Война с Ираном: были ли переговоры в Женеве обречены на провал?

В субботу 28 февраля 2026 года Израиль и США начали масштабную военную операцию против Ирана. Keystone

В субботу 28 февраля США начали масштабную военную операцию против Ирана. Накануне, в четверг и пятницу, в Женеве проходили консультации между представителями Вашингтона и Тегерана по иранской ядерной программе. Несмотря на заявления о прогрессе, какого-либо соглашения выработано не было.

Поздно вечером в четверг 26 февраля 2026 года министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи (Abbas Araghchi) сообщил в социальных сетях о «прогрессе», достигнутом после многочасовых «интенсивных» переговоров. По его словам, после двух раундов консультаций в Женеве диалог должен был продолжиться. Он также упомянул о технической встрече в Вене, запланированной на «ближайшие дни».

В пятницу 27 февраля министр иностранных дел Омана Бадр аль-Бусаиди (Badr al-Busaidi), выступавший посредником, приветствовал «значительный прогресс», достигнутый на берегу Женевского озера. Однако уже в субботу утром президент США Дональд Трамп (Donald Trump) объявил о начале военной операции Epic Fury («Эпический гнев»). США и Израиль совместно нанесли по Ирану серию авиаударов. В результате были убиты несколько высокопоставленных представителей иранского режима, включая верховного лидера Али Хаменеи (Ali Khamenei), руководившего страной с 1989 года.

Дипломатия не сработала?

«Трамп исходил из того, что удар по Ирану позволит добиться большего, чем продолжение переговоров», — считает Сайрус Шайег (Cyrus Schayegh), профессор Женевского института международных отношений (Geneva Graduate Institute). По его оценке, американский президент воспользовался уязвимостью режима, ослабленного двенадцатидневной войной, начатой Израилем и США в июне прошлого года, а также кровавым подавлением демонстраций в начале текущего года. По данным неправительственных организаций, в ходе этой масштабной протестной волны были убиты десятки тысяч человек.

Читайте также:

В ходе женевских переговоров Вашингтон стремился добиться от Ирана полного прекращения реализации своей ядерной программы и отказа от обладания баллистическими ракетами большой дальности. Тегеран, со своей стороны, настаивал на праве развивать атомную энергетику в мирных целях и требовал отмены американских санкций, действующих с 2018 года и серьёзно подорвавших экономику страны. В обмен Иран предлагал ограничить уровень обогащения урана.

Три раунда переговоров при посредничестве Омана в начале года в Женеве и Маскате последовали за предыдущими контактами, которые были прерваны после американских и израильских ударов по иранским ядерным объектам в 2025 году. Обе стороны подошли к новому этапу консультаций с требованиями, которые выглядели несовместимыми. «Недоверие существовало. Но если бы одна из сторон считала переговоры лишь уловкой, она бы в них не участвовала», — размышляет Сайрус Шайег. По его мнению, проблема была в том, что американские требования не всегда были чётко сформулированы, в частности в отношении баллистической программы и поддержки региональных «прокси» Ирана — таких, как «Хезболла» в Ливане и хуситы в Йемене.

Неожиданный удар

По словам эксперта, Тегеран, вероятно, увидел в Женеве признаки прогресса и рассчитывал на продолжение переговоров. Это может объяснять недостаточную осторожность при организации в субботу 28 февраля совещания верховного лидера с высокопоставленными представителями режима. Как сообщила газета The New York Times, Центральное разведывательное управление США заранее получило информацию о месте проведения встречи и передало её Израилю, что позволило нанести удар по зданию, где находился Али Хаменеи.

Директор Института исследований мира Swisspeace Лоран Гётчель (Laurent Goetschel) отмечает, что атака в разгар переговоров не является исключением в международной практике. «Речь идёт об элементе внезапности», — говорит он. По его словам, переговоры могут также служить сигналом международному сообществу, что до последнего момента предпринимались попытки достичь соглашения, однако компромисс оказался невозможным.

Пока США и Израиль продолжали бомбардировки, Иран в субботу ответил ракетными ударами и атаками беспилотников по Израилю, а также по государствам Персидского залива, где размещены американские военные базы — Катару, Бахрейну, Кувейту и Объединённым Арабским Эмиратам. Погибли четыре американских военнослужащих, а также девять человек из числа гражданских лиц в Израиле и трое в Объединённых Арабских Эмиратах. По данным Иранского Красного Полумесяца, число погибших в Иране превышает 500 человек.

Возвращение к переговорам маловероятно

Цели Дональда Трампа остаются не до конца ясными. Президент США дал понять, что рассматривает возможность смены режима в Иране, но при этом подчёркивал, что не намерен разворачивать длительную наземную военную кампанию, подобную той, что США вели в Ираке после 2003 года. Ситуация вступает в фазу неопределённости с риском дальнейшей эскалации — особенно если государства Персидского залива поддержат американо-израильские действия. Саудовская Аравия ранее заявляла, что тоже может отреагировать в случае ударов по её нефтяной инфраструктуре.

По оценкам Сайруса Шайега боевые действия продолжатся «в ближайшие дни или недели», а возвращение к переговорам в обозримой перспективе маловероятно. Глава Совета национальной безопасности Ирана Али Лариджани (Ali Laridschani) заявил, что Тегеран не будет «вести переговоры» с США и готов к «долгой войне». По мнению Сайруса Шайега, для возобновления дипломатического процесса потребуется «переломный момент». Возможно, речь пойдёт о появлении в Иране более умеренного и прагматичного лидера, готового к уступкам Вашингтону.

«Однако всё будет зависеть от баланса сил между высокопоставленными представителями режима, которые пока остаются в живых. А похоже, что своё влияние сейчас усиливают как раз сторонники жёсткой линии, включая нового командующего Корпусом стражей исламской революции (КСИР) Ахмада Вахиди (Ahmad Vahidi)», — заключает швейцарский эксперт. На данный момент остаётся неизвестным, кто станет преемником верховного лидера. Каков же вывод? Переговоры в Женеве не были изначально фикцией. Но они велись в условиях взаимного недоверия, максималистских требований и стратегического расчёта на итоговый силовой вариант. В такой конфигурации шанс на компромисс существовал, но был более чем минимальным.

Русскоязычная версия материала создана с использованием искусственного интеллекта, затем адаптирована для целевой аудитории и прошла тщательную редакционную обработку и проверку журналистами SWI swissinfo.ch (ИП / НК / АП).