БРИКС берёт под прицел ведущих зерновых трейдеров мира

Маржа зерновых трейдеров обычно невелика, порядка 1–3%, но зарабатывают они за счёт огромных объёмов операций. EPA/RAMINDER PAL SINGH

Страны БРИКС входят в число крупнейших продавцов и покупателей зерна в мире. Недавно антимонопольные ведомства этих государств решили выяснить, не оказалась ли мировая торговля зерном фактически в руках нескольких крупнейших трейдеров.

Девятого июля 2026 года представители антимонопольных ведомств стран БРИКС провели закрытую встречу в Женеве, организованную в штаб-квартире Конференции ООН по торговле и развитию (United Nations Trade and Development, UNCTAD). Целью консультаций было подробно обсудить, как противодействовать доминированию крупнейших игроков в сфере мировой торговли зерном — компаниям ADM, Bunge, COFCO, Cargill и Louis Dreyfus Company (LDC). Вместе эти концерны часто обозначают как группу ABCD+.

Для стран БРИКС этот вопрос имеет стратегическое значение: на них приходится около 44% мирового производства зерна и четверть его потребления. По итогам консультаций в Женеве была создана специальная рабочая группа БРИКС, которая подготовит первое совместное отраслевое исследование о состоянии конкуренции в мировой торговле зерном. Руководить работой будут главы антимонопольных ведомств Бразилии и Египта. Для БРИКС это первый совместный проект такого рода и первая попытка многостороннего сотрудничества с целью противодействия доминированию отдельных компаний на сырьевых рынках.

Результаты исследования планируется представить на следующей Международной конференции БРИКС по вопросам конкуренции, которая должна пройти в Бразилии в сентябре 2027 года. Задача состоит в том, чтобы наладить более тесное сотрудничество между антимонопольными ведомствами стран БРИКС и выявлять действия зерновых трейдеров, способные обеспечить им необоснованные конкурентные преимущества. В зависимости от результатов этой работы страны объединения смогут затем координировать и конкретные антимонопольные меры в отношении крупнейших трейдеров.

Что такое BRICS?

Это неформальное объединение 11 стран: Бразилии, Китая, Египта, Эфиопии, Индии, Индонезии, Ирана, России, Саудовской Аравии, Южно-Африканской Республики и Объединённых Арабских Эмиратов. Вместе на них приходится почти половина населения планеты и около 40% мирового ВВП, если рассчитывать его по паритету покупательной способности.

В качестве политической структуры БРИКС начал формироваться в 2006 году, когда министры иностранных дел Бразилии, России, Индии и Китая встретились и провели консультации на полях Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке. Первый саммит БРИК состоялся в 2009 году в Екатеринбурге. После присоединения Южной Африки в 2011 году объединение получило нынешнее название БРИКС.

БРИКС стремится усилить влияние стран так называемого Глобального Юга и выступает за реформирование таких институтов, как Совет Безопасности ООН (United Nations Security Council) и Всемирный банк (World Bank). Поэтому это объединение нередко рассматривают и как заметный политический противовес влиянию западных стран и в определённой степени как альтернативу «Группе семи» (G7).

Среди других целей БРИКС — расширение экономического и торгового сотрудничества между странами Глобального Юга и уменьшение зависимости международных расчётов от доллара США. В 2025 году у БРИКС появились 10 стран-партнёров: Беларусь, Боливия, Куба, Казахстан, Малайзия, Нигерия, Таиланд, Уганда, Узбекистан и Вьетнам. Первые девять получили этот статус в начале этого года, Вьетнам присоединился позднее. Страны-партнёры не являются полноправными членами БРИКС, но могут участвовать в саммитах и ряде других мероприятий объединения.

«Сейчас очень небольшое число компаний контролирует не только закупку зерна, но и его дальнейшую переработку и сбыт», — говорит София Мёрфи (Sophia Murphy), глава американской неправительственной организации «Институт сельскохозяйственной и торговой политики» (Institute for Agriculture and Trade Policy, IATP), базирующейся в Миннеаполисе и финансируемой преимущественно за счёт грантов и частных пожертвований. По её словам, одна и та же компания может купить зерно, переработать его в муку или корм, а затем владеть ещё и пекарней или животноводческим предприятием, которое эту продукцию покупает.

По разным оценкам, на крупнейших трейдеров группы ABCD+ приходится от 70% до 90% мировой торговли зерном. При этом одним из важнейших центров этого бизнеса является Швейцария. По разным оценкам, через офисы компаний, расположенные в Женеве и её окрестностях, а также в городе Цуг, проходит от 35% до 50% мировой торговли зерновыми. Эти компании выступают посредниками между одними странами БРИКС, экспортирующими зерно, — например Россией, поставляющей пшеницу, Бразилией с её кукурузой и Индией с рисом, — и другими участниками объединения, которые его активно закупают, такими как Египет, Китай и Индонезия.

Также вопрос по теме:

Маржа зерновых трейдеров обычно невелика, порядка 1–3%, но зарабатывают они за счёт огромных объёмов операций. Согласно недавнему докладуВнешняя ссылка канадской международной НПО ETC Group, финансируемой преимущественно частными благотворительными фондами, совокупные мощности зернохранилищ только трёх компаний (ADM, Bunge и COFCO) сопоставимы с годовым потреблением пшеницы в США, Великобритании и Турции вместе взятых. Особенно прибыльными для трейдеров оказываются периоды резких ценовых колебаний. Именно такая ситуация сложилась, например, после начала полномасштабной агрессии России против Украины в 2022 году.

«Мы сталкиваемся с парадоксальной ситуацией: фермеры в таких странах, как Бразилия и Россия, получают за свой труд слишком мало, тогда как потребители в Египте порой сильно переплачивают за свой хлеб. Вопрос поэтому звучит так: где на пути зерна от производителя к конечному покупателю оседает эта маржа и кто получает непропорционально большую прибыль? Именно на эти вопросы должно ответить наше отраслевое исследование». Об этом заявил на встрече БРИКС в Женеве глава Египетского ведомства по вопросам конкуренции (Egyptian Competition Authority, ECA) Махмуд Момтаз (Mahmoud Momtaz).

Всё больше власти в одних руках

Одна из причин, по которой антимонопольным ведомствам трудно следить за деятельностью крупнейших зерновых трейдеров — сложность и непрозрачность их корпоративной структуры. Большинство таких компаний располагает многочисленными дочерними предприятиями в разных странах, что позволяет им использовать различия в налоговых ставках, валютных курсах и таможенных тарифах. Согласно докладу UNCTAD за 2023 год, только компании Cargill, ADM и COFCO в общей сложности контролировали 2 339 дочерних структур.

«Такая раздробленная корпоративная структура позволяет трейдерам пользоваться пробелами в регулировании и одновременно усиливать контроль над критически важной инфраструктурой — перевозками, хранением зерна и данными». Об этом говорится в докладе «От полей к фьючерсам: конкуренция, финансиализация и цифровизация в глобальной торговле зерномВнешняя ссылка» (From Fields to Futures: Competition, Financialization and Digitalization in Global Grain Value Chains), подготовленном экспертами Международного центра конкурентного права и политики БРИКС (BRICS Competition Law and Policy Centre). Именно этот центр, работающий на базе российского НИУ ВШЭ, выступил с инициативой провести совместное исследование мирового зернового рынка антимонопольными ведомствами стран БРИКС. При этом граница между крупнейшими глобальными трейдерами и самими странами БРИКС не всегда столь очевидна.

Также по теме:

В группу ABCD+ входит, например, COFCO — полностью государственная корпорация, находящаяся в ведении Комитета по контролю и управлению государственным имуществом при Госсовете КНР. Поэтому новое исследование затронет в том числе деятельность компании, связанной непосредственно с одним из крупнейших участников БРИКС. Концентрация на рынке становится ещё выше, когда крупные трейдеры решают объединиться. В июле 2025 года зарегистрированная в Швейцарии компания Bunge завершила слияние с компанией Viterra, базировавшейся в Нидерландах. Сделка стала крупнейшим объединением компаний в истории мирового аграрного бизнеса.

Последним условием, которое требовалось выполнить для завершения сделки, было одобрение китайского антимонопольного ведомства. Уточним, что китайские нормы и правила контроля за слияниями и поглощениями распространяются не только на местные компании, но и на сделки между иностранными корпорациями, если они способны повлиять на конкуренцию на китайском рынке. Государственное управление КНР по регулированию рынка (State Administration for Market Regulation, SAMR) пришло к выводу, что объединение Bunge и Viterra может ограничить конкуренцию при импорте в Китай соевых бобов, рапса и ячменя.

Поэтому регулятор одобрил сделку лишь при соблюдении ряда условий. В частности, объединённая компания должна будет обеспечивать надёжные поставки продукции китайским покупателям даже в условиях дефицита зерна, а также ежеквартально предоставлять регулятору данные об объёмах продаж своим клиентам в Китае. Для Швейцарии вопрос концентрации и прозрачности в сфере сырьевой торговли имеет особое значение. Женева и Цуг относятся к важнейшим мировым центрам сырьевой торговли, а швейцарские власти уже много лет занимаются вопросами прозрачности, финансовых потоков и ответственности компаний в этом секторе. При этом Федеральный совет, правительство страны, не проводит отдельной государственной политики именно в отношении сырьевых трейдеров, опираясь на общие обязательные нормы, добровольные отраслевые механизмы и международные правила.

Цифровая торговля зерном

Ещё одна сфера, которую страны БРИКС намерены изучать совместно — цифровые торговые платформы. Одна из них, платформа Covantis, расположена в Женеве и была создана и профинансирована самими крупнейшими зерновыми трейдерами. Платформу основали в 2020 году компании ADM, Bunge, Cargill, COFCO International, LDC и Viterra. Первоначально она предназначалась для торговли соей и кукурузой из Бразилии, однако со временем превратилась в глобальную цифровую платформу организации и сопровождения сделок с сельскохозяйственным сырьём. Covantis быстро стала одной из крупнейших цифровых площадок этого сектора. По данным самой компании, в 2024 году объём операций, обработанных через платформу, составил 808 млн тонн, а на рынках, где работает Covantis, на неё приходилось 63% физического экспорта.

Авторы доклада Международного центра конкурентного права и политики БРИКС, работающего на базе российского НИУ ВШЭ, относятся к подобным цифровым платформам критически. По их мнениюВнешняя ссылка, концентрация данных в руках крупнейших трейдеров позволяет им точнее прогнозировать ситуацию на рынке и следить за движением товаров. Сходные опасения высказывает в своём докладе Grain Traders, Greed and Oligopoly Power и базирующаяся в Канаде международная неправительственная организация ETC Group.

В этом докладе, в частности, указано, что, «используя аналитические инструменты на основе искусственного интеллекта и такие блокчейн-платформы, как Covantis, трейдинговые компании могут в реальном времени отслеживать весь процесс поставок и заранее предугадывать изменения ситуации на рынке, опережая конкурентов и государственных регуляторов. Эта коммерческая информация недоступна правительствам и международным организациям и даёт трейдерам значительное преимущество в формировании рынка, в то время как сами они в значительной степени остаются вне общественного контроля».

Пока, однако, речь идёт лишь об оценочных суждениях авторов исследования, а не об установленном антимонопольными органами нарушении. Сама платформа Covantis отвергает утверждения о том, что она предоставляет преимущества компаниям-основателям. «Структура Covantis есть общеотраслевая платформа, которой пользуется большое число самых разных участников мирового рынка зерновых и масличных культур. Мы исходим из принципа равного отношения ко всем игрокам и не предоставляем нашим акционерам или связанным с ними компаниям никакого преимущественного доступа, прав или коммерческих преимуществ». Об этом заявила порталу SWI генеральный директор Covantis Петя Сечанова (Petya Sechanova).

Собственная зерновая биржа БРИКС

Одновременно страны БРИКС обсуждают создание собственной системы торговли зерном, которая, по замыслу её сторонников, должна ослабить влияние крупнейших международных сырьевых трейдеров. Инициатива изначально также исходила от России. В 2023 году российский Союз экспортёров и производителей зерна предложил создать общую зерновую биржу стран БРИКС. По его оценке, потенциальный оборот такого рынка может превышать 1 трлн долларов, или около 800 млрд франков. В 2024 году лидеры стран БРИКС официально приветствовали в Казанской декларацииВнешняя ссылка именно «инициативу российской стороны» о создании зерновой торговой платформы БРИКС. Год спустя идею поддержали и министры сельского хозяйства стран БРИКС.

Пока речь идёт о концепции цифровой системы, которая должна связать национальные торговые площадки. Предполагается, что новая биржа сможет формировать собственные ценовые ориентиры на зерно независимо от западных бирж, таких как Intercontinental Exchange (ICE). Кроме того, участники этого проекта хотят предоставить возможность покупать и продавать зерно в национальных валютах, уменьшая зависимость расчётов от доллара США. Таким образом, проект должен решать сразу несколько задач. Наряду с заявленной целью усилить конкуренцию на зерновом рынке он призван создать для стран БРИКС собственную систему ценообразования и расчётов, менее зависимую от существующей западной финансовой и торговой инфраструктуры.

Однако до запуска такой биржи ещё далеко. Проект остаётся на стадии разработки концепции: предстоит решить целый ряд технологических, финансовых и организационных вопросов. Неочевидно и то, что появление новой торговой площадки само по себе уменьшит концентрацию рыночной власти. На это указывает и София Мёрфи (Sophia Murphy) из Института сельскохозяйственной и торговой политики (IATP). По её мнению, такая общая зерновая биржа могла бы существенно увеличить прозрачность ценообразования, но даже если новая система позволит обходиться без крупных сырьевых трейдеров в качестве посредников, это ещё не ликвидирует дисбаланс между продавцами и покупателями зерна.

«Прозрачные цены по определению справедливее. Но вопрос о том, какую цену считать справедливой, до определённой степени субъективен. Сама биржа не устранит существующий дисбаланс — например ситуацию, когда сравнительно небольшому числу продавцов противостоит намного большее число покупателей, если только многочисленные покупатели не начнут действовать сообща». Кроме того, пока неизвестно, как именно будет устроено управление будущей площадкой и какие механизмы должны будут гарантировать равный доступ к ней самых разных участников рынка.

Не решён и ряд вполне практических вопросов: какие валюты будут использоваться при расчётах, как будет страховаться валютный риск, кто возьмёт на себя клиринг сделок и каким образом будут гарантироваться трансграничные платежи. Поэтому собственная биржа БРИКС пока остаётся скорее попыткой предложить альтернативную архитектуру мировой торговли зерном, чем готовым ответом на проблему концентрации рынка в руках немногих игроков. Насколько она сможет сделать зерновую торговлю более прозрачной и конкурентной, станет ясно только после того, как будут определены её правила и механизмы управления.

Читайте также:

Перевод с английского. Русскоязычная версия под редакцией НК, ИП, АП.