СМИ Швейцарии: устойчивость Украины, Иран, культурная экспансия Москвы
В нашем обзоре: устойчивость Украины, реакция Москвы на кризис вокруг Ирана и российская политика на европейском направлении в сфере культуры.
Газета Neue Zürcher Zeitung пишет о том, как Украина спустя четыре года войны сохраняет устойчивость — несмотря на тяжёлые потери, демографический спад и сокращение масштабов западной помощи. Общественная телерадиокомпания SRF рассматривает реакцию российского общества и Кремля на кризис вокруг Ирана и возможные его последствия для войны в Украине и мировой энергетики. Газета Freiburger Nachrichten обращается к культурному измерению российской внешней политики, показывая на примере музыкальной жизни Европы и Швейцарии, как культурные проекты и финансирование за счет денег олигархов могут использоваться в качестве инструмента оказания политического влияния на западные общества.
Устойчивость Украины
Газета Neue Zürcher ZeitungВнешняя ссылка опубликовала аналитическую колонку политологов Андреаса Умланда и Юлии Сюбровской о положении Украины спустя четыре года после начала полномасштабного российского вторжения. Авторы отмечают: вопреки первоначальным прогнозам многих западных наблюдателей о быстром крахе Украины страна смогла сохранить устойчивость — как в военном, так и в социально-экономическом плане.
В тексте подчёркивается, что 2025 год оказался самым тяжёлым для гражданского населения. По данным Мониторинговой миссии ООН по правам человека, в прошлом году в результате российских обстрелов и бомбежек погибли 2 514 мирных жителей, более 12 тысяч получили ранения, это на 31% больше, чем годом ранее. Тем не менее украинское общество демонстрирует высокую степень устойчивости: согласно опросу Киевского международного института социологии около 65% граждан готовы продолжать войну «столько, сколько потребуется».
Авторы материала считают, что такая установка объясняется не только «вынужденным оптимизмом», но и реальной адаптацией общества и экономики к условиям войны. После резкого падения в 2022 году украинская экономика частично восстановилась: в 2025 году рост ВВП составил около 2%. При этом она сталкивается с серьёзными ограничениями — разрушенной инфраструктурой, нехваткой рабочей силы и электроэнергии. Торговый дефицит увеличился, поскольку импорт почти вдвое превышает экспорт. Инфляция составила около 8%, однако деловые и потребительские ожидания по сравнению с предыдущим годом улучшились.
Отдельное внимание авторы уделяют военному измерению ситуации. По их оценкам, начиная с 2022 года Украина потеряла около 55 тысяч военнослужащих. В 2025 году война окончательно приобрела позиционный характер: продвижение на фронте даётся ценой больших потерь, а дефицит солдат становится проблемой не только для Украины, но и для России. В 2026 году оборонный бюджет Украины может достичь 2,8 триллиона гривен — около 27% ВВП.
Важным фактором устойчивости авторы считают быстрое развитие украинского военно-промышленного комплекса. Страна стала одним из мировых лидеров по разработке относительно дешёвых беспилотников и активно расширяет производство иных систем вооружений. Однако сохраняются и серьёзные проблемы — прежде всего речь идет о дефиците в области противовоздушной и противоракетной обороны.
В статье также подчёркиваются демографические последствия войны. На территории, контролируемой Киевом, сейчас проживает около 30,5 миллиона человек — примерно на семь миллионов меньше, чем до полномасштабного вторжения. Более четырёх миллионов украинцев находятся в странах ЕС, сотни тысяч — в США и Канаде. При этом часть беженцев уже возвращается, несмотря на продолжающиеся боевые действия.
Авторы признают, что Украина сталкивается с серьёзными внутренними проблемами — демографическим спадом, социальной напряжённостью, сложной социальной реинтеграцией ветеранов и с экономическими трудностями. Однако государственные институты, по их оценке, сумели в сотрудничестве с гражданским обществом сохранить базовую социальную стабильность. Одним из источников общественного оптимизма остаётся перспектива интеграции в Европейский союз. Главный вывод статьи заключается в том, что устойчивость Украины стала одним из неожиданных итогов войны.
При этом авторы обращают внимание на сокращение западной поддержки в 2025 году, прежде всего из-за почти полного прекращения американской помощи, при том, что европейская поддержка лишь частично компенсировал этот спад. По мнению авторов, в 2026 году западным странам необходимо усилить военную и экономическую помощь Украине. Они считают, что устойчивость украинского государства и общества показывает: такие инвестиции способны привести к долгосрочной стабилизации и, в перспективе, к «справедливому миру» между Украиной и Россией.
Россия, Иран и когнитивный диссонанс
Швейцарская общественная телерадиокомпания SRFВнешняя ссылка публикует анализ реакции российского общества и Кремля на обострение вокруг Ирана и гибель верховного лидера страны — аятоллы Али Хаменеи.
Все эти события на Ближнем Востоке активно обсуждаются в России, особенно же сильный отклик вызывают кадры ударов иранских ракет и беспилотников по целям в странах Персидского залива.
Для многих россиян это выглядит парадоксально: например, Дубай остаётся одним из самых популярных зарубежных направлений отдыха для состоятельных россиян. Там проводят свои отпуска популярные российские блогеры, спортсмены и представители политических элит. Поэтому удары по городам региона, где расположены популярные у россиян гостиницы и рестораны, вызывают у части русскоязычной аудитории своеобразный «когнитивный диссонанс».
Вопрос о том, насколько происходящее может напрямую затронуть Россию, остаётся открытым. Многое будет зависеть от исхода конфликта и судьбы иранского режима.
Хотя Иран и считается союзником Москвы, это сотрудничество во многом носит прагматический характер. В первые годы войны против Украины Тегеран поставлял России беспилотники и боеприпасы, однако сегодня российская промышленность уже наладила собственное производство таких систем и диверсифицировала источники поставок вооружений. Иран также играет роль важного звена в составе транспортного коридора «Север — Юг», связывающего Россию с рынками Азии. Этот коридор активно используется для обхода западных санкций.
Однако, как отмечает SRF, Москва располагает и альтернативными логистическими маршрутами, поэтому возможные политические перемены в Тегеране не обязательно станут критическим ударом для российской экономики. При этом Кремль внимательно оценивает потенциальные выгоды от этого кризиса. Одним из таких факторов может стать рост мировых цен на нефть, способный поддержать российский военный бюджет.
Кроме того, если Соединённые Штаты будут вынуждены перебросить системы противовоздушной обороны для защиты стран Персидского залива, европейским государствам станет сложнее закупать такие системы для последующей их передачи Украине.
Несмотря на это, российские власти резко осудили удар, назвав его «нарушением международного права». Как отмечает SRF, подобная реакция имеет и свою внутриполитическую логику: Москва болезненно воспринимает ситуации, в которых она оказывается не в состоянии оказать помощь своим союзникам. Подобные эпизоды уже происходили ранее — например, в отношениях с Сирией или Венесуэлой. Особенно эмоционально в Кремле отреагировали на гибель иранского лидера. Президент России Владимир Путин выступил с жёстким осуждением, тогда как в других кризисных ситуациях, например вокруг Венесуэлы, его публичные заявления были гораздо сдержаннее.
По оценкам телеканала, тема насильственной смены режимов в других странах остаётся «чувствительной» для российского руководства, поскольку Владимир Путин неоднократно высказывал опасения, что подобные сценарии могут быть применены и против России. В центре всей ситуации, по мнению SRF, оказывается политика президента США Дональда Трампа.
С одной стороны, в Москве рассчитывают, что его курс может сыграть России на руку в украинском конфликте: на поле боя российское продвижение буксует и давление США на Киев способно изменить баланс в пользу Москвы. С другой стороны, действия Трампа против союзных России авторитарных режимов противоречат ожиданиям Кремля.
Ещё недавно в Москве надеялись, что Дональд Трамп будет рассматривать Россию как равную мировую державу и признает её право на собственную сферу влияния. Однако последние события показывают, что эта логика не работает.
Куда ведут мосты российской кульуры?
Газета Freiburger NachrichtenВнешняя ссылка публикует материал о том, как российская государственная культурная политика используется в качестве инструмента влияния — в том числе посредством проникновения в ткань музыкальной жизни Европы и Швейцарии. Поводом для статьи стало исследование австрийского политолога Мартина Малека, опубликованное на специализированном портале opern-news.
В центре внимания — устойчивое представление о том, что культура находится вне политики и служит «мостом между народами». Этот тезис особенно часто звучал в последние годы в дискуссиях вокруг российской оперной певицы Анны Нетребко и других артистов, продолжавших несмотря на агрессию России против Украины выступать на западных сценах. Однако, как показывает исследование Мартина Малека, российское государство рассматривает культуру иначе — как инструмент внешней политики. Анализируя официальные документы Кремля, Мартин Малек отмечает, что уже с начала 2000-х годов российская власть определяла культуру как неотъемлемую часть международной стратегии.
В этих документах культурная дипломатия напрямую связывается с повышением эффективности внешней политики и с продвижением российских политических интересов за рубежом. Более того, в ряде стратегических документов культура рассматривается в контексте национальной безопасности: утверждается, что угрозы на культурном поле исходят прежде всего из западных стран. Одновременно российская культурная политика призвана формировать благоприятный образ страны за границей. Даже после начала полномасштабной войны против Украины в официальных заявлениях Москвы подчёркивалось, что международный культурный обмен должен способствовать формированию «объективного образа России как дружелюбного и демократического государства, открытого к взаимодействию с культурами других народов».
Как отмечает автор статьи, именно эту аргументацию в течение многих лет охотно принимали западные культурные институции. В исследовании также говорится, что российская культурная политика встроена в более широкую комплексную идеологию националистического и милитаризированного характера. В этом контексте культура рассматривается не только как средство обмена, но и как инструмент идеологической поддержки войны. Разрушение украинских культурных объектов — театров, библиотек и музеев — автор связывает с той же логикой.
Американский историк Энн Апплбаум, выступая на Зальцбургском фестивале, отмечала, что уничтожение украинской культуры является одной из целей российской войны, поскольку разрушение культурной инфраструктуры способно подорвать национальную идентичность.
Отдельная часть статьи посвящена Швейцарии. В течение многих лет российская музыка занимала заметное место на крупнейших музыкальных площадках страны. Значительную роль в этом играли влиятельные фигуры, такие как Мартин Энгстрём, руководитель Verbier Festival, Миша Дамев, возглавлявший фонд Migros-Classics и фестиваль Septembre Musical, а также базельский музыкальный менеджер Томас Юнг.
Все они поддерживали тесные профессиональные связи с дирижёром Валерием Гергиевым, которого автор статьи называет одним из главных культурных представителей Владимира Путина на международной сцене.
До начала войны российское присутствие было заметно и в Люцерне. Интендант Люцернского симфонического оркестра Нума Бишоф создал фестиваль Zaubersee, проходивший с 2012 по 2021 год и посвящённый русской музыке и российским исполнителям. Финансовую поддержку многим культурным проектам оказывали российские бизнесмены.
В числе спонсоров назывались Геннадий Тимченко, поддерживавший проекты в Вербье, Дмитрий Фирташ, участвовавший в финансировании мероприятий в Люцерне, а также миллиардер Виктор Вексельберг, выступавший меценатом на самых разных площадках. Как отмечает автор статьи, в культурной среде долгое время действовал аргумент, что деньги олигархов, даже если их происхождение и вызывает вопросы, лучше направлять на поддержку искусства, чем на военные цели. Однако, как показывает исследование Малека, такой подход игнорировал важный факт: культура сама по себе может быть частью политического инструментария государства и использоваться для продвижения его интересов за рубежом.
Внешний контент
Ваша подписка не может быть сохранена. Пожалуйста, попробуйте еще раз.
Почти все закончено, еще немного… Вам необходимо подтвердить Ваш электронный адрес Для завершения процесса подписки, пожалуйста, пройдите по адресу, который мы Вам выслали по электронной почте
Самые интересные заголовки этой недели в СМИ Швейцарии:
Бойкот церемонии открытия Паралимпийских игр разрастаетсяВнешняя ссылка
Зеленский: получили запрос о помощи от США из-за иранских дроновВнешняя ссылка
Конфликт обостряется: Украина обвиняет Венгрию в захвате заложников и кражеВнешняя ссылка
Если у Вас есть свое мнение или если Вы хотите, чтобы мы осветили какую-либо тему, то вот Вам наш электронный адрес: russian@swissinfo.ch.
Следующий обзор швейцарской прессы мы пришлем Вам 16 марта 2026 года. А пока удачной новой недели и, конечно же, информативного чтения!
Обзор прессы подготовил Игорь Петров, бильдредактор — Людмила Клот.
В соответствии со стандартами JTI
Показать больше: Сертификат по нормам JTI для портала SWI swissinfo.ch
Обзор текущих дебатов с нашими журналистами можно найти здесь. Пожалуйста, присоединяйтесь к нам!
Если вы хотите начать разговор на тему, поднятую в этой статье, или хотите сообщить о фактических ошибках, напишите нам по адресу russian@swissinfo.ch.