СМИ Швейцарии: парад 9 мая, слабость Москвы, литература и власть

По оценке Aargauer Zeitung, подготовка к нынешнему параду 9 мая в Москве свидетельствует не о силе, а о слабости и уязвимости Кремля. Keystone

Как постсоветское пространство выглядит в зеркале швейцарских печатных и электронных СМИ: наш регулярный мониторинг.

Газета Aargauer Zeitung пишет, что подготовка к параду 9 мая в Москве всё меньше похожа на демонстрацию силы и всё больше обнаруживает страх Кремля перед украинскими дронами и международную изоляцию России.

Обозреватель NZZ Андреас Рюш, в свою очередь, разбирает признаки того, что Россия теряет прежнее преимущество на фронте: весеннее наступление не состоялось, Украина усилила свои возможности в войне дронов, Москве всё труднее восполнять потери, а внешнеполитические расчёты Кремля не оправдываются.

Великодержавное самоупоение, репрессии, подмена реальности, присвоение языка властью — многое из того, что сегодня определяет Россию, давно уже было темами классической русской литературы. Об этом в своём материале рассказывает радио SRF.

Помогите нам улучшить наш обзор прессы

Уважаемые читатели, нам важно ваше мнение. Пожалуйста, уделите 2 минуты вашего времени, чтобы ответить на короткий опрос и помочь нам улучшить наши публикации. Опрос анонимен, все данные строго конфиденциальны.

👉Принять участие в опросеВнешняя ссылка

Парад 9 мая: главный российский ритуал

Сегодня Кремль использует память о 1945 годе уже не только как исторический миф о прошлом, но и как оправдание войны против Украины: российская пропаганда представляет нынешнюю агрессию как продолжение борьбы с «фашистским Западом». Keystone

По оценке Aargauer ZeitungВнешняя ссылка, подготовка к нынешнему параду 9 мая в Москве свидетельствует не о силе, а о слабости и уязвимости Кремля. Отсутствие тяжёлой военной техники и почти полное отсутствие высокопоставленных иностранных гостей говорят о крайне сложном положении Владимира Путина.

За 26 лет у власти Путин превратил День Победы в главный государственный ритуал современной России: парады становились всё более помпезными, медиа неделями готовили аудиторию к 9 мая, а победа над нацистской Германией стала ядром официальной российской идентичности. Сегодня Кремль использует память о 1945 годе уже не только как исторический миф о прошлом, но и как оправдание войны против Украины: российская пропаганда представляет нынешнюю агрессию как продолжение борьбы с «фашистским Западом».

Но в этом году, пишет Aargauer Zeitung, парад проходит в совсем другой ситуации. Украинские дроны и ракеты всё чаще достигают российской территории, включая объекты нефтегазовой инфраструктуры и цели даже в Москве. Объявленный Россией накануне праздника режим прекращения огня говорит не о миролюбии, а о страхе Кремля перед украинскими атаками. Провести большой парад с тяжёлой техникой означало бы фактически выставить напоказ возможные цели для дронов; отменить парад в последний момент стало бы для Путина символическим унижением. Газета подчёркивает и международную изоляцию Москвы.

Если раньше на 9 мая в Москву приезжали заметные иностранные лидеры, то теперь Путин, по сути, может рассчитывать прежде всего на Александра Лукашенко. Участие словацкого премьера Роберта Фицо остаётся под вопросом, в том числе из-за отказа ряда стран ЕС предоставить разрешение на пролёт его борта. Из всего этого правда отнюдь не следует, что Путин готов к настоящим мирным переговорам. Напротив, по его мнению, Кремлю всё труднее отступить. Война уже принесла России слишком много военных, экономических и человеческих потерь. Компенсировать их Путин может попытаться только победой. Поэтому газета ожидает не разрядки, а дальнейшей эскалации: усиления угроз в адрес НАТО и новых ударов по гражданской инфраструктуре Украины.

Телеканал SRF в своем комментарии добавляетВнешняя ссылка, что парад в Москве прошёл без тяжёлой военной техники: вместо неё показали видео с российскими частями на фронте в Украине. По оценке телеканала, Кремль, похоже, стремился как можно быстрее провести эту церемонию, чтобы не попасть под удар украинских дронов и ракет. Быстрый отъезд Путина после парада в бронированном автомобиле может усилить слухи о его страхе перед возможным покушением на него или перед внутриэлитным заговором. Так или иначе, на Западе сильно сокращённый формат праздника воспринимают как знак слабости.

Но в самой России это необязательно подорвёт позиции Путина: авторитарные режимы редко рушатся от чувства стыда. Для многих россиян, включая часть элиты, куда важнее не демонстрация имперской мощи, а возвращение к нормальной жизни. Тем временем интернет в Москве серьёзно ограничен, а экономика всё сильнее страдает от войны: население беднеет, борьба элит обостряется. И если раньше Путин выступал арбитром, регулируя отношения между разными группами влияния, но теперь он почти полностью сосредоточен на войне. Его явное удовлетворение от просмотра фронтового пропагандистского фильма вряд ли разделяют уставшие от войны россияне — как внутри элиты, так и за её пределами.

Россия теряет преимущество, но исход войны ещё не решён

Рабочие устраняют последствия ущерба на Дарницкой ТЭС в Киеве, Украина, после российского удара 4 февраля 2026 года. Sergei Grits / Keystone

В своём комментарии для газеты NZZ обозреватель Андреас Рюш (Andreas Rüesch) Внешняя ссылкаперечисляет пять признаков того, что Россия постепенно теряет прежнее преимущество в войне против Украины. Его главный вывод тем не менее осторожен: Москва сейчас находится в заметно худшей ситуации, но это ещё вовсе не означает предрешённого поражения России или скорой победы Украины.

Первый признак — отсутствие ожидавшегося весеннего наступления. В предыдущие годы российская армия обычно наращивала весной давление на фронте, однако в 2026 году фронт почти никуда не сдвинулся. После захвата Покровска и Северска в конце 2025 года многие ожидали нового удара по оставшимся украинским позициям в Донецкой области, но полноценного наступления так и не произошло. По оценке Рюша, взятие Краматорска и Славянска в 2026 году выглядит практически исключённым делом, а чем сильнее российская армия увязает в позиционных боях на фронте, тем больше времени получает Украина для укрепления обороны.

Второй фактор — украинское преимущество в войне дронов. Россия сохраняет превосходство по численности армии и ракетным запасам, но Украина усилила свои возможности в сегменте ударных беспилотников. Теперь Киев способен системно поражать российскую логистику, командные пункты, склады боеприпасов и системы ПВО в тылу. Именно это, как считает Андреас Рюш, может быть одной из причин, по которой российская весенняя кампания, так и не набрала сколько-нибудь заметного темпа.

Третий признак — всё более заметная неспособность России полноценно восполнять потери. Проверить точные цифры трудно, но данные о компенсациях семьям погибших и оценки экспертов указывают на то, что численность потерь увеличивается и существенно. Одновременно, несмотря на всё более высокие выплаты, темпы набора контрактников столь же заметно снижаются. Украина тоже испытывает серьёзный кадровый дефицит, но пытается компенсировать его иначе, меньше полагаясь на пехоту и активнее ведя беспилотную войну.

Четвёртый пункт — провал внешнеполитических расчётов Москвы. Кремль надеялся, что Дональд Трамп заставит Украину принять мир, равный по сути капитуляции. Однако, по мнению Андреаса Рюша, Путин недооценил, насколько Украина снизила свою зависимость от США. Европейская военная помощь выросла, да и сама Украина стала вполне самостоятельным производителем вооружений. Для Киева теперь особенно важны деньги на заказы собственному ВПК.

Пятый признак — внутреннее брожение в России. Репрессии по-прежнему позволяют Кремлю подавлять открытое недовольство, но ограничения работы интернета, давление на канал Telegram и ухудшение экономической ситуации начинают раздражать население. Доверие к Путину, по данным близкого к власти ВЦИОМ, снизилось с 78% до 71%, что для авторитарной системы является тревожным сигналом.

При этом Рюш подчёркивает: в рукаве у России все ещё остаются серьёзные козыри. Увеличение цен на нефть в результате кризиса вокруг Ирана приносит Москве дополнительные доходы. Украина остро нуждается в боеприпасах для ПВО, прежде всего в ракетах к системе Patriot, без которых трудно поражать российскую баллистику. Война остаётся в целом очень непредсказуемой: технологические прорывы, мобилизация в России, политические кризисы в Европе или другие события могут резко изменить ситуацию.

И всё же, заключает обозреватель NZZ, тезис Трампа о том, что у Украины «нет на руках карт», оказался ошибочным. Это у России сейчас нет карт, то есть убедительной стратегии, которая позволила бы ей достичь заявленных военных целей. Убеждение в том, что Россия рано или поздно «додавит» Украину, всё меньше соответствует реальности.

Что литература рассказывает о власти и государстве в России

Каторжный труд, голод, полное расчеловечивание. Тарелка супа в таком мире оказывается важнее свободы. Keystone

Великодержавное самоупоение, репрессии, подмена реальности, присвоение языка властью — многое из того, что сегодня определяет Россию, давно уже проявлялось в классической русской литературе. Об этом в своём материале рассказывает радио SRF.Внешняя ссылка

«Всему миру готовится великое обновление через русскую мысль (которая плотно спаяна с православием, Вы правы), и это совершится в какое-нибудь столетие — вот моя страстная вера. Но чтоб это великое дело совершилось, надобно, чтоб политическое право и первенство великорусского племени над всем славянским миром совершилось окончательно и уже бесспорно». Это сказал не Владимир Путин. И не кто-то из его окружения. Так в письме к Аполлону Майкову от 18 февраля/1 марта 1868 года рассуждал Фёдор Достоевский. Этот пример важен именно потому, что Достоевский был не только автором великих романов. Характерной для его литературного наследия является и вполне националистическаяВнешняя ссылка по своему характеру публицистика.

После начала полномасштабной агрессии России против Украины в феврале 2022 года такие высказывания снова звучат пугающе актуально. Они показывают, что имперское и антизападное мышление в России возникло отнюдь не вчера. Фёдор Достоевский был слишком крупным писателем, чтобы вкладывать в романы собственные убеждения (национальный шовинизм, религиозно окрашенную идею великорусского избранничества или мрачный антисемитизм) и навязывать их читателю напрямую. Он действует иначе: сталкивает между собой разные идеологии, религиозные представления и жизненные позиции.

Но при этом в его прозе снова и снова проступает и его собственная мысль: Запад, испорченный Просвещением и рационализмом, нравственно разложен и представляет угрозу для России, сформированной православием. Достоевский не выносит прямого приговора. Читатель должен сам размышлять и занимать ту или иную сторону. Кто ему ближе в огромной вселенной персонажей Достоевского — атеисты, империалисты, славянофилы, пацифисты, западники или православные подвижники? Своей литературной полифонией Фёдор Достоевский особенно ясно показал то, что долгое время вообще отличало русскую литературу: именно она была в России едва ли не единственным пространством общественных дебатов. В России почти всегда действовала цензура. Но литература считалась вымыслом и потому имела немного больше свободы, чем государственно контролируемая пресса.

Это особое положение литературы сформировало у многих русских писателей представление о себе как об интеллектуальном авангарде общества. Оно же объясняет особенности советской культуры чтения, по причине которой, по крайней мере до перестройки и распада Советского Союза в 1991 году, советский народ считался «самым читающим народом мира». Но где ещё, если не в литературе, можно было в этой стране найти язык для разговора с реальностью — часто тяжёлой и нерадостной? Не случайно в СССР запрещённые книги распространялись неофициально, ходили по рукам в списках, машинописных копиях и самиздате. Среди таких книг была, например, всемирно известная эпопея «Архипелаг ГУЛАГ» Александра Солженицына — книга о сталинской лагерной системе, которая прямо говорила о неизмеримом страдании миллионов людей.

Сегодня чтение русской классики позволяет не только увидеть мыслительные конструкции прошлых эпох, но и понять, что нынешняя военная пропаганда Кремля не является чем-то совсем новым. Достаточно открыть роман Льва Толстого «Анна Каренина». В последней, восьмой части книги появляется тема восстания сербов против власти Османской империи. Русская пресса того времени была полна рассказов о зверствах, якобы совершённых турками против сербов — «братского славянского народа». Христианский пацифист Толстой с хирургической точностью вскрывает разрушительное действие националистической пропаганды. В восьмой части «Анны Карениной» он вводит тему славянского вопроса и сербской войны через круг общения Сергея Ивановича Кознышева, брата Левина.

В этой среде, как сказано в романе, «ни о чем другом не говорили и не писали, как о славянском вопросе и сербской войне». Дальше Толстой точно передаёт язык характерного для того времени общественного подъёма: «И геройство сербов и черногорцев, борющихся за великое дело, породило во всем народе желание помочь своим братьям уже не словом, а делом». Именно такой язык позволяет увидеть, как патриотическая риторика превращает далёкую войну в «общее дело» российского общества. При этом Толстой показывает, что за таким коллективным воодушевлением идеей славянства стояло на самом деле — стремление «сомкнуть ряды», мобилизовать национальную идентичность, лишить легитимности скептиков, противников войны и политических оппонентов.

В путинском государстве лояльность к власти тоже считается высшей гражданской обязанностью. В неё входит и готовность принять то, что государство присваивает себе язык: например, требует говорить не «война», а «специальная военная операция». Но этот принцип Евгений Замятин давно уже проанализировал в своей антиутопии «Мы». После «последней революции» люди живут в так называемом Едином Государстве, в стеклянных домах. Государство отняло у людей имена и заменило их номерами. Во главе страны стоит Благодетель: с помощью тотального надзора он принуждает народ, лишённый свободного языка, к коллективному счастью. В Едином Государстве, как и в сегодняшней России, авторитаризм может обходиться и без постоянного массового террора.

Как это устроено, показал Александр Солженицын в повести «Один день Ивана Денисовича», опубликованной в 1962 году. Этот вполне реалистический текст описывает лагерную повседневность: каторжный труд, голод, полное расчеловечивание. Тарелка супа в таком мире оказывается важнее свободы. У Солженицына это сказано так: «Этот черпак для него сейчас дороже воли, дороже жизни всей прежней и всей будущей жизни». Солженицын показывает, как авторитарная власть изолирует людей и замыкает каждого на самом себе. Они привыкают к ограничениям, вырабатывают навык приспособленчества и постепенно теряют волю.

Изоляция, принуждение, пропаганда, репрессии, агрессивная экспансия — русская литература задолго до нашего времени сделала предметом изображения и анализа те механизмы авторитарной власти, которые определяют Россию и сегодня. Тексты Толстого, Замятина, Солженицына и многих других писателей были созданы в совсем другую эпоху. Но они высвечивают, анализируют и называют своими именами реалии, которые сегодня звучат особенно современно.

Самые интересные заголовки швейцарских СМИ на прошедшей неделе

Война заходит в тупик, экономика переживает кризис: Путин становится всё менее популярным. А судя по отчёту спецслужб, он всё больше нервничает.Внешняя ссылка

В Латвии разбились несколько дронов, которые, по данным российских военных, проникли в воздушное пространство этой балтийской страны — члена ЕС и НАТО — с территории России.

С помощью этих четырёх видов оружия Украина сейчас наносит удары по России — и вызывает тревогу у ПутинаВнешняя ссылка

Война с Ираном приносит России миллиардные доходыВнешняя ссылка

Владимир Путин хочет разрушить западный военный альянс, например, посредством вторжений «зеленых человечков» на острова в Балтийском море. Внешняя ссылка

Россия опасается атаки Украины на военный парадВнешняя ссылка

Угроза со стороны украинских дронов: в Москве введены усиленные меры безопасности перед парадом 9 мая, программа которого сокращена до минимумаВнешняя ссылка

В субботу Владимир Путин посетит ежегодные торжества, посвященные 9 мая, — и опасается украинских дронов и покушений. Эксперт объясняет, почему эти опасения обоснованы.Внешняя ссылка

Французский антрополог Виктор Сточковский считает, что Европа уже давно находится в состоянии идеологического конфликта с Россией. По его мнению, война Путина ведется не только на фронте в Украине, но и все в большей степени — в сознании европейцев.Внешняя ссылка

В 2026 году российские фермеры, по всей видимости, соберут урожай зерновых, сопоставимый с прошлогодним. Объемы экспорта из России также останутся на высоком уровне.Внешняя ссылка

Если у вас есть свое мнение или если вы хотите, чтобы мы осветили какую-либо тему, то вот наш электронный адрес: [e-mail]. 

Следующий обзор швейцарской прессы мы пришлем вам 18 мая 2026 года. А пока удачной новой недели и, конечно же, информативного чтения! 

Обзор прессы подготовил Игорь Петров, бильдредактор — Людмила Клот.