Гаитянские свадьбы в объективе Валери Берисвиль

Валери Берисвиль скучает сейчас у себя дома в регионе Бруа и беспокоится о тех, кто остался на Гаити: «Часто в Швейцарии мы не понимаем, что живем как в каком-то пузыре, отгородившись от мира». ©Thomas Kern/swissinfo.ch

Она выросла в мирной швейцарской глубинке, объездив затем полсвета и добравшись аж до Гаити. О том, свидетелем чего ей довелось стать, и о том, как проходят свадьбы на этом острове, ставшем для нее второй родиной, Валери Берисвиль (Valérie Baeriswyl) написала захватывающую книгу, проиллюстрированную не менее удивительными фотографиями.

Этот контент был опубликован 19 июня 2020 года - 07:00

Русскоязычную версию материала подготовила Людмила Клот.

«Когда я была маленькой, однажды на каникулах мы отправились на рынок, где родители разрешили нам, детям, самим выбрать себе что-то в подарок. Моя сестра попросила куклу Барби, мой брат — игрушечную машинку, а я захотела африканскую маску или барабан... В общем, это должно было быть непременно что-нибудь совсем необычное и нездешнее, привезенное издалека, другое». Дальние страны, невиданные места: они всегда пленяли ее воображение и притягивали к себе.

Почему? Она не знает! Но это всегда было именно так!  «Фотографией я увлеклась еще в 10-летнем возрасте. Отец, фотограф-любитель, делал снимки и сам же их проявлял. Он-то и обучил меня ремеслу. Фотолабораторию мы устроили в подвале, и я помню, как мама постоянно сердилась на нас, потому что она там стирала белье, а наше оборудование занимало слишком много места», — улыбается Валери.

В возрасте между 10 до 15 годами, когда другие девочки танцуют под магнитофонные записи своих поп-кумиров, Валери регулярно приглашала своих подруг (а порой и друзей тоже) на фотосессии, которые чаще всего проходили на фоне зеленых холмов ее родного региона Бройа (Broye), раскинувшегося сразу на два кантона, Во и Фрибур. «Идея состояла в том, чтобы на фото у меня люди выглядели красиво, в ярких и необычных нарядах, при особо выставленном свете. Получались милые постановочные фото. Результат моим моделям всегда нравился, как правило».

Зов дальних стран

И таким образом продолжалось до тех пор, пока ее тяга к необычным вещам и образам не превратилась в желание найти источники всего этого необычного и экзотического! Впрочем, может быть, такое желание подспудно жило в ее душе всегда? 

«Насколько я помню, у меня никогда не было предубеждений или страха по отношению к неизвестному. Я родилась в семье скорее домоседов, чем путешественников, но во мне всегда жило постоянное любопытство, желание познакомиться с новыми людьми, посмотреть, как они живут, разузнать, чем они занимаются, что едят»?

В 17 лет она с подругой отправляется в Болгарию. «Прикольно! А зачем вам туда? А где это?» Друзья реагировали кто пожатием плеч, а кто и настырными вопросами. Затем, получив среднее специальное образование по профессии делопроизводитель-архивариус, она взяла и махнула в Перу, в то время как ее ровесники готовились ярко провести первое взрослое лето в Римини или на Ибице.

«Выбор сделан немного наобум. У меня просто есть тетя-перуанка, которая как раз в тот момент там жила. Поэтому я и решилась туда поехать, причем я тогда не говорила ни на испанском, ни на английском». Поездка затянулась на пять месяцев: Валерия пропутешествовала по большей части южноамериканского континента с рюкзаком, без особого комфорта, зато познав все тяготы и лишения, характерных для такие «бюджетных» поездок. По ходу дела она отсняла 40 фотопленок, которые затем проявила по возвращении домой.

Первая выставка и первые свадьбы

«Еще из Перу я написала в мэрию моего родного городка Сант-Обен (St-Aubin), предложив устроить выставку фотографий в нашем местном деревенском замке. Даже не зная, что там будет на фотопленках, как видите, скромностью я не страдала! А потом мне просто понравилось устраивать выставки. И я организовывала их довольно много — по всему региону, в кафе, в библиотеках. Причем платила я за все сама: и за печать фотографий, и за рамки, и вначале все шло очень даже бодро, потому что у меня были семья и друзья, которые меня поддерживали. Но некоторое время спустя я как-то подустала...»

Поэтому, работая в библиотеке одного из вузов Лозанны, параллельно она начала освещать региональные мероприятия как фотограф для местных газет. Затем она стала ходить на свадьбы — вначале сопровождая друга-фотографа в качестве «второго объектива», которому поручается съемка небольшого репортажа в стиле making of, в то время как основная камера снимает молодоженов на церемонии в церкви, в мэрии и на свадебной вечеринке.

«Нет, свадебные фотографии — это совсем даже не кич. Люди приглашают тебя в свою жизнь, делят с тобой такие важные и счастливые моменты, это знак большого доверия. Не все хотели, чтобы я присутствовала во время свадебных приготовлений, но фотографии получаются особенно интересными, когда я могу все-все увидеть собственными глазами. За кулисами официальных торжеств люди естественны, можно подметить множество мелких деталей и особенных моментов, которые для фотографа бесценны».

От Парижа до Порт-о-Пренса

В 2011 году, в возрасте 26 лет, Валерия решила из фотографа-любителя стать профессионалом. «В компании людей, зарабатывавших снимками по выходным дням, мне было не по себе — каждый раз мне казалось, что я отбираю у кого-то из них хлеб, не имея на это права. Поэтому мне нужен был диплом». Так что она отправилась в Париж для обучения в фотошколе. Впрочем, впоследствии она признавала, что не припомнит, чтобы кто-то когда-то требовал у нее наличия диплома, но тренинг в области фотожурналистики ей понравился, потому что он «научил меня выстраивать нарратив и рассказывать историю». 

И неплохо, видимо, научил: Валерия выиграла Гран-при в категории студенческих работ на конкурсе журнала Paris Match за репортаж о француженке, перешедшей в ислам. Затем последовали поездки в Албанию, Среднюю Азию, Северную Африку, а перед тем она еще успела открыть для себя Южную Африку. В 2015 году она побывала в Доминиканской Республике, откуда, довольно-таки случайно, в результате целого ряда совпадений, пересекла границу с Гаити — одного из беднейших регионов земного шара и притом страны, которая претендует на звание старейшего независимого черного государства в мире. 

И так, достаточно неожиданно для себя самой, она обосновалась здесь надолго, возвращаясь в Швейцарию только на пару летних месяцев. «Порой я чувствую себя шизофреником, настолько это разные страны! Когда ты видишь ту роскошь, в которой мы живем в Швейцарии, те удобства, которые у нас есть... Ты даже не в состоянии понять, какое это счастье — иметь возможность ходить в школу, причем добираться туда по нормальной дороге, иметь больницы, которые работают и которые помогли справиться с коронавирусным кризисом. 

На Гаити люди не могут сидеть дома весь день, ведь, чтобы иметь что-то к ужину, нужно потрудиться днем, иначе к вечеру тебе даже поесть будет нечего. Большинство из них не имеют никаких денежных сбережений. Они живут в неформальной экономике. Так что о карантине им можно даже и не мечтать».

Белый человек на Гаити

В этом году пандемия заставила ее рано вернуться домой. Под настойчивым давлением семьи она была репатриирована как швейцарка, живущая за рубежом, хотя сама она предпочла бы остаться в Порт-о-Пренсе, чтобы стать свидетелем того, как город переживет карантин. Прибыв из Гаити во Францию, она натолкнулась на закрытые границы и месяц прожила в доме друга в коммуне Нуази-ле-Сек, расположенной в 93-м французском департаменте Сен-Сен-Дени (Seine-Saint-Denis) региона Иль-де-Франс. 

«Даже там, в этом столичном, казалось бы, пригороде, я видела, как в маленьких квартирках жили сразу по 12 человек, я видела тусовавшуюся на улице молодежь, у которой постоянно были разные разборки с полицией... И все это — не на другом конце света, а всего в четырех часах езды на скоростном поезде от Швейцарии. Так что на самом деле я думаю, что мы живем здесь как в каком-то пузыре, отгороженном от остального мира». 

В силу ее жизненного выбора и характера работы Валери действительно можно считать своего рода активисткой, хотя ее активность имеет скорее социальный характер — в политику она не вмешивается. «Быть фотожурналистом всегда означает иметь привилегию в виде возможности стать свидетелем какого-то события и рассказать маленькую историю внутри истории большой. Не все фотографии незабываемы и гениальны, но все они однажды станут источником информации для будущих поколений». 

А каково это — быть белым человеком на Гаити, в стране, которая уже стала для нее почти что родной? «Я не хочу это скрывать, не все всегда так просто. В большинстве случаев особых проблем нет, но учитывая бремя исторического прошлого этой страны и ущерб, наносимый ей международной помощью, порой небольшие „замечания“ в адрес белых и иностранцев в целом проскакивают. Но нередко достаточно в ответ пошутить на креольском, чтобы запал поспорить тут же утих. Учитывая то, чему чернокожие люди ежедневно подвергаются в других странах, на самом деле это все мелочи».

Поделиться этой историей