Зачем нужны экстренные резервы продуктов питания?

Египет, крупнейший в мире импортёр пшеницы, из-за российской полномасштабной агрессии против Украины был вынужден радикально поменять свою продовольственную стратегию и начать больше полагаться на собственный потенциал. EPA / Khaled Elfiqi

Лишь около тридцати стран мира сознательно формируют стратегические запасы продуктов питания, в частности зерна — в их числе и Швейцария. Мы рассмотрели политику и условия накопления таких резервов в разных странах, проанализировали слабые стороны глобальной системы поставок продовольствия — и оценили роль мукомольных комбинатов.

После нескольких неурожайных лет с редкими дождями Ирак сумел наконец накопить достаточные запасы пшеницы. Сегодня они составляют около 5,5 млн тонн — этого хватит, чтобы кормить страну в течение года. Но при этом ежегодно Ирак вынужден импортировать пшеничной муки на сумму примерно в 750 млн долларов США, или 600 млн швейцарских франков.

Причина проста: в стране не хватает складов и мукомольных комбинатов для переработки и хранения собственного зерна. Летом 2025 года премьер-министр Ирака Мухаммед Шиа аль-Судани (Mohammed Shia Al-Sudani) открыл в провинции Бабил новый мукомольный комбинат, построенный иракской компанией Etihad Group. Провинция Бабил (Babil) расположена в центральном Ираке, примерно в ста километрах к югу от Багдада.

Административный центр — город Эль-Хилла (Al-Hillа). Этот регион, известный как территория того самого древнего Вавилона, сегодня играет очень важную роль в сельском хозяйстве страны. Новый комбинат рассчитан на выпуск до 1 млн тонн муки высшего качества в год — примерно половины от всего национального потребления. Это предприятие оснащено шестью производственными линиями от швейцарской компании Bühler.

Премьер-министр Ирака Мухаммед Шиа аль-Судани (Mohammed Shia Al-Sudani) 19 июня 2025 года открывает мукомольный комбинат компании Etihad Group в центре провинции Бабил. Etihad Group Etihad Group

По данным концерна, на оборудовании Bühler ежедневно производятся продукты питания, которыми пользуются около 2 миллиардов человек по всему миру. Спрос на такие технологии, подчёркивают в компании, особенно растёт на Ближнем Востоке и в Африке, где проблема продовольственной безопасности стоит наиболее остро. В годовом отчёте за 2024 год концерн Bühler отмечает: «Подразделение Milling Solutions, крупнейшее в структуре компании, показало двузначный рост продаж (725 млн швейцарских франков, 910 млн долларов США, +17,1%) и достигло благодаря целой серии крупных мировых проектов в области переработке зерна нового рекорда».

За последние два года концерн получил заказы более чем на 150 проектов по строительству мукомольных комплексов общей мощностью 30 000 тонн в сутки — этого достаточно, чтобы ежедневно обеспечивать хлебом около 60 млн человек. «Сегодня мы имеем совпадение сразу нескольких факторов. Во-первых, в странах вроде Нигерии, Пакистана и Индонезии население растёт очень быстро, и правительства вынуждены искать способы как-то накормить своих граждан, — поясняет Томас Видмер (Thomas Widmer), руководитель направления по переработке зерна в Bühler, в интервью swissinfo.ch. — Во-вторых, спрос на наши технологии подстегнули и глобальные события: пандемия Covid-19, война в Украине и шестидневная блокада Суэцкого канала контейнеровозом Ever Given».

Только из-за одного судна

Напомним, что контейнеровоз Ever Given длиной 400 метров и водоизмещением 220 000 тонн входит в число крупнейших судов такого типа в мире. В марте 2021 года он из-за сильного ветра и песчаной бури сел на мель в одном из самых узких участков Суэцкого канала и полностью перекрыл движение по каналу. Чтобы снять судно с мели, понадобилось шесть дней. Этот простой обернулся спадом мировой торговли зерном примерно на 0,3% — и всё это из-за одного корабля.

По оценкам британского аналитического центра Chatham House, по Суэцкому каналу перевозятся примерно 15% глобального объема торгового зерна. Такая зависимость от нескольких таких «узких мест» означает, что любой сбой мгновенно сказывается на глобальных поставках продовольствия. В докладеВнешняя ссылка Конференции ООН по торговле и развитию (UNCTAD) отмечается: к середине 2024 года объём перевозок через Панамский и Суэцкий каналы — а это две важнейшие мировые торговые артерии — сократился более чем наполовину по сравнению с прежними пиковыми значениями.

Спутниковый снимок: несколько буксиров и землеройная техника работают вокруг контейнеровоза Ever Given, застрявшего в Суэцком канале, Египет, 27 марта 2021 года. EPA / Maxar Technologies

Причины очевидны: в Панамском канале из-за климатических изменений резко упал уровень воды, а в районе Красного моря вспыхнули вооружённые конфликты, что осложнило движение судов через Суэцкий канал. В такой ситуации доставлять продукты питания в нужном объёме, в нужное время и в нужное место становится все сложнее. Именно поэтому с точки зрения обеспечения глобальной продовольственной безопасности так называемые «стратегические запасы зерна» (Strategic Grain Reserves, SGR) приобретают всё большее значение.

Об этом говорится, в частности, в докладе Всемирного банка, Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (FAO) и Всемирной продовольственной программы ООН (WFP), опубликованном в апреле 2025 года. Под «стратегическими резервами» понимаются государственные запасы зерна и продовольствия, создаваемые на случай резких перебоев в торговле или сбоев в цепочках поставок. Эти резервы можно использовать для стабилизации рынка при краткосрочных кризисах, для программ скорой продовольственной помощи или в качестве чрезвычайного фонд для распределения среди населения в условиях острой нехватки хлеба.

Даже благополучные страны создают резервы

Интерес к созданию таких запасов проявляют теперь и даже вполне благополучные страны. После начала российской агрессии против Украины и резкого роста цен на продукты Норвегия — страна, которая ещё в 2005 году полностью ликвидировала свои зерновые резервы, — вернулась к этой старой практике. В 2024–2025 годах там планируется на стратегическое хранение заложить 30 000 тонн зерна. Для этого государство будет ежегодно выделять около 63 млн норвежских крон (5 млн швейцарских франков), заключая контракты с частными компаниями. Эти резервы рассчитаны на обеспечение потребностей примерно 5,6 млн человек.

«Сегодня мы наблюдаем во всём мире активное возрождение интереса к созданию стратегических зерновых резервов», — отмечает Томас Видмер (Thomas Widmer). Швейцария, например, хранит обязательные продовольственные резервы ещё со времён холодной войны. В стране действует правило: в любой момент у страны должны быть запасы, достаточные на три — четыре месяца: речь идет о твёрдой пшенице, рисе, сахаре, растительных маслах и жирах, а также кофе. Хранением резервов в Швейцарии, получая за это бюджетную компенсацию, занимаются около ста компаний, включая мукомольные комбинаты.

В пересчёте на одного жителя такие резервы обходятся примерно в 7 швейцарских франков в год. Подобные системы действуют и в других развитых странах, например в Южной Корее, Японии и Саудовской Аравии. Но большинство из примерно трех десятков государств, где существуют официальные стратегические запасы продовольствия, — это страны с низким или средним уровнем доходов, зависимые от импорта базовых продуктов вроде пшеницы.

В Индонезии, к примеру, расходы на питание составляют около 20% семейного бюджета, а в Гане — более 50%. По данным за апрель 2025 года, российские домохозяйстваВнешняя ссылка в среднем тратят около 35 % своего дохода на продукты питания — это максимальный показатель за последние пять лет. В Украине, по оценкам ООН, около 7,3 млн человек (примерно 20 % населения, без учёта временно оккупированных Россией территорий) находятся в условиях умеренной или острой нехваткиВнешняя ссылка продуктов питания.

«Все страны имеют хоть какие-то запасы продуктов. Даже Йемен не обходится без них. Вопрос в другом — кто управляет этими резервами, и кто имеет к ним доступ», — поясняет Моника Тотова (Monika Tothova), ведущий экономист отдела торговли и рынков FAO. По её словам, стратегические запасы зерна нельзя рассматривать в качестве инструмента контроля цен или механизма, позволяющего накормить население в условиях кризиса. Обычно они невелики, рассчитаны на ограниченный срок и предназначены лишь для некоторой части населения. «Если речь идёт о богатом государстве Персидского залива, то оно, возможно, и сможет обеспечить продовольствием всех. Но в бедных странах такие резервы малы, и в случае реальной катастрофы их можно будет направить только самым нуждающимся», — добавляет Моника Тотова.

Не складывать все яйца в одну корзину

Создание и поддержание продовольственных резервов — задача дорогостоящая и логистически непростая. Необходимо закупать огромные объёмы зерна, обеспечивать их безопасное хранение и защиту, причем долгие годы. Зерно при правильных условиях может храниться десятилетиями, поскольку формального срока годности у него нет. Но если нарушается технология хранения, то появляется риск заражения вредителями: мыши, насекомые и влага способны испортить запасы и привести к серьёзным потерям.

В 2024 году Швейцария за хранение обязательных резервов заплатила частным компаниям 60,3 млн франков. Другие страны предпочитают инвестировать в собственные склады и мукомольные комплексы — либо чтобы сократить расходы, либо потому что подходящих частных партнёров у них просто нет. Компании вроде концерна Bühler, предлагающие такие решения, чтобы получить выгодные государственные заказы, прицельно адаптируют свои технологии к местным условиям. «Государственный элеватор или мукомольный комбинат работает совсем иначе, чем специализированная частная фирма, обслуживающая нишевый рынок. Кроме того, вид производимой ими муки определяется местными пищевыми привычками: мука — не унифицированный продукт, её состав зависит от региона», — поясняет Томас Видмер (Thomas Widmer) из компании Bühler.

Контроль качества зерна в силосном хранилище № 2 компании Rhenus Logistics в Базеле. Предприятие входит в число около ста компаний, ответственных за хранение обязательных продовольственных резервов Швейцарии. Keystone / Georgios Kefalas

В зависимости от готовности строительной площадки на то, чтобы построить современный склад и мукомольный комплекс, компании Bühler требуется от 12 до 18 месяцев. «Общее правило здесь одно: если принято решение вкладываться в инфраструктуру, то её нужно возвести, запустить и сделать рентабельной как можно быстрее», — добавляет Томас Видмер. А как обстоят дела в странах, у которых нет собственных стратегических продовольственных резервов? Экономист FAO Моника Тотова (Monika Tothova) рекомендует таким государствам диверсифицировать источники импорта.

Ангар для хранения зерна, повреждённый в результате российского ракетного удара в регионе Песочин (Пісочи́н) под Харьковом, Украина, 26 февраля 2024 года. EPA / Yakiv Liashenko

По данным полугодового отчёта FAO Food Outlook за июнь 2025 года, ещё в 2021 году сорок стран-неттоимпортёров пшеницы на 30% зависели от поставок из России и Украины. В 2024 году эта доля выросла уже до 49%, и это несмотря на войну. Так, Армения, Грузия и Монголия полностью опирались на российские поставки, а Турция, Пакистан и Израиль получали почти весь импорт из России и Украины. «Нельзя складывать все яйца в одну корзину — но именно это и имело место в 2022 году. Так что с началом войны в Украине многие страны впали в панику: они попросту не знали, где им теперь закупать хлеб», — отмечает Моника Тотова.

Русскоязычная оригинальная версия материала создана, адаптирована и отредактирована русскоязычной редакцией Swissinfo / ип / нк / ап.

Также по теме: