Трансперсона в бассейне: в Швейцарии спорят о правах женщин

Бассейн «Марцили» расположен на берегу реки Ааре, прямо у подножия Федерального дворца, то есть почти в самом политическом центре Швейцарии, в непосредственной близости от палат парламента и от кабинета, в котором проходят заседания правительства. Keystone / Anthony Anex

Скандал в одном из самых известных открытых бассейнов Берна показал, что Швейцария пока не нашла спокойного и понятного способа дискутировать о транслюдях, защищённых женских пространствах и правах меньшинств. Формально правила были ясны. На практике всё закончилось полицией, наручниками и большой общественной дискуссией.

Всё произошло в женской зоне открытого бассейна Marzili. Он расположен на берегу реки Ааре, прямо у подножия Федерального дворца, то есть почти в самом политическом центре Швейцарии, в непосредственной близости от палат парламента и от кабинета, в котором проходят заседания правительства. Эту закрытую женскую зону бернские женщины называют Paradiesli: произносится «Парадизли», то есть «маленький рай». Это то место, где женщины могут загорать без купальника, не сталкиваясь с мужскими взглядами, комментариями и попытками познакомиться.

Однако после всего случившегося это название стало звучать уже с примесью горькой иронии. Дело в том, что в минувшее воскресенье из этого «маленького рая» изгнали трансженщину. И не просто изгнали, а вывели в сопровождении полиции, причём в наручниках. Ранее несколько посетительниц пожаловались персоналу на то, что у этой трансженщины были явно заметны мужские половые признаки: под стрингами отчётливо просматривался пенис. Именно это и вызвало недовольство части женщин, находившихся в этой зоне.

Персонал бассейна попросил трансженщину покинуть женскую зону. Она отказалась и настаивала, что имеет право там находиться, поскольку идентифицирует себя как женщина. Затем к ситуации подключились профессиональные медиаторы, но и им не удалось разрешить конфликт мирно. Вызвали полицию. Началась суматоха, одна сотрудница полиции получила лёгкую травму, а трансженщину в итоге увели в наручниках.

Редкий случай

Позднее городские власти Берна признали, что полиция не должна была так поступать. Для Швейцарии это само по себе нечастый случай, когда власти извиняются перед кем-то, кого вывела полиция. Но здесь ситуация была достаточно очевидной: внутренние правила бассейна прямо разрешали трансженщинам пользоваться женской зоной. В случае сомнений решающим фактором считается пол, указанный в официальных документах, удостоверяющих личность. Поэтому с формальной точки зрения трансженщина действительно имела право оставаться в женской зоне Marzili.

Берн — это город, в котором доминируют левые и зелёные силы. Власти после всего случившегося обещают лучше объяснять посетителям и персоналу, какие именно правила действуют в Paradiesli. Персонал также собираются дополнительно обучить современным нормам и правилам. Иными словами, город сделал из инцидента оргвыводы. Но и этим дело не закончилось. Лица из ближайшего окружения трансженщины заявили, что такое полицейское вмешательство стало для неё травмирующим опытом. Репутационный ущерб понесли и сотрудники бассейна, и медиаторы, и полиция.

Подробнее:

А сама история вышла далеко за пределы Берна и запустила в Швейцарии новый раунд споров о том, где проходит граница между правами женщин и правами транслюдей. В центре дискуссии оказался вопрос: что должно иметь приоритет — право биологических женщин на защищённое пространство или право транслюдей на равное обращение? Одна из посетительниц Marzili, которая жаловалась на трансженщину, позднее рассказала, что в прошлом пережила сексуальное насилие. Для неё мужской половой орган — травмирующий триггер, а Paradiesli — место, где она чувствует себя в безопасности.

Но и здесь всё сложнее, чем кажется

Эта женщина, вероятно, тоже представляет не большинство общества, а одно из меньшинств. Для многих других женщин в подобных женских зонах главное не столько физическое отсутствие мужских гениталий, сколько возможность спокойно находиться без мужского внимания и сексуализированных комментариев. Тем не менее представление о том, что присутствие транслюдей в некоторых сферах повседневной жизни может вступать в противоречие с классическими правами женщин, распространено в Швейцарии довольно широко. У этой позиции есть и известные сторонники.

Например, немецкая феминистка Алиса Шварцер (Alice Schwarzer) выступает против дискриминации транслюдей, но и она при этом подчёркивает: защита транслюдей не должна происходить за счёт прав и чувств биологических женщин. В комментариях крупных швейцарских газет преобладают сейчас голоса тех, кто требует сохранить защищённые пространства для биологических женщин. При этом часто повторяется мысль о том, что меньшинства якобы теперь начинают диктовать правила большинству.

Такие комментарии появляются даже в леволиберальной газете Tages-AnzeigerВнешняя ссылка. Похожую позицию заняла и Крис Брёниманн (Chris Brönimann), одна из самых известных транс-персон в Швейцарии. В сети Instagram она написала, что возник перекос, при котором «меньшинство диктует большинству, как оно, большинство, должно себя вести». По её словам, если укреплять права транслюдей, игнорируя при этом чувства биологических женщин, то ничего хорошего в итоге не получится.

Разумеется, есть и другие мнения — как внутри квир-сообщества, так и за его пределами. Газета Tages-Anzeiger считает, что эта дискуссия сделала чётко видимой линию водораздела, разделяющую не только разные политические воззрения, но и разные поколения. Молодые люди сегодня чаще воспринимают этот вопрос через призму инклюзивности и самоопределения. Старшие поколения чаще говорят о защите женских пространств и о привычных гендерных границах.

Практический подход

При этом сам конфликт, возможно, не так уж и неразрешим. История в Берне показывает прежде всего то, что швейцарское общество пока не договорилось, каким образом ему следует на практике анализировать такие ситуации и как вести себя при этом. Но ведь, наверное, не обязательно противопоставлять защищённые пространства для женщин правам транслюдей. Город масштаба Берна вполне может учитывать потребности самых разных групп, например создав для транслюдей дополнительную зону в том же бассейне Marzili или в одном из других городских бассейнов.

В Швейцарии сейчас нет единых правил пребывания в подобных заведениях. В разных бассейнах действуют разные подходы. Например, женская купальня в Цюрихе допускает только тех транслюдей, которых сам персонал воспринимает в качестве женщин, что, впрочем, тоже уже приводило к конфликтам. Но одновременно на этом примере становится ясно: разные пространства могут иметь разные правила. Главный вопрос в том, сколько отдельных зон, исключений и специальных правил общество готово создавать ради потребностей разных групп и как далеко может, должно и способно зайти такое дробление.

Ответ на него, скорее всего, должен носить не идеологический, а практический характер. Речь не обязательно идёт о какой-то «микро-сегрегации», которой опасаются критики. Скорее речь идёт о том, как снизить напряжение там, где на одном и том же пространстве сталкиваются разные по своей природе уязвимости. Вполне возможно, что крупные города в будущем создадут дополнительные защищённые зоны для разных групп, тем не менее ясно, что большинство таких бассейнов в Швейцарии всё равно останутся смешанными. Там купальники обязательны, все тела закрыты, и люди любых гендеров просто купаются все вместе. И никаких пенисов не видно.

Подробнее по теме:

Перевод с немецкого. Русскоязычная версия под редакцией НК, ИП, АП.