fabrice Wulliamoz). «Итоги первых 9-ти месяцев (действия в Швейцарии норм „FSK“) выглядят пока неоднозначно. Велика опасность, что этот проект потерпит поражение, пусть даже мы и убеждены в его важности. Швейцарские прокатчики ведь сейчас регистрируют тенденцию к общему подъему минимального возраста для определенных картин, и очень этим обстоятельством недовольны».

Защитить детей…

Как всегда у любой медали есть и другая сторона. В эпоху интернета, когда двумя кликами компьютерной мыши можно без труда добыть куда более откровенные изображения, нежели фильм «Влажные области», невольно возникает вопрос, насколько вообще осмысленны какие-либо запреты и ограничения?

Психолог Катрин Крененбюль (Catherine Krähenbühl), так же являющаяся членом федеральной «Комиссии по защите юношества», считает, что «как раз по той причине, что в других контекстах никаких сравнимых фильтров нет, общество со своей стороны должно дать четкий сигнал. Несовершеннолетние должны быть защищены от изображений, который могут оказать негативное влияние на их развитие; они ведь не обладают такими же, как взрослые, механизмами анализа и ментальной самозащиты».

В Швейцарии фильмы, в которых речь идет о насилии или наркотиках, которые находятся на грани порнографии или сомнительны с точки зрения человеческого достоинства, допущены для просмотра только с 16-ти лет. Совсем уж «проблемные» фильмы допущены только с 18-ти лет.

«Особую озабоченность вызывает даже не опасность, что молодежь попытается повторить дома или на улице то, что они увидели в кино, а тот факт, что во многих фильмах ненормативное поведение выставляется в формате нормы, что насилие получает какое-то оправдание и даже стремится вызвать у людей позитивные эмоции», — говорит Натали Гуидотти (Nathalie Guidotti), психотерапевт из Тичино, член кантональной комиссии «Кино и юношество».

С образовательной миссией

Впрочем, во всех этих комиссиях в Швейцарии работают люди со здравым смыслом. Они понимают, что такое юмор, что насилие насилию рознь и показывать его можно по-разному. «В фильме „Джанго Освобожденный“ Квентина Тарантино, например, насилие показано в качестве гротеска, оно не является некоей творческой константой», — говорит Натали Гуидотти.

«Есть еще насилие, показанное в историческом контексте, и тогда даже сцены, которые по сути вызывают отрицательные эмоции, полностью обоснованы, потому что они являются ключом к пониманию реальности», — подчеркивает ученая. Похожим образом можно было бы аргументировать в случае швейцарской картины «L’enfant d’en haut» (дословно — «Ребенок сверху», в немецкоязычном прокате картина шла под названием «Winterdieb» — «Зимний вор») Урсулы Майер (Ursula Meier).

«Мальчишка, ворующий у туристов лыжи, мог бы быть плохим примером для остальных», — говорит К. Крененбюль. «Однако в фильме есть четко прорисованный моральный посыл, а потому мы решили показывать его «от 12-ти лет». Остается отметить, что в либеральной Швейцарии количество фильмов, ограниченных к показу в молодежной аудитории, в год можно пересчитать по пальцам.

Впрочем, абсолютно запрещенными, даже для показа в залах специализированных секс-кинотеатров, остаются, например, фильмы со сценами педофилии и скотоложества. «Любой человек, который владеет, покупает, продает или арендует к просмотру такие фильмы, может стать в Швейцарии объектом уголовного преследования», — говорит М. Баудино. «В фильме „Влажные области“ что-то близкое к этому есть только в одной сцене, которая, слава богу, показана не полностью».

Три вопроса Карле Юри

Карла Юри родилась и выросла в Швейцарии, в кантоне Тичино. Сегодня эта талантливая актриса является одной из главных надежд швейцарского кино.

Будучи в возрасте всего 27 лет, она уже успела дважды выиграть швейцарскую кинопремию «Quarz»: за главную роль в киноверсии швейцарского мюзикла «Eine wen iig — dr Dällebach Kari» (реж. Ксавьер Коллер / Xavier Kolller, 2012 г.), и за лучшую роль второго плана в фильме швейцарско-турецкого режиссера Чихана Инана (Cihan Inan) «180 градусов», 2011 г.

В фильме «Feuchtgebiete» («Влажные области») она воплощает образ Хелен, главной героини одноименного романа Шарлотты Роше (Charlotte Roche).

swissinfo. ch: Что бы Вы могли сказать критикам, которые считают этот фильм «вульгарной чернухой»?

Карла Юри (Carla Juri): Честно говоря, с такой оценкой я совершенно не согласна. СМИ как всегда выхватили из фильма пару сцен и ограничились ими, сведя к ним всю картину вообще. Но если бы фильм был действительно такой гадостью, как они пишут, то, поверьте, участвовать в нем я бы не стала. То, как ведет себя в фильме главная героиня Хелен, не является какой-то сознательной провокацией. Она является молодой женщиной, которая чувствует себя отторгнутой родителями и обществом, а потому делает все возможное, чтобы забыть боль и проверить «на вшивость» тех, кто ей близок. Хелен рассматривает себя в качестве такой странной бактерии, и в этом смысле она ведет себя почти как ученый-исследователь.

swissinfo. ch: Некоторые сцены в фильме, cкажем так, весьма откровенны. Насколько оправдано их присутствие в фильме?

К. Ю.: Местами фильм, в самом деле, может быть внешне неприглядным, особенно там, где речь идет о всяческих телесных недугах Хелен. Для меня же этот фильм является историей очень одинокой женщины, которая еще не разу не познала ощущения признания со стороны других. И поэтому у нее иное отношение к своему телу, к гигиене, к проблеме внешней привлекательности.

swissinfo. ch: Как Вы готовились к этой роли?

К. Ю.: Как раз с внешности я свою подготовку и начала. Я обрезала волосы, присоединилась к старшему классу средней школы, чтобы вспомнить, как там оно все бывает, причем никто так и не догадался, что я актриса, а не выпускница. То есть уже на этой стадии я на собственной шкуре испытала, что значит быть такой, как Хелен в фильме. Я должна была научиться понимать ее боль и управлять этой болью потом так, чтобы внешне выглядеть совершенно беззаботной. Да, Хелен предпочтет переспать с каким-нибудь идиотом, но все от того, что она жутко боится быть в постели в одиночестве. Это происходит только из-за боязни быть одной, данное обстоятельство и впечатлило меня в этом образе больше всего.

Перевод с немецкого и адаптация: Игорь Петров.